Барышня с подвохом или выжить любой ценой (СИ)
Побродив по улицам и так и ничего не придумав, Надежда все же приняла решение, что затеряться проще в другом, более крупном городе и, купив довольно дорогой билет на поезд, отправилась в Москву.
Поезд женщине понравился. Опасаясь ехать в обычном переполненном вагоне, Надежда поскрипела зубами и за целых двадцать пять с половиной рублей выкупила одиночное купе средней степени комфортности. Впрочем, элитное, предназначенное для аристократов место, как поняла женщина, ей бы и так не продали, поскольку "невместно простому люду на одну ступень с аристократами становиться".
Женщина фыркнула в ответ, но обижаться не стала и, устроившись у окна на полке-лежанке, потребовала обед, газету и чай с плюшками. Услуга та была хоть и платная, но не слишком то и дорогая, а потому все четыре часа, пока поезд собирал и высаживал народ по маленьким полустанкам, так и просидела как приклеенная, рассматривая людей, дома и часто напоминающие деревянные сараи, станции.
8. Москва
Москва женщину ошеломила с первых минут пребывания. И нет, это не была знакомая ей с прошлой жизни площадь трех вокзалов — скорее большая станция с десятком путей на окраине. Впрочем, шум, веселая суета встречающих и отъезжающих, азартные крики "держи вора", свистки представителей власти, хохот подвыпивших компаний и свистящий шёпот собравшихся кучками женщин, да хныканье уставших и перепуганных детей, все это наводило на вполне определенные мысли. Мысли о том, что не так уж люди этого мира и отличаются. Бросалось в глаза все то же снисходительное высокомерие местных жителей и чуть испуганное, но настороженное любопытство приезжих.
Отойдя в сторону, Надежда со стороны наблюдала как двое мужчин во вполне современных костюмах, размахивая тростью, уселись в большой, поджидавший их автомобиль, а точнее магомобиль с откидным тканевым верхом и, хлопнув по плечу водителя, отбыли восвояси.
Рядом, истерически вскрикивая, крупная тетка в фиолетовом платье с нелепыми и неуместными бантикам по подолу, приводила в чувство девушку лет семнадцати.
— Вот! Я же говорила, чтобы ты ему на руки в обморок упала, глядишь, скомпрометировал бы, да женился, а ты? "Не могу, невместно, стыдно"! Дура ты, Глашка, неразумная! Это же самый молодой князь! Сам глава рода — Ером Мараевич Ивазовский. Да у него одних только мануфактур пять штук и лавок количество бессчётное, а ты? Дурааа…, ой, как есть же дура неразумная! Ну, где ты еще могла бы познакомиться с ним, а тут такой шанс был, а ты упустила его! Вот что я маменьке твоей скажу, а?
Девушка сопела, краснела, отворачивалась, но отвечать и перечить тетке не решалась, хотя магомобиль тоскливым взглядом все же проводила.
Наконец, тетка чуть успокоилась и, подозвав извозчика, начала долго яростно торговаться, снижая плату за проезд.
Надежда уже даже в себя прийти успела от раздражающей ее суеты, когда к ней подскочил плюгавенький мужичок в аляповато — ярком, расшитом странными завитушками кафтане, с маленькими, чуть заплывшими, бегающими глазками и попытался ухватить ее за руку.
Наученная недавним горьким опытом, руку женщина отдернула моментально, словно на автомате, а мешок прижала к груди покрепче. Мужик удивился и попытку повторил, заставляя отступить ее еще немного, а потом и вовсе посмотрел раздражено.
— Эй, ты чего? От подруг отстала? Пошли, тебя только и ждем, — кивнул он на большую, мест на десять, длинную крытую повозку запряженную двойкой мощных, крупных лошадей, — ну, чего еще? Ты куда? В "Розу" или в " Лилию" нацелилась? Имей в виду, там Мадам сами девушек набирают. Не понравишься, вообще в центре работать не допустят.
Мужик снова попытался схватить девушку за руку, а не выдержавшая Надежда хмыкнула, улыбнулась и…, завизжала как сумасшедшая.
— Грабят, спасите, помогите, — заорала она прямо в лицо опешившего представителя "весёлых домов"
Мужик побелел, дернулся и даже отступил растеряно, а к ним уже неслись, свистя и порыкивая два мужика в синей форме стражей правопорядка.
