Барышня с подвохом или выжить любой ценой (СИ)

— Мы все вернем, до самого убыточного производства, — заявила она уверенно, — пусть не сегодня и не завтра, но имущество в Род вернуть придётся, а иначе как мы подниматься собираемся? Думаешь, нас кто-то уважать будет, или дела серьезные вести, если знают, что род Иворовых ограбить любой сможет? Нет, так дело не пойдет. Это раньше я одна была, а теперь мне есть ради кого жить и вперед идти — не могу я балбесов этих одних оставить.
Пётр Васильевич нахмурился в ответ, но спорить не стал.
— Я многое знаю, но во внутреннюю кухню, как говорится, не лез никогда, — сказал он пять минут спустя, — в общем, основной список я тебе напишу, а еще с Забродиным Марком Соломоновичем сведу. Он, до событий всех, доверенным лицом батюшки твоего был, а значит, сможет предоставить более полную информацию. Ч и т а й к н и г и н а К н и г о е д. н е т
Мужчина замолчал, задумавшись, а Надежда с любопытством наблюдала за родственником.
— Ты чувствуешь злость, недоверие, а еще некую обреченность, — сказала она внезапно, — не хочешь поделиться — с чего это ты не ушел до сих пор, если даже помогать мне заставляешь себя через силу?
Пётр Васильевич дернулся испугано, охнул и тут эмоции мужчины заметались, словно калейдоскоп в руках ребёнка. Растерянность, неверие, надежда, переходящая в уверенность и наконец, полная не замутненная радость.
— Дар! Родовой открылся! Надя! Наденька! Теперь точно вижу, что Иворова! — воскликнул мужчина и, подхватив девушку, закружил по комнате, — Единый! Счастье то какое!
Мужчина засмеялся, а теперь уже растерянная девушка зашипела, отпихивая его и вырываясь недовольно.
— То есть, до сих пор ты сомневался? — ядовито выдохнула она, — а то, что я вижу тропы теневые не Родовое умение разве?
Пётр Васильевич выпустил колючку и засмеялся еще громче, — тропы, скажешь тоже, ты же до сих пор не можешь передвигаться по ним и неизвестно научишься ли, а вот мыслеобразы считывать это точно Иворовский дар. Тем более и защита поместья на нем завязана, так, что теперь мы однозначно домой попадем.
Мужчина продолжал радоваться, а Надежда задумалась. Так вот значит, почему другие маги и вышедшие их Клана главы родов, не смогли купол снять, да до конца обобрать… Все потому, что именно этим редким даром никто из них и не обладал. Разве, что, возможно, менталисты могли бы справиться с задачей, но их всего несколько человек, да и те, лишь Государь, то есть царю — батюшке подчиняются.
— А это уже становилось интересно, — пробормотала она довольно, — кажется, в кои-то веки, мне действительно повезло.
Впрочем, и в этой бочке меда затесалась ложка дегтя. Отчего-то стало страшно, что защитный контур распознает в ней самозванку и, не смотря на кровь и родовые дары не захочет, пропустит внутрь.
Впрочем, думать о таком было рано. Решив, что будет решать вопросы по мере их появления, девушка распрощалась с довольным наставником и наконец-то с чувством выполненного долга отправилась спать.
В общем, так и получилось, что по итогам повторного собрания, наведаться в Родовое поместье Иворовых и попробовать снять защиту, решено было единогласно. На то, чтобы подтянуть знания и собрать вещи, которыми компания успела обзавестись за год, оставалось совсем немного времени — чуть меньше месяца.
43. Сборы 
День рождения Надежды компания отпраздновала шумно, хотя и без размаха.
Чертыхнувшись, что до одноразовой посуды тут так и не додумались и, решив не трогать упакованные в дорогу узлы с посудой и чемоданы с другими нужными вещами, девушка замариновала мяса на шашлык, накрошила овощи в хозяйскую миску и купила самый лучший торт в кондитерской лавке.
Вечер пролетел душевно и слишком быстро, даже Петр Васильевич почти не злобствовал и даже, подарил имениннице хрустальный кулон с движущимися тенями внутри. Оказалось, что принадлежал он ее матушке, как подарок от отца на рождение ее, Надежды, но как мужчина раздобыл его, он умолчал. Только морщился недовольно, отчего девушка догадалась, что достался тот не совсем честным путем. Хотя, чего там нечестного, если у вора украли, да хозяйке вернули?
