Князь Демидов. Том X (СИ)
-…проклятая тишина! — раздался недовольный мужской голос: — Всё правое крыло, как будто вымерло к чёртовой матери!
— Вофл сказал сидеть и не отсвечивать. — ответил второй: — Может быть, проблемы с аппаратурой?
— Отряд Найта ушёл проверить и не выходит на связь уже пятнадцать минут! Это не нормально…
— И, что ты предлагаешь? Свалить с поста и бросить Вофла? Ты же прекрасно знаешь, что он не убежит! Поступим, как конченые дезертиры после всего, что он для нас сделал? Да я лучше сдохну, как герой! И, хотя бы — попытаюсь защитить его, чем потом всю жизнь сидеть в тюрьме и жалеть…
— Верно говоришь. Будем ждать. Да и, к тому же — если бы кто-то и осмелился напасть, то наверняка мы бы услышали пулемёт… — договорить стражник не успел, ибо я заморозил его кровь. Второй запаниковал, но был лишён возможности дышать.
Переступив через трупы, я вытащил Жекича и заглянул в бухгалтерию.
— Хави! Жорж! Это вы? — спросил ослабленный голос из мрака кабинета.
Что за дичь? По всему полу были раскиданы толстые провода, которые тянулись к огромной установке, отдалённо напоминающей медицинский модуль старого образца.
Аккуратно прикрыв за собой дверь, я сделал шаг вперёд.
— Хави? — повторил ослабленный голос: — Что у вас там происходит?
Огромная установка начала с тихим жужжанием поворачиваться ко мне. К чёрту! Вдруг, оружие? Сделав кувырок, я спрятался за хаотично расставленные тумбочки.
— Не переживай. — вздохнула Хихаль: — Сомневаюсь, что он способен причинить тебе вред.
«Ты откуда знаешь?» — напряжённо спросил я.
— А ты взгляни. Я проверила этот странный аппарат. Ничего опасного в нём нет. Да, и вообще! Что за недоверие⁈ — недовольно хмыкнула помощница.
— Кто ты? — настойчиво спросил голос.
Аккуратно поднявшись, я немного удивился, но вида не подал. Огромная установка оказалась, чем-то вроде трона, который был вмонтирован в аппарат для искусственного жизнеобеспечения. На ней, словно полумёртвый царь, восседал мужчина… Он больше напоминал иссушенную мумию, а не человека. Бледная кожа обтягивала кости. От волос осталась лишь непонятная седая поросль над ушами… Зато ярко-синие радужки глаз, как будто горели двумя огоньками во мраке кабинета.
— У меня встречный вопрос. Кто ты? Или правильнее говорить — что ты?
— Хех… — загадочное существо лишь болезненно улыбнулось: — Я — человек. Просто немного болею.
— «Немного»? Да ты у нас шутник. Как зовут?
— Валери фон Оглест. Но многие называют меня просто — Вофл. Я, вроде, должен командовать тут парадом… Но я слегка расстроен, что ты не знаешь моего имени.
— Имя-то я, как раз — знаю. Но вот то, что «Яростью плебсов» управляет нечто подобное — для меня открытие. Ну… зато понятно, зачем вам целых три аккумулятора. Они подпитывают твой аппарат, верно?
— Верно. — ответил Вофл: — Я правда хотел бы с тобой поговорить… Я столько всего слышал про тебя в сети! Но наше время подошло к концу. И твоё… И моё.
— О, чём это ты? — я с непониманием взглянул на болезного.
Позади послышался щелчок предохранителя.
— Игры закончились, Демидов. — произнёс Херальд, и начал медленно приближаться, наведя на меня пистолет: — Очень жаль убивать такого славного воина. Правда! Но у меня просто нет выбора.
— Ля ты крыса… — я нажал на волшебную кнопочку на мобильнике, а затем поднял руки на уровень плеч: — Так за всеми этими безобразиями стоял Его Высочество — средний сын Короля! Теперь понятно, почему ты так рьяно рвался сюда, игнорируя все мои предостережения. Одного только понять не могу. Почему именно «Пи»?
— Потому что Парсифаль — ничем не отличается от отца. Такой же бесхребетный слизняк, для которого страна — это радуга, а народ — стая ручных единорогов. Над нами все смеются… А Священный Союз никогда не воспринимает всерьёз. Хватит это терпеть! Я устал смотреть на то, как отец, словно священник — отпускает грехи мерзавцам. «Ярость» была создана исключительно для того, чтобы довести Короля до точки кипения! Дабы показать, что отморозкам плевать на его законы… И теперь, когда мой план практически приведён в действие — все грехи «Ярости плебсов» я возложу на Парсифаля! — холодно ответил Херальд: — Но для начала — я покончу с «вымышленным богом-машиной». — Принц навёл пистолет на Вофла и нажал на спусковой крючок.
Ох, как мне пришлось изловчиться, чтобы перехватить пулю! Скорость была такой, что будь мы в фильме — моя одежда бы загорелась.
Пуля врезалась в лезвие трофейной финки, и превратившись в маленький бесформенный комочек — упала на пол.
— Как ты… — Херальд с ужасом смотрел на меня.
Воспользовавшись его замешательством, я подбежал к предателю и врезал ему кулаком в физиономию.
— Аккуратнее! Убьёшь же! — возмутилась Хихаль.
Закатив глаза, Принц обрушился на пол.
— Ничего. — хмыкнул я: — Жить будет.
Вытащив мобильник, я вновь нажал на волшебную кнопочку и начал вторую запись. Теперь нужно понять, откуда взялась «Ярость», и что вообще тут происходит.
— Итак. — я подошёл к Вофлу: — Думаю, ты прекрасно понимаешь, что сопротивляться больше не имеет смысла?
— Я это понял ещё год назад, приятель. — вздохнул горемыка и опустил взгляд: — Будем считать, что это моя исповедь.
— Да, ладно? Неужели всё настолько плохо? — удивился я.
Хотя… Ситуации разные бывают. И мне очень хотелось услышать эту историю со всеми подробностями. Чтобы не вызывать штурмовой отряд раньше времени, я связал руки Принца пластиковыми стяжками, а дверь подпёр здоровенным шкафом.
— Все мы приходим в мир светлыми… Чистыми. — произнёс Валери: — Как свежий лист бумаги, который мы достаём из упаковки.
— Но со временем всё меняется. На лист наносят чернила… И я бы очень не хотел в очередной раз слышать картонную ложь о добре и зле. — произнёс я и сел возле Вофла.
— Ой… Поверь на слово — я всю свою жизнь только и делаю, что страдаю. Так что мучиться из-за вспыльчивого самодура не хочу. — ответил предводитель «Ярости» и с грустью посмотрел на меня: — Ты не представляешь, какого это… быть на моём месте. Если честно, то каждый божий день последние полтора года я только и мечтаю, что о смерти. Но у меня нет возможности отключить аппарат… Моё тело практически обездвижено.
— Как я уже сказал — мне нужна правда. И моё решение будет зависеть от того, насколько ты будешь сговорчив. Постараешься — умрёшь быