Барышня с подвохом или выжить любой ценой (СИ)

— Ну и что делать с этими козлами? — прошептала она растеряно, — не могу же я с двумя трупами в одной комнате жить.
5. Первые шаги 
Сползать с кровати на одних руках было долго и сложно. Неудачно шлепнувшись на пол и ударившись локтями, Надежда поморщилась, но не сдалась. Отдышавшись, и с трудом подтянув непослушное тело все еще слабыми руками, она направилась к первой замороженной статуе. Несмотря на опасение, таять та вроде и не собиралась, ну или женщине показалось так.
Передернувшись от омерзения и шумно глубоко подышав, чтобы унять подступающую тошноту, Надежда продолжила путь к двери.
— Ого, карта! Надеюсь, ты не успел деньги себе перекинуть? — нервно улыбнулась она куску льда и поднимая выпавшую из рук доктора пластину.
Женщине повезло. Прижатый к собственному браслету квадратик тут же выдал информацию, что карта не именная, а на предъявителя и содержит наминал аж в две тысячи царских рублей.
Покрутив пластинку в руках, Надежда быстро перекинула половину суммы себе на повседневные расходы, а карту с остатками средств засунула в карман больничного халата, решив, что стратегический, неприкосновенный запас лишним не будет.
Дальше Надежде пришлось сражаться с валяющейся здесь же коляской, раскладывая и фиксируя положение и лишь когда, приткнув ту в угол для фиксации, кое-как забралась в нее, выдохнула спокойнее.
Несколько дней прошло неспокойно — нервно и страшно от присутствия пусть и замороженных, но врагов, а также в ужасе от содеянного. И это еще не считая того, что трупов она насмотрелась в бытность, когда, будучи студенткой, несколько лет подрабатывала санитаркой в больнице, а потому хоть и чувствовала неприятный дискомфорт от соседства, но не боялась. Раньше не боялась. А еще и не убивала, пусть и неосознанно.
Впрочем, все эти волнения не помешали женщине озаботиться бытовыми делами. К счастью Надежды, холодильный шкаф на кухне был забит продуктами и готовыми блюдами — видимо хозяин дома и вправду несколько недель из дома выходить не планировал. А еще нашлась кладовая с долгохранящимися колбасами, овощами и крупами, шкафы с бельем и вполне удобная, видимо предназначенная для слуг душевая. Судя по виду, ремонт там делался очень давно, но отсутствие бортиков и наличие слива прямо в полу позволяло принимать душ не хуже чем в лечебнице, что радовало женщину неимоверно.
Для удобства, комнату женщина выбрала не гостевую и псевдо-богато обставленную, а небольшую, предназначенную для прислуги. Всего их имелось четыре, и находились они возле кухни, а главное в противоположном крыле от той спальни, откуда она сбежала. Именно это то и стало решающим фактором при выборе.
И все же, несмотря на тишину и мнимое спокойствие, первая неделя выдалась для Надежды сложной и морально, и физически. Три дня женщина заглядывала в дальнюю спальню, проверяя, не растаяли ли ее обидчики, а когда выяснила, что ничего подобного не предвидится, выдохнула с облегчением и о наличии нестандартных жильцов постаралась забыть.
Как ни обидно, но появление магии на регенерацию организма влияло медленно. Уже на четвёртый день женщина поняла, что чувствительность ног постепенно возвращается и даже кое-как сумела шевельнуть пальцами ног, но того триумфального выздоровления как она ожидала не случилось.
— С такими темпами я до появления слуг точно смыться не успею, а время то идет, — бурчала она с досадой, и чтобы восстановить кровоток и разогреть мышцы после долгой неподвижности, остервенело массировала непослушные ноги.
Рывок в выздоровлении произошел ночью на восьмой день пребывания в негостеприимном доме. Уже под утро Надежда проснулась от грохота, раздавшегося в глубине дома.
— А? Что? Кто здесь? — подскочила она в панике и сделала три шага в сторону двери.
Впрочем, на этом ее победное шествие и закончилось — ноги подкосились и она, больно ударившись коленями, подобно мешку, грузно осела на не слишком чистый пол.