— Тааак, что тут у нас? — азартно протянул один из них, рыжий парень со смеющимися глазами и с любопытством оглядел прижимающую к себе мешок девушку.
Дёрнувшийся было сбежать, приставала вздохнул, скривился на мгновение, но тут же нацепив на лицо растерянную недоуменную улыбку резко обернулся.
— Так это, недоразумение вышло, господин полицейский, не извольте беспокоиться, — залебезил он уверенно, — думал, стоит девушка одна, так может, помощь нужна, доставить ее куда пожелает, а она видимо поняла меня неправильно. Кричать начала. Народ весь переполошила. Что ж с нее возьмешь — баба глупая.
Мужик посмотрел на Надежду неодобрительно, а потом перевел взгляд на одновременно ухмыльнувшихся полицейских.
— Куда надо, значит? — хмыкнул рыжий насмешливо и покосился на так и стоявшую повозку с выглядывающими из нее любопытными женскими лицами, — а ты значит у нас добрый очень, помогаешь всем попавшим в беду девицам на безвозмездной основе, живота не жалея?
Мужик скрипнул зубами, но на выпад стража порядка ответить не решился.
Впрочем, тут влез в разговор второй, более взрослый и хмурый полицейский.
— Так может мы у девушки и спросим — чего она испугалась то? — бросил он, не отрывая серьезного, сканирующего взгляда от прилипалы-неудачника.
Тот стушевался, бросил злой, предупреждающий взгляд на Надежду, но в руки взял себя быстро. Взгляд его просветлел как у херувима на иконе, и он закивал согласно, — помогаю, конечно, не зверь же я, коли в силах то моих, то чего не помочь?
Полицейские переглянулись и хмыкнули недоверчиво, а мужик вдруг засуетился.
— Ну-с, если помощь моя не требуется, то разрешите откланяться. Очень, очень жаль, что мой порыв не оценили, — наиграно обиженно поклонился он, а полицейские вопросительно уставились на девушку.
На мгновение Надежда растерялась, а потом до нее дошло, что они ждут обвинений и качнула головой отрицательно.
— Пусть едет. Жалобу писать не буду, а то за мной сейчас тетя Франсуаза подъехать должна. Она старенькая уже, не хотелось бы задерживать и волновать ее.
Полицейские снова переглянулись, кивнули понятливо и даже уважительно — видимо иноземные корни и здесь ценятся, а мужик, бросив задумчивый взгляд на девушку, рванул к ожидающей его повозке.
Надежда даже выдохнула с облегчением, но тут к ней обратился рыжик.
— Вы это, не бойтесь. Ждите свою тетю спокойно, если что кричите, а мы присмотрим, — пообещал он весело и, махнув на прощание, отправился за напарником.
9. Студиозка
Остаток дня пролетел быстро. Дождавшись очередной поезд, когда полицейские отвлекутся и затеряются в бестолковой толчее, Надежда выбрала самую неказистую повозку ожидающую пассажиров и рванула к ней.
— В центр! В какой-нибудь приличный, но не дорогой постоялый двор, — скомандовала она уверенно.
Возничий, немолодой, щуплый дядька с редкими, светлыми, но еще не седыми волосами, окинул девушку задумчивым взглядом, почесал затылок и вдруг понятливо улыбнулся.
— А, так, ты эта, студиозка которая, — покивал он одобрительно, — практиковаться к нам приехала?
Надежда, которую внезапно появившееся предположение рассмешило, приподняла бровь, но поскольку версия оказалась неплохой, кивнула согласно.
— Ага, я еще та студиозка, — хмыкнула она весело, а тронувшийся к тому времени возничий и вовсе расцвел как одуванчик по весне.
— Так тебе тогда не на постоялый двор надо, а в общежитие ваше, студиозское, — сделал он логический вывод и закивал, словно сам с собой споря, — ша, дядюшка Протасий все знает. Доставит тебя, девонька, в лучшем виде. И денег лишних не возьмет, понимает же усе — негоже бедных студиозов обманывать! Ну, пошла, старая! — поторопил он еле плетущуюся клячу.
Возница отвлекся, направляя лошадь на выезд из вокзального тупика, а Надежда посмотрела на мужчину задумчиво. Неплохой? Или тоже врет, как и остальные встреченные ею люди? Впрочем, мысли эти недолго бродили в девичьей голове и уже через минуту, Надежда рассматривала город, в котором в прошлой жизни бывала всего дважды, проездом и то недолго.