Лотосовый Терем (СИ)

— Выходит, староста нарочно был так добр к нам, намеренно угощал лучшим вином, чтобы напоить допьяна, потом отправил этого пятнистого монстра нас убить, а они дождались бы мяса? — с отвращением произнёс Фан Добин. — Ты это имеешь в виду?
— Это лишь одна из причин, — кивнул Ли Ляньхуа. — Гораздо более важная — что мы вломились на постоялый двор, и он хотел убрать свидетелей.
На лице Лу Цзяньчи отразилось потрясение.
— Люди на постоялом дворе, скорее всего, были убиты пятнистым чудовищем, вы ведь сказали, что старик Ши не способен им управлять, а если мертвецы оттуда — не его рук дело, зачем ему избавляться от свидетелей?
— Потому… что он думал, мы разглядели облик этого пятнистого монстра. Он отказался от намерения убить нас, во-первых, поскольку посчитал, что нас тайком защищает “подобный небожителю мечник в белом”, а во-вторых, позже он понял, что на самом деле мы не рассмотрели, как именно выглядит монстр.
 Глава 73. Охотничья деревня 
— Облик пятнистого монстра? — нахмурился Фан Добин. — Всё тело этой твари покрыто пятнами, похожими на кровь, конечности очень длинные, она может изгибаться как угодно, похожа на человека, но в то же время нет, двигается стремительно, обладает огромной силой.
Ли Ляньхуа уставился на друга.
— А его лицо ты видел?
Фан Добин приоткрыл рот.
— Я… должно быть, видел, просто не помню.
Ли Ляньхуа посмотрел на Лу Цзяньчи, тот побледнел и помотал головой — он дважды столкнулся с тварью, но был слишком взволнован и не разглядел лица.
— Таким образом… пожилой староста понимал, что мы, самое большее, догадались о случившейся на постоялом дворе резне, но на самом деле не сможем узнать, что произошло в действительности, — с сожалением во взгляде медленно проговорил Ли Ляньхуа. — Старик Ши хочет скрыть не жестокое истребление людей центральных равнин в деревне Шишоу — для него, возможно, это и вовсе величайшее достижение, он хочет скрыть… правду о пятнистом чудище.
— Какая ещё… правда о пятнистом чудище? — удивился Фан Добин. — Разве оно не монстр из горного леса, сам по себе уродившийся таким?
Ли Ляньхуа широко распахнул глаза.
— Разумеется, нет.
— Оно не монстр от природы? — растерялся Лу Цзяньчи. — Тогда что?
— Неужто правда призрак? — Фан Добин покосился на друга. — Живой труп или паук, который совершенствовался много лет и превратился в нечисть?
— Если хочешь назвать его живым трупом… ну… с трудом, но можно притянуть за уши, — пробормотал Ли Ляньхуа.
У Лу Цзяньчи мурашки побежали при мысли, что он дважды столкнулся с этой тварью едва не лицом к лицу.
— Живой труп? — Он и не представлял, что настолько боится призраков, что на теле все волосы встают дыбом.
— Что за вздор! Я в цзянху с самого рождения рискую жизнью, обошёл неизвестно сколько могил, даже в императорской гробнице побывал, если бы в мире правда существовали ожившие трупы, я бы уже несколько десятков раз помер. — Фан Добин презрительно фыркнул. — Эта тварь явно живое существо, просто похожее на человека, может, какая-то обезьяна, вроде орангутана.
Ли Ляньхуа кашлянул.
— Так ты рисковал жизнью в гробницах десятки раз, прости за невнимательность…
— Ну, не десятки, но несколько раз был, — тоже кашлянул Фан Добин.
— Оставим пока вопрос, живая эта тварь, мёртвая или полумёртвая, — продолжал Ли Ляньхуа. — прежде всего… на постоялом дворе она следила за нами и в первый раз, в галерее, полезла к герою Лу, во второй раз, в гостевой комнате, она снова полезла к герою Лу… — Он посмотрела на Лу Цзяньчи. — Неужели у вас есть какое-то сокровище, что её привлекает?
— Сокровище? — Лу Цзяньчи махнул рукавом. — У меня нет ничего, кроме меча из тёмной стали.
— Но чудище безусловно следовало за вами… — Ли Ляньхуа пристально уставился на его меч.
Раскрыв рот, Лу Цзяньчи замотал головой.
— Не может быть! Я долгие годы не спускался с гор Удана, путешествую по цзянху всего несколько месяцев, и у нас в горах точно не было таких чудищ.
