Лотосовый Терем (СИ)

Ли Ляньхуа тихонько вздохнул.
— Наверняка у вас в комнате горели благовония или свечи, и от огня ядовитые испарения “жадеитовой зелени” вызвали взрыв…
— Со смерти “Янь Цинтяня” и исчезновения Янь Фу, Чэнь Фа и Чэнь Вана, я носил маску Янь Фу, но после пожара слуги за вечер разбежались из поместья, никого не осталось. Сильно разозлившись, я изготовил стальные оковы и вернулся в “провал”. Чэнь Ван был уже мёртв, но Чэнь Фа ещё трепыхался, всё-таки не зря он практиковал боевые искусства несколько десятков лет. Я приковал предателей к стене и пытал целыми днями, пока через полгода они не испустили дух. — Он всё не сводил взгляда с заходящего солнца. — Но мои боевые способности сильно пострадали, и теперь были не выше девятого ранга в Улине. Немало людей в цзянху искали меня, чтобы отомстить, немало хотели завладеть “Каноном Жёлтого источника”, и кроме как остаться здесь кузнецом Янь Фу, во всей огромной Поднебесной мне некуда было деваться. — К концу его речи глубокая ненависть превратилась в невыразимую горечь и уныние, злодей, перед которым некогда трепетало всё цзянху, теперь оказался в положении хуже простого земледельца.
— Жить таким образом для вас должно быть мучительнее смерти… — медленно проговорил Ли Ляньхуа. — В круговороте мирской жизни воздастся за хорошее и за плохое — порой случается, что это срабатывает.
— Несколько лет спустя я снял маску Янь Фу, никто в посёлке и не заметил, что “Янь Фу” стал выглядеть иначе… — равнодушно сказал старик. — И тогда я вёл себя осмотрительно, никто не знал моего истинного облика, так что до сих пор я жил в безопасности, возможно, Небо ко мне немного благоволит.
Ли Ляньхуа вздохнул.
— Вы… вы… неужели вы не видите связи между нынешним положением и всем, что вы тогда совершили? Если бы не ваша жестокость в поступках и безразличие к людям, разве те, кто был рядом, поступили бы с вами так?
Янь Фу хмыкнул.
— Неудивительно, что несмотря на своё положение, вы застрелили Хэй Сишуая, когда он спустился в “провал” и обнаружил скелеты, — сказал Ли Ляньхуа.
— Мне не следовало его убивать? — мрачно спросил Янь Фу.
— Вы… вы… — На лице Ли Ляньхуа отразилось лёгкое смятение. — Неужели вы и меня собираетесь убить?
— Почему бы мне тебя не убить? — холодно спросил Янь Фу.
Ли Ляньхуа вдруг попятился — Янь Фу медленно поднялся на ноги, держа в руках причудливого вида металлическую коробку, нечего и говорить, что это было скрытое оружие с пружинным механизмом.
— Хэй Сишуай заслуживал смерти, а тебя… тем более нельзя оставлять в живых, — зловеще произнёс старик. — Я мог убить тебя в расцвете своих сил, смогу убить и сейчас!
Ли Ляньхуа продолжал отступать.
— Не сбежишь! Эти тридцать лет я всё время осваивал скрытое оружие, и пусть полностью потерял боевые способности, всё ещё могу быть непревзойдённым в цзянху. Некогда первым в Улине считался “ливень дротиков грушевый цвет”, а моё “судилище преисподней” вряд ли хуже. Молодой человек, тебе повезло стать первым, на ком я его опробую!
Громко вскрикнув, Ли Ляньхуа побежал. Янь Фу положил палец на спусковой механизм и уже собирался надавить, как кто-то завопил:
— Несносный Ляньхуа! Твою мать, ты это нарочно!..
Сердце Янь Фу дрогнуло, не успел он нажать на спусковой механизм, как в мгновение ока пронёсся вихрь, кто-то вцепился в его руку так, что невозможно было и пальцем двинуть. Подняв голову, он увидел, что схватил его худой как бамбуковая жердь человек в роскошных белых одеждах — то был Фан Добин, ещё в полдень проявлявший к нему сочувствие. Янь Фу шевельнул пальцем — хоть у него не осталось сил, он всё же надавил Фан Добину на “пасть тигра”*. Фан Добин применил силу, и Янь Фу глухо застонал, а его палец пронзила резкая боль. Отбежав подальше, Ли Ляньхуа развернулся и вытянул шею.
“Пасть тигра” — пространство ладони между большим и указательным пальцем
— Ты запечатал ему акупунктурные точки?
Фан Добин последовательно ударил “Янь Фу” по нескольку десятков точек.
