Коннетабль (СИ)

- Что ж, - сказал он сестре, - я тебя выслушал. И вот что я тебе скажу, Габи. Ни у тебя, ни у меня нет иного выбора, кроме как следовать своей судьбе. Ты не могла отказать принцессе, а я не могу оставить тебя в одиночестве. Другое дело, что для нас обоих, как, впрочем, и для Марии, это лучший выход из положения. Возможность уцелеть и возвысится. Поэтому думать мы будем не о том, соглашаться или нет. С этим все ясно: я не буду возражать, если ты станешь коннетаблем империи. Напротив, я поддержу тебя и принцессу всеми доступными мне, как тану и герцогу, средствами. Позволю тебе выйти из клана, чтобы стать императрицей, и, если таково желание Эвы Сабинии, стану отцом ее детей. Все это ясно и понятно, но ты права: нужно думать. Я имею в виду, что нам нужно подумать о том, как сделать все это с минимальными потерями. Переворот – непростое дело. Но, полагаю, императрица сможет положиться, как минимум на Мишельеров и Перигоров. Князь Трентский, я думаю, тоже не останется в стороне. Но вот о конкретных шагах по подготовке к решающей схватке и о самом перевороте имеет смысл серьезно подумать. Без разумного планирования такого рода операции неосуществимы. Так что, давай обсудим детали…
2. Габи 
Брат не обманул ее ожиданий. И дело даже не в том, что он безоговорочно поддержал ее решение идти с Эвой Сабинией до конца, хотя и этого было бы более, чем достаточно. Однако то, что он рассказал ей правду о самом себе, вообще не имело цены. Доверие подобного рода не купить, и оно больше сказало ей о том, кто они друг другу, чем что-нибудь другое. Он был создан одной магией, она – другой, но это ровным счетом ничего не значило. Сейчас они были ближе друг-другу, чем если бы действительно родились от одного отца у одной и той же матери. Брат и сестра – вот кем они являлись не только по факту кровного родства, но, прежде всего, по внутреннему ощущению.
- Спасибо, Трис! – сказала она.
— Это взаимно, милая, - ответил он.
- Тем лучше для меня, - смущенно, чего с ней давным-давно не случалось, улыбнулась Габи.
- Точно так же, как для меня, - ободряюще улыбнулся ей в ответ Трис.
- Тогда, давай вернемся к нашим делам, - предложила она, закрыв одну тему и заново открывая другую, ту, с которой и начался этот разговор. – Клан поддержит принцессу?
- Клан поддержит тебя, - поправил ее брат, - но ты права, официально мы объявим о том, что выступаем за преемственность власти. Эва Сабиния официальная наследница, и ее право на престол не подлежит сомнению. Полагаю, что нам, мне и Марии, стоит поспешить со свадьбой. Герцогство придаст клану не только организационную устойчивость, но также обеспечит легитимность нашего вмешательства. Да и дополнительные ресурсы лишними не будут.
- Поговори с Зандером, - попросила Габи. – А с Анаис поговорит Эва Сабиния. Если не обсудила все это с ней еще раньше, то обсудит теперь. Их поддержка лишней не будет.
- Поговорю, - кивнул Трис.
- Тогда, переходим к деталям, - предложила Габи.
Трис не возражал, и следующие четыре часа они провели за составлением планов на будущее. Пока одних лишь краткосрочных, да и то успели затронуть едва ли половину подлежащих решению проблем. Но, поскольку они находились в другом мире, спешить им было некуда. Впрочем, они и не спешили, благо разговор происходил в маленьком французском ресторанчике, в самом дальнем и тихом углу его небольшого погруженного в уютный полумрак зала. Здесь никому не было дела до них двоих. Никто их не знал, и никто не интересовался содержанием их беседы, тем более что говорили они вполголоса, да еще и по-окситански. Однако Габи это показалось недостаточным, и, успокаивая свою никогда не дремлющую паранойю, она активировала подаренный ей местными колдунами артефакт, который не только устранял любую угрозу подслушивания и записи, но и немного «ретушировал» лица собеседников таким образом, чтобы невозможно было их рассмотреть и запомнить, и уж, тем более, нельзя было читать по их губам. 
