Лотосовый Терем (СИ)

— А потом? — просто спросил Чжань Юньфэй, который никогда не тратился на лишние слова.
— А потом… Потом я устроился там, но не заметил ничего странного, справа и слева ещё слышалось слабое дыхание третьего и четвёртого человека. — Ли Ляньхуа вздохнул. — Но я пролежал совсем недолго, как вдруг дыхание всех четверых остановилось — за столь короткое время, когда не раздавалось никаких звуков, никто не входил и не выходил, четверо здоровых людей неожиданно перестали дышать — а в большинстве случаев убить человека так незаметно может лишь сильнодействующий яд.
— Что за вздор! С твоих слов, несколько здоровых людей жили в своём доме и посреди ночи вдруг отравили себя, но не отравили гостя — это расходится со здравым смыслом, к тому же, ты ничего не видел, только гадаешь вслепую… — Фан Добин покачал головой. — Нет, не сходится, раз уж они приняли тебя и не навредили тебе, то как могли убить сами себя?
— Возможно… вероятно… они не настоящие хозяева этого дома. — Ли Ляньхуа с серьёзным видом сказал: — Дом слишком чистый, должно быть, в обычное время кто-то тщательно в нём убирается. На воротах замок-пипа с символами инь-ян — хозяин, скорее всего, любит механизмы… не исключено, что хорошо разбирается в механизмах… Если двое людей, которых я встретил, заперты в доме и не могут его покинуть, и вдруг видят угодившего в западню путника, желающего войти, разумеется, станут изо всех сил уговаривать его остаться.
— Заперты в доме? — удивился Фан Добин. — Но в доме же нет ничего, что могло бы удержать взрослого человека? Я могу уйти, когда захочу…
— Двое человек только что умерли, — перебил его Чжань Юньфэй.
Фан Добин вздрогнул, Чжань Юньфэй ножнами толкнул дверь левой комнаты, и она медленно отворилась — в кресле сидел сгорбленный старик, пустыми глазами уставившись на потолочную балку, однако дышать он перестал давно.
Фан Добин судорожно вдохнул — в комнате не было ничего особенно странного, единственное, что бросалось в глаза… помимо старика в кресле, здесь имелся ещё один труп…
Наполовину седой мужчина в грубой холщовой одежде и босой — с первого взгляда было понятно, что это тело простого селянина, ещё одного “старика”.
Труп сидел прислонившись к стене, и явно пришёл не вместе с прилично одетым стариком.
Неужели… он тоже был одним из путников, запертых в доме?
Они посмотрели друг на друга — все трое уже давно бродили по цзянху, однако выглядели напуганными.
В комнате не чувствовалось какого-то странного запаха, как будто совсем недавно ещё живой старик всего лишь заснул, везде было невероятно тихо. Чжань Юньфэй задержал дыхание и толкнул ножнами меча дверь в другую комнату, внутри тоже было два человека — красивая замужняя женщина лет тридцати и с виду невинный ребёнок. Вот только это тоже были лишь бездыханные тела.
Фан Добин оцепенел, в мгновение ока все двери и окна этого дома стали казаться мрачными и жуткими.
— Здесь… неужели здесь призраки?..
Чжань Юньфэй покачал головой, осматривая позу, в которой умерла девочка — она ползла по земле по направлению на юго-восток. Он снова толкнул ножнами, и шкаф рядом с дверью сдвинулся на пару чи, открывая в стене маленькое чёрное пятно.
— Отдушина… — пробормотал Фан Добин. — Неужели ядовитый газ пустили через отдушину и таким образом мгновенно убили двух человек? О небо… Это что же, дом-ловушка?
Они осмотрелись, но этот чистый и пустой двор казался им более загадочным, чем любой противник. Ли Ляньхуа сделал шаг назад и медленно проговорил:
— Возможно, стоит проверить, нельзя ли отступить…
Фан Добин закивал, потом вдруг помотал головой, поразмыслил и снова кивнул. Прервавшись на полуслове, Ли Ляньхуа вихрем метнулся назад, но у ворот опустился на землю.
— Что там? — глубоким голосом спросил Чжань Юньфэй.
— Ядовитый туман. — Ли Ляньхуа зажёг запал, повернулся лицом к холодному дождю и густому туману и пробормотал: — Выходит, они заперлись в доме из-за тумана…
В свете запала стало видно, что густой туман постепенно меняет цвет с бледно-серого на зеленовато-голубоватый, невыразимо зловещий.