 
В общем, большой щепетильностью Надежда Константиновна не страдала, а потому вникать и расспрашивать дядьку о подробностях не стала, но поблагодарила сердечно.
Несмотря на то, что родителей этого тела девушка не знала, но все равно стало даже грустно немного. Впрочем, размышлять об этом долго не получилось. Олька с друзьями преподнесла небольшой кристалл на цепочке с целительской магией, на который те заработали, бегая помогать на рынок. И когда только успели? Не иначе Петр Васильевич им помог. А вот малышка Анечка нарисовала замечательный рисунок и показала, как замечательно выполняет команды "сидеть и лежать" еще по-детски неуклюжий, но полностью выздоровевший щенок названный Тоем.
В общем, день прошел весело и очень позитивно, а уже к обеду следующего дня вся компания разместилась в двух больших купе и с азартным предвкушением ждала новых приключений.
Дорога выдалась спокойной. Случился, правда, небольшой конфликт с проводницей поезда, возмутившейся, что в дорогих купе перевозят безродных собак, но обаяние наставника и пара монет успокоили совесть вредной тетки.
Несмотря на ворчание Петра Васильевича, питомцев девушка оставлять отказалась категорически. Во-первых, привязалась к ним, а во вторых, была уверена, что поступи по-другому и Митька с друзьями ехать бы отказался, а оставить подростков-магов на произвол судьбы она точно не могла, и так понятно, что вляпаются куда-нибудь без присмотра.
В Москву разросшаяся компания прибыла ближе к вечеру четвертого дня и тут же озаботилась ночлегом.
— Неее, щенка еще можно было бы пронести, а с Рексом нас точно в доходный дом не пустят, — нахмурился недовольно Петр Васильевич, глядя на подопечных с укоризной, — придется мне сходить телегу купить, да в ночь выдвигаться.
Надежда попыталась возразить, что можно и таверну дешёвую с комнатами поискать, но получив брезгливый, недобрый взгляд от наставника и ответ, что невместно молодым девушкам и детям в местах разврата, пьянства и других человеческих пороков появляться, быстро сдулась. Пришлось ей помогать мешки и баулы в сторону оттаскивать, а потом ждать найдет ли ее дядька лошадь с телегой так поздно.
К счастью, Петру Васильевичу повезло. А впрочем, возможно сыграло роль, хорошее знание города и старые знакомства, поскольку появился он уже через час злой и раздраженный, но не с пустыми руками и неутешительными новостями, что дороги к поместью охраняются магами, а чьим не понятно.
— Если остановят, будем говорить, что крестьяне мы. Едем к свояку на свадьбу, подарки везем, — заявил он, скидывая приличный сюртук и натягивая что-то безразмерное и потертое. Ну, давай, снимай пальтишко — такое холопам не уместно носить, вон в рогожку закутайся, да и личико измажь немного, нечего глазищами сверкать — баба должна скромной быть, а холопка и вовсе незаметной, от греха подальше.
Надежда покривилась недовольно, закатив глаза, но спорить не стала, оставляя все технические вопросы на дядьку, а тот и рад стараться, да поучать.
— Коли встретим кого, не вздумай с разговорами лезть, да не забудь глазки в пол опустить, — продолжал наставлять он сердито, а заметив, что все слушают внимательно, фыркнул, не сдержавшись, — ну, давайте уже грузиться, чего замерли? Нам на этой кляче еще часа четыре тащиться.
Грузились быстро. Уставшие, полные впечатлений дети, тут же улеглись и зарылись в сено зевая, а Надежда устроилась рядом с дядюшкой, расспрашивая про поместье, что находится рядом с Зеленоградом, примерно четырех часов спокойной поступи лошадки и, надеясь, что защитный купол все же снимется, а ночевать они будут если не в чистых постелях, то, по крайней мере, под крышей.
44. Приключения артистов 
К неприятному удивлению Надежды, тревоги Петра Васильевича сбылись уже часам к десяти вечера. Когда до поместья оставалось не больше часа езды, путь им перегородили сколоченные крест-накрест деревянные заграждения, а на встречу, из стоявшего в стороне магомобиля вышло три добротно одетых, недовольных человека.