Честно сказать, они несколько увлеклись, не замечая за разговором хода времени, и, верно, продолжали бы обсуждение и дальше, но тут позвонила Вероника и пригласила их с братом на очередную вечеринку, прозрачно намекнув, что им с Трисом «надо будет кое с кем там познакомиться». Дело в том, что уже на второй день их пребывания в этом мире, увидев истинный потенциал девушки, Трис сделал ей официальное предложение перебраться вместе с ними в империю и стать там Вероникой де Мишельер – любимой кузиной Габи. Тогда же зашел разговор и о том, что, если кто-нибудь еще пожелает уйти в мир магии, то «милости просим», но только, если Дар кандидатов на переселение достаточно силен, чтобы занять затем в клане и герцогстве подобающее место. 
 
Вероника раздумывала над предложением достаточно долго, - целых шесть дней, - и, в конце концов, приняла, как она сказала, вполне взвешенное решение. Она согласилась и даже, более того, практически сразу привела еще одного кандидата на эмиграцию. Этот молодой мужчина мечтал, оказывается, попасть в мир, где магией проникнуто все сущее. И эти слова легко подтверждали то, о чем Габи сказала Трису еще тогда, когда они направлялись на Эту Сторону Барьера. Со своим потенциальным тринадцатым рангом в стихии Воздуха и одиннадцатом – в стихии Воды здесь, в этом мире, Вероника едва могла колдовать, а вот в империи франков она практически сразу превратилась бы в могущественную магессу. То же самое можно было сказать и об ее университетском приятеле Анатолии Бельском, который буквально грезил магией и имел при этом достаточно высокий потенциал – десятый ранг в стихии Огня. Однако и ему скудость местных источников не позволяла колдовать так, как мог бы он делать в их с Трисом мире. Ну а теперь, похоже, появились новые кандидаты, и это было хорошо, поскольку все эти люди усилят их клан, имея соответствующий Дар и не имея в империи иных связей, кроме Триса и Габи.
Выйдя из ресторана, они уже привычно «тормознули» такси, - на самом деле, останавливала Габи, у которой «дистантное принуждение» получалось здесь лучше, чем у Триса, - и поехали по адресу, сброшенному ей на телефон Вероникой. Ехать оказалось недалеко и недолго, и вскоре они были уже на месте – рядом с пафосным парадным подъездом высотного дома, а вернее, комплекса зданий из тех, которые в этом мире называют элитными. И не напрасно. Во-первых, с первого же взгляда на здание становилось понятно, что это дорогое и фешенебельное, - как минимум, по местным понятиям, - жилье. Не дворец, конечно, не городской замок или, на худой конец, особняк, но тоже достойно. Да и люди, как успела уже узнать Габи, проживали в таких домах отнюдь не простые. И это «во-вторых». А значит, охрана и довольно-таки строгие меры безопасности. Но все это более, чем вежливо, хотя и без подобострастия. И, наконец, они на месте: в принадлежащем какому-то местному набобу[6] трехэтажном пентхаусе на крыше тридцатиэтажного небоскреба. Все несколько чрезмерно «богатое» и вычурное на взгляд Габи, - дорого-богато, как заметила Вероника, - но и то верно, что они приехали сюда не для того, чтобы оценивать красоты интерьера. Их цели были иными: выпить чего-нибудь алкогольсодержащего, но непременно вкусного, потанцевать, развеяться и заодно, - благо одно другому не мешает, - познакомиться с еще одним или двумя кандидатами в клановые маги герцогов Перигор-Мишельер.
Компания на вечеринке собралась вполне подходящая им с Трисом по возрасту. Не один лишь пубертатного возраста молодняк из тех, кого здесь отчего-то называют подростками, - таких, на самом деле, было немного, - а, скорее, молодежь в возрасте от двадцати до тридцати. Так что и Габи, и Трис вполне сюда вписывались, а у Габи, благодаря Веронике, уже имелось здесь к тому же пять-шесть знакомых «мальчиков и девочек». Ну и сама Вероника Акиньшина собственной персоной, встретившая их у барной стойки, едва они успели избавиться от верхней одежды.
- А вот и вы! – радостно улыбнулась девушка, и завертелось.