— Ходила! Я шла! Сама! — мелькала победная мысль, перекрывая страх, боль и неуверенность последних полутора месяцев.
 
Успокоилась женщина чрез час, когда смогла снова подняться на трясущихся от слабости ногах и, держась за стену, добраться до коляски.
— И все же… что там грохнулось? — прошипела женщина и, ориентируясь на магический светильник в конце темного коридора, нехотя отправилась в сторону предполагаемого шума.
К ее большому шоку, на пол упал подтаявший хозяин дома. Уже почти забывшей о его существовании девушке сразу стало жутко и не уютно.
— Скотина! Это надо же было так подгадить! Ну не мог ты еще недельку постоять, — зашипела разбуженной гадюкой женщина, — сволочь, а если ты еще и разлагаться начнешь, да завоняешь, тогда, как мне жить здесь?
Она быстро подъехала на коляске ближе и, наклонившись, ткнула пальчиком во все еще твердое и холодное тело.
— Ну, хоть не ожил и то хорошо, — пробормотала она злобно, — главное смыться вовремя, а там, поди, докажи, что это я придурков приморозила.
Надежда уже совсем успокоилась, собираясь покинуть неприятную компанию, когда некая мысль пришла ей в голову и она замерла в растерянности.
— Ой, а если здесь еще и магические следы какие-нибудь имеются? Если магию можно отследить, типа как у нас по отпечаткам пальцев или по тесту ДНК? Это же окажется, что я конкретно попала, — испугалась она, — Пойди потом, докажи, что я защищалась, а не из вредности этих придурков заморозила.
Некоторое время Надежда еще раздумывала над ситуацией, а потом пришла к выводу, что как минимум неделя ей еще точно нужна, пока она хоть немного уверенней на ноги встанет и вздохнула обреченно.
— Простите, мальчики, но, похоже, мне придется вас прикопать, — фыркнула задумчиво, — причем прикопать в прямом смысле этого слова, чтобы и следов от вас, сволочей таких мерзких, не осталось.
Свою угрозу женщина начала осуществлять в ту же ночь. Прихватив осветительный кристалл и выбравшись через черный ход в огороженный со всех сторон сад, она внимательно огляделась и, приметив свежие посаженные фруктовые кустарники в самом углу шкодливо улыбнулась.
Копать пришлось небольшим совком, а потом и найденной лопатой две ночи подряд. Копать получалось только сидя, но благодаря тому, что земля была вскопана чуть раньше, а черенок у лопаты длинный, то не слишком глубокая яма все же получилась.
Перетаскивала тела женщина тоже по-разному. Если нерадивого доктора удалось уронить в подставленную коляску и облокачиваясь всем телом, почти повиснув на ручках, довезти до импровизированной могилы, то под хозяина дома пришлось подпихивать доски и используя их как рычаг, катить самым натуральным образом.
— Как был козлом, так им и остался, — пыхтела женщина злобно, — даже после смерти от тебя проблемы лишь одни.
Впрочем, все усилия даром не пропали. Прикопав преступников — неудачников и рассадив на свои законные места кустарник, Надежда отправилась отмываться и лишь тогда сообразила, что держится на ногах очень даже уверенно. Не то чтобы она могла бы уже побежать, но выдержать десять минут под душем без коляски, а потом добраться по стеночке до комнаты сил все же хватало.
Утро четырнадцатого дня огорчило Надежду Константиновну закончившимися готовыми блюдами в специальном стазисном шкафу, а также напомнило, что время, выделенное хозяином дома на отпуск слугам, заканчивается.
Ходить к тому времени женщина старалась без помощи коляски, и хотя получалось все лучше и лучше, но все же для здорового человека недостаточно ловко.
Решив, что еще пять дней у нее в запасе есть, Надежда отправилась осмотреться в доме более предметно, а по случаю и помародерствовать.
Библиотека, к сожалению, женщины оказалась маленькой — всего на два стеллажа и, учитывая, что содержала большей частью любовные романы, довольно бесполезной. Впрочем, потрёпанный учебник начальной магии, непонятно как затесавшийся между красочных корешков она нашла, как и восемьдесят девятый выпуск, с перечнем всех родов России, и их глав, гласивший, что он пополненный и обновленный, попался.