Вопреки судьбе (СИ)

Азирафаэль прерывисто вздохнул. Перед глазами его стояла мутная пелена, он судорожно сглатывал, изо всех сил пытаясь не плакать. Получалось плохо. Он осторожно погладил демона по лбу, не уверенный, что и без того взвинченный Кроули стерпит эту непрошенную ласку.
— Ох, дорогой мой… Мне кажется, сейчас мы говорим не об убийстве. Боюсь, ты прав, любой другой исход будет намного страшнее… Поверь мне, если будет хоть один шанс выбраться отсюда…
Он встряхнул головой, смаргивая непрошенные слёзы. Закончил твёрдо:
— Но если нет, мы оба сделаем это друг для друга. Одновременно. Я не позволю тебе остаться здесь одному. Ты прав, они не пощадят тебя, после всего, что ты сделал ради меня… И, если уж говорить об этом… Я боюсь, то количество святой воды, которое у тебя осталось… не думаю, что её много, верно? Я… Я боюсь, это не позволит тебе умереть мгновенно. Так что меня вполне устроит, если ты не попадёшь с первого раза. Я бы хотел… Нет, не надо, Кроули, не смотри на меня так! Знаю, что это глупо — но я бы хотел, чтобы мы ушли одновременно.
— Милосссердие, — с тоскливой злостью прошипел демон, обессиленно прижимаясь к его ладони. Несмотря на опасение ангела, он до сих пор не огрызнулся и не попытался уйти от прикосновения, явно слишком измученный, чтобы сопротивляться заботе охлаждающей его лоб ладони. — Ненавижу…
— Справедливость, — твёрдо возразил ангел, тяжело сглотнув болезненный горький комок.
— К Дья… к Бо…к Левиафану твою сссправедливосссть!..
Азирафаэль тяжело вздохнул. Опустил глаза. Потом, повинуясь неясному порыву, протянул вторую руку и осторожно, на ощупь нашёл безвольную ладонь демона. Крепко сжал её, словно пытаясь передать хотя бы каплю собственных сил, и осторожно положил сцепленные руки демону на грудь. Так, чтобы чувствовать слабое неровное биение сердца.
Кроули закатил глаза, словно собираясь сказать: «о, вы только посмотрите на эти розовые сопли!». Но пальцы его, словно вопреки воле хозяина, слабо дрогнули, пытаясь сжаться вокруг чужой ладони. Покривившись полминуты, Кроули вздохнул и, закрыв глаза, устало прижался виском к груди ангела. Ему было слишком плохо, чтобы играть в независимость. И слишком страшно, чтобы продолжать беспечно болтать, тратя на это последние гаснущие силы.
В отнорке было тихо. Тихо и темно. Время от времени снаружи доносились звуки шагов, далёкие вопли, один раз раздался топот доброго десятка ног, заставляя их замирать и мучительно прислушиваться, гадая — сейчас? Или ещё есть немного времени?.. Но напротив фальшивой стены не остановился больше никто, и это оставляло слабую надежду на то, что им удастся дождаться конца мифической «смены постов».
Но молчать оказалось ещё сложнее, чем продолжать тягостную тему. Демон не выдержал первым.
— Чувссствую ссссебя героем Шшшекссспира, — с раздражением пожаловался он спустя несколько минут тягостного молчания, неловко скрывая страх за банальной шуткой. — Как же это пошшшло…
— Что? — подавленно откликнулся ангел. Потом понял. — Ах, ну да… Нет, не думаю, что это пошло. Хотя очень грустно.
— Ты ничего не понимаешшшь в пошшшлосссти, — огрызнулся Кроули. — Твой Шекссспир — верх пошшшлости. Никогда не любил Шшшекспира. Банальные сюжеты, ужасссный слог, плохие концы. А эта пьессса — просто вершина его бездарной карьеры. Самая глупая твоя шутка. Чего ты добивался, рассказывая ему эту слезливую историю?
Азирафаэль растерянно заморгал. На лице его отразилось что-то живое, что-то, что всё-таки лучше убитого, подавленного выражения, которое он не мог скрывать.
— Я?.. — в голосе его слышалось настоящее удивление. — О, мой дорогой, так это был не ты?
— Что — не я? — с раздражением огрызнулся демон.
— Ну, я имею в виду… — ангел смешался. Неловко повел свободной рукой, словно пытаясь написатьчто-то прямо в воздухе. — Эта история о бедных возлюбленных из враждующих семей… Я думал, что это твоя шутка — ужасно похоже на нашу собственную историю, вся это многолетняя вражда, невозможность быть вместе…
Кроули зашипел, пытаясь устроить обожжённые ноги поудобнее, и с искренним недоумением обернулся к другу.
 