— Несносный Ляньхуа! Ты написал мне письмо, обманом выманив в такую даль, только чтобы схватить этого старикашку? Да у него боевые навыки хуже некуда, ещё слабее твоих, чего бояться?
 
— Когда-то он был хозяином “Чертогов Жёлтого источника”, и я побоялся… — издалека ответил Ли Ляньхуа.
Фан Добин фыркнул.
— Хозяин “Чертогов Жёлтого источника” был невероятно могущественным, как он мог стать таким? Несносный Ляньхуа, ты ничего не путаешь?
— Не путаю, сам у него спроси… Не исключено, что он бахвалился, выдавая себя за хозяина “Чертогов Жёлтого источника”. Вот только я ведь сказал тебе ждать меня дома, пока хожу за продуктами, ты зачем последовал за мной?
Фан Добин снова фыркнул.
— Я подумал, словам несносного Ли Ляньхуа ни за что нельзя верить, в прошлый раз на рынке ты тайком посматривал на чужих кур, кто знает, что задумал на этот раз?
— На этот раз я правда тебе благодарен, — смущённо отозвался Ли Ляньхуа. — Иначе, выстрели он из “судилища преисподней”, я бы неминуемо погиб. А за спасение жизни следует воздавать многократно.
— Не стоит, не стоит! — странным голосом воскликнул Фан Добин. — Кто знает, может, ты бы сумел уклониться от выстрела этой штуки? Кто знает, чем ещё ты решишь многократно расплатиться? Мне уже страшно, так что не надо никаких подарков и коленопреклонений, молодой господин дозволяет тебе не расплачиваться за оказанную милость. — Затем он вырвал из рук “Янь Фу” “судилище преисподней” и нажал спусковой крючок. Послышался громкий щелчок, металлическая коробка вдруг затряслась, из неё с оглушительным грохотом вылетели два сверкающих зелёных предмета и глубоко вонзились в брусчатку. Фан Добин вытаращил глаза и раскрыл рот. Похоже, это были кристаллы “жадеитовой зелени” — если с такой силой выстрелить этим сильнейшим ядом в человека, то что с ним станет? Посмотрев на опасную вещь, он снял крышку коробки — больше “жадеитовой зелени” там не было. Он выдохнул, перед лицом “Янь Фу” скомкал металлическую коробку и швырнул в корзину. Обездвиженный старик не мог раскрыть рта, только таращил глаза, словно его вот-вот вырвет кровью.
Ли Ляньхуа с сочувствием посмотрел на него.
— Этого человека господину чиновнику следует собственноручно передать Хуа Жусюэ. Уверен, за прошедшие тридцать лет многие старые друзья соскучились по нему.
— А ты? — покосился на него Фан Добин.
Ли Ляньхуа улыбнулся.
— Я ещё не поправился, продолжу залечивать раны.
— Отговорки!
Ли Ляньхуа кашлянул, а потом вдруг сказал:
— Я хотел бы взглянуть ещё на одно место.
 Глава 52. Провал 
Местом, которое хотел осмотреть Ли Ляньхуа, был старый дом семьи Янь, расположенный рядом с “провалом”. Некогда многочисленные постройки повалились, изменившись до неузнаваемости. Из-под одной из обрушившихся комнат струился дымок. Ли Ляньхуа с Фан Добином разгребли расколотые кирпичи — внутри обнаружился огромный котёл, в котором ещё остался расплавленный чугун, но самое странное, что под ним не было растопки.
— Выходит, котёл связан с “провалом”, он использовал ядовитые испарения, чтобы плавить железо, умно придумано. Стрелу, которая убила Хэй Сишуая, выпустили отсюда. Следовало лишь вставить стрелу, закрыть отверстие, по которому поступает воздух, направить стрелу в сторону дыры с ядовитыми испарениями — вероятно, той, которую прокопал “Бычья голова” или “Лошадиная морда” — затем тлеющий в печи огонь вспыхнул, горячему воздуху некуда было деваться и он выбросил стрелу, застрелив Хэй Сишуая. — Он пробормотал: — Неудивительно, что под землёй почти не осталось ядовитых испарений, всё сгорело в этой печи. Даже пострадав от “жадеитовой зелени”, Яньло-ван нашёл ей мудрое применение, повезло, что он потерял свои боевые способности, иначе, иначе… последствия были бы ужасающими…
— Несносный Ляньхуа, тут какая-то книжка. — Пока Ли Ляньхуа разговаривал сам с собой, Фан Добин подобрал валявшуюся рядом с плавильной печью потрёпанную от частого перелистывания жёлтую книжицу, заполненную рисунками человеческих фигур. — Это что, “Канон Жёлтого источника”? Чего его тут бросили вялиться?