Ли Ляньхуа указал слегка вправо. Фан Добин с Лу Цзяньчи резко обернулись — вдалеке из чащи за ними пристально следила какая-то тень, сверкая маленькими глазками. Пятнистое чудище с постоялого двора неизвестно когда начало преследовать их, оно перемещалось столь бесшумно, что ни Фан Добин, ни Лу Цзяньчи ничего не заметили. Ли Ляньхуа спокойно помахал чудищу, но оно не сдвинулось с места.
 
Фан Добин, видя, что белый день на дворе, в небе ярко светит солнце и на земле царит мир, и даже если демоны и злые духи вылезут наружу, их сила сильно уменьшится, набрался смелости, поднял руку и тоже помахал монстру. Тварь по-прежнему не шевелилась.
Лу Цзяньчи медленно поднял руку и едва махнул, как тварь неожиданно встала с верхушки дерева — ветви дерева были гибкими, она лежала ничком сверху, и под её весом крона дерева изогнулась, когда же резко вскочила, дерево выпрямилось, с шумом опрокинув чудище навзничь.
Лу Цзяньчи вытаращил глаза и раскрыл рот, Ли Ляньхуа усмехнулся, Фан Добину стало и смешно, и страшно.
— Оно… что оно делает? Что за… глупое чудище?
Ли Ляньхуа встал сбоку от Лу Цзяньчи, внезапно схватил его за запястье, зажав место биения пульса, и медленно двинулся к упавшему монстру. Не ожидавший такого Лу Цзяньчи не успел ничего предпринять, как у него онемела половина тела, и поневоле пришлось следовать за ним.
Фан Добин побежал следом за ними.
— Эй, эй! — крикнул он. — Ты чего творишь? Эта тварь ужасно сильна…
Ли Ляньхуа, таща Лу Цзяньчи за запястье, прошёл десяток с чем-то шагов до места, где упало “пятнистое чудище”. Лу Цзяньчи, не в силах удержаться, прятался позади, но когда увидел монстра под деревом, понял, что упал он неудачно, всё ещё не мог подняться, и в лучах слепящего солнца кровавые пятна на его теле казались ещё более жуткими.
Неожиданно тварь повернула голову, и Лу Цзяньчи подскочил на месте, но Ли Ляньхуа держал его крепко, не позволяя отступить ни на шаг. Под принуждением, Лу Цзяньчи заставил себя посмотреть в лицо твари и вдруг замер.
— Ты… ты… — вскрикнул он, побледнев.
Ли Ляньхуа выпустил его руку, Фан Добин с любопытством выглянул из-за спины Лу Цзяньчи.
— Что такое?
Не сводя глаз с Лу Цзяньчи, тварь внезапно взревела и бросилась с быстротой молнии, ладонью целясь ему в грудь, и если бы попала, то точно вспорола бы ему туловище от груди до живота.
Ли Ляньхуа с Фан Добином выбросили руки вперёд в “рассекающей ладони” и совместными усилиями удержали её.
Не достигнув успеха, тварь развернулась и в одно мгновение скрылась в лесу, не оставив ни следов, ни тени.
— Несносный Ляньхуа, только не говори мне, что ты гонял нас по горе не только чтобы обманом заставить смотреть на кости мертвецов, но и чтобы выманить это чудище… — Фан Добин снова почувствовал в груди тупую боль и простонал: — У него… лицо человека?
Когда тварь повернула голову, Фан Добину удалось хорошенько рассмотреть её лицо.
Ли Ляньхуа слегка улыбнулся и взглянул на Лу Цзяньчи.
— Кто он?
Лу Цзяньчи ужасно побледнел, пошатнулся и едва не упал, Фан Добин поспешил поддержать его, про себя думая, что этот герой Удана не особенно храбрый: вчера ночью хлопнулся в обморок от одного вида пятнистого чудища, сегодня увидел — и снова чуть не потерял сознание. А ведь его шисюн Ян Цююэ украл и продал “Золотой меч” главы, вступил в любовную связь со вдовой — и глазом не моргнул, вот это мятежный дух! Лу Цзяньчи смотрелся настолько бледнее в сравнении, что непонятно, чему учил его в Удане даос Байму.
Пока он думал обо всякой ерунде, Лу Цзяньчи вдруг заговорил дрожащим голосом:
— Цзинь Юдао… Это Цзинь Юдао… как же… как он превратился… в пятнистое чудище…
От потрясения у Фан Добина застучали зубы и всё тело похолодело.
— Хочешь сказать, это пятнистое чудище — “Таинственная рука жуи” Цзинь Юдао из Куньлуня? — вскрикнул он.
Лу Цзяньчи кивнул.