— О, чудесссно. Ангел, ты серьёзно? На _нашшшу_ историю? Я похож на малолетнего… недоумка, который даже проверить пульссс у сссвоей дамы не в соссстоянии? Или, может, на эту иссстеричку, по которой ювенальная ссслужба плачет? Омерзительно! Если это… не твоя работа, то Уильям — ещё больший маразматик, чем я сссчитал! Кем нужно быть, чтобы выдумать такое? Я бы мог понять, если бы это был заказ… кого-то из вашшших — ссслезливо и романтично, и мораль вп… вполне в духе времени: «слушшшайтесь родителей, детишшшки, иначе загнётессссь по-глупому в цвете лет». Но просссто так?! Что за отвратительный сюжет? Почему бы не придумать им хэппи-энд? Я люблю хэппи-энды.
Азирафаэль долго молчал. Потом негромко вздохнул и, послав демону печальную, сочувственную улыбку, опустил голову.
— У нас его, скорее всего, не будет…
И Кроули резко замолчал, словно его ударили.
  
Глава 21
 
Спустя несколько минут Кроули вновь насторожился. Тревожно приподнялся, прислушиваясь к чему-то и почти по-змеиному поводя головой. Азирафаэль оцепенел, невольно замирая и боясь даже думать, что их всё-таки обнаружили. Но нет, всё было тихо.
Ангел почти успел расслабиться и порадоваться, что на этот раз, похоже, им вновь повезло…
Как вдруг Кроули сдавленно зашипел, лицо его исказилось от страха и злости. Он сдавленно вскрикнул и зашарил руками по полу, пытаясь встать.
— Наружу, быссстро! — задыхаясь от боли, прохрипел он.
Повторять дважды не пришлось. Ахнув, ангел стремительно вскочил на ноги, подхватил шатающегося Кроули и, не задумываясь, бросился к пошедшей зыбкими волнами стене. На какой-то миг казалось, что они опоздали: толкнуло в грудь густой тягучей массой, обдало леденящим холодом… Но они уже пролетели теряющую проницаемость стену, впереди был низкий коридор, и Азирафаэль невольно сделал несколько лишних шагов, в панике забыв остановиться. Опомнился.
…Как выяснилось, лишь затем, чтобы тяжело хватающий воздух открытым ртом Кроули с силой вцепился в его локоть, ощутимо толкая его в спину.
— Нап… раво. Быссстрее!
Раздумывать Азирафаэль не стал. Потратил только несколько секунд — чтобы поудобнее перехватить демона вокруг торса и привычно закинуть его левую руку себе на плечо. Миг спустя они уже бежали (или, лучше будет сказать, ковыляли) прочь от спасительного алькова, чуть было не превратившегося в их общую могилу. Будь Кроули в состоянии идти сам, все было бы не так уж сложно, но увы — сейчас всё, что он мог делать — это невпопад перебирать ногами, стараясь не повисать на задыхающемся от тяжести ангеле слишком уж сильно. Ноги, казалось, никак не могут договориться, которой нужно шагать первой: он то и дело спотыкался, то забывая сделать очередной шаг, то вовсе оседая без сил на подламывающихся коленях. Азирафаэль косился на него со всевозрастающим ужасом. В последний раз он видел демона в таком состоянии в… в… впрочем, нет, в таком состоянии Кроули он не видел никогда.
— Кроули! — со стоном выдохнул Азирафаэль, крепче обхватывая демона за пояс, когда тот в очередной раз споткнулся, безвольно обвисая на его плече. — Пожалуйста, дорогой мой, держись!..
Голос его дрожал от мучительного сочувствия, и не нужно было задавать дополнительных вопросов, чтобы понять, что ангел, не имеющий возможности даже сотворить какое-нибудь совсем крошечное, но жизненно необходимое им сейчас чудо, буквально выбивается из сил.
 
Кроули что-то бессвязно прохрипел, с упрямством паралитика вставая на ноги и делая ещё несколько неловких шагов.
— Что?..
— Ссско… рее, — почти без звука прошипел он. — Они з… знают, где иссскать…
Меч в его безвольно опущенной руке почти волочился по полу, то и дело цепляя его острием, и тогда по коридору разносился мерзкий скрежещущий звук. Азирафаэль затравленно оглянулся назад. Поджал дрожащие губы и, в очередной раз вздёрнув за пояс падающего Кроули, прибавил шагу.