 
— Ядовитый туман? — Фан Добин с Чжань Юньфэем переменились в лице, они долго бродили в тумане, но не почувствовали никакого яда. — В тумане есть яд?
Ли Ляньхуа долго всматривался в туман, неожиданно вытащил квадратный платок, взмахнул рукой и бросил его в сгусток тумана неподалёку. Спустя некоторое время он закрыл лицо рукавом и, юркнув в туман, подобрал платок — белая ткань уже промокла насквозь, и за столь короткий срок на ней появились три-четыре маленькие дырочки, волокна разъело.
У Фан Добина волосы встали дыбом, если этот туман вдохнуть, то разве в пяти органах ян и шести органах инь не образуется семнадцать-восемнадцать отверстий?
— Если этот туман такой ядовитый, то как же мы столько времени им дышали и никак не пострадали?
— Почти наверняка где-то поблизости есть какое-то сильно ядовитое вещество, способное растворяться в водяном паре, — пробормотал Ли Ляньхуа. — Только когда туман становится достаточно густым, яд может проникнуть в него. Нам повезло, что мы смогли спокойно и без происшествий добраться сюда.
— Надо лишь продержаться ночь, — вдруг сказал Чжань Юньфэй, — на рассвете туман рассеется, и мы сможем уйти.
Ли Ляньхуа кивнул и снова вздохнул.
— Мертвецы в этом доме тоже так думали, — не удержался Фан Добин, — но туман ещё даже не проник в дом, а они уже испустили дух. Этот дом тоже не лучше ядовитого тумана снаружи…
— Этот дом был построен здесь, чтобы убивать людей! — холодно сказал Чжань Юньфэй. — У хозяина жестокие пристрастия.
— Точно, ему всё равно кого убивать, как будто ему только и нужно для счастья, чтобы здесь умирали люди. — Фан Добин скрипнул зубами. — Откуда в мире такой загадочный демон-убийца? Я столько путешествую по цзянху, но никогда не слышал, что есть такое злодейское место!
— Есть! — возразил Чжань Юньфэй. — Есть такое место.
— Что за место? — вытаращил глаза Фан Добин. — Почему я о нём никогда не слышал?
— Дом без изъянов.
Дом без изъянов некогда был построен первым мастером ловушек секты “Цзиньюань”, говорят, в нём имелось сто девяносто девять механизмов, и никто из запертых внутри не выбрался живым, они умерли от отравления, или от удара саблей, или были сожжены, или заколоты, или разрублены пополам, или зажарены в масле… В Доме без изъянов были воплощены всевозможные методы убийства, которые иным людям и в голову не пришли бы.
Но говорят, Дом без изъянов ослепительно сверкал золотом и яшмой, имел несколько этажей и был инкрустирован золотом и драгоценностями, полный экзотического очарования, он вовсе не походил на столь заурядный двор. К тому же, Дом без изъянов всегда находился в главном храме секты “Цзиньюань”, и одиннадцать лет назад был разрушен совместными усилиями Ли Сянъи и Сяо Цзыцзиня, а потому, разумеется, не мог вдруг возникнуть в этом месте.
Фан Добин никогда не слышал о Доме без изъянов, и когда Чжань Юньфэй вкратце поведал эту историю, он досадовал и на то, что не мог встать на путь на одиннадцать лет раньше, и что рассказ Чжань Юньфэя уклончив, и даже что нельзя залезть Чжань Юньфэю в голову и переложить всё множество историй в свою вместо того, чтобы расспрашивать — только тогда он бы успокоился.
— Истории потом будете рассказывать, если сейчас же не уйдём в дом, туман до нас доберётся. — Ли Ляньхуа повздыхал. — Скорей же, шевелитесь.
Фан Добин мигом шмыгнул в дом, они чуть постояли в приёмной, а потом не сговариваясь, втиснулись втроём в гостевую комнатку, в которой спал Ли Ляньхуа.
Поразмыслив, Ли Ляньхуа вышел и закрыл двери в дом, а потом — в комнату, словно таким образом можно было защититься от невидимого и не оставляющего следов ядовитого тумана.
Глядя как он суетится, Чжань Юньфэй разорвал постель на куски и заткнул ими дверные и оконные щели, Фан Добин же заявил, что если в доме имеется незаметный человеку смертельный яд, то возможно, так они умрут ещё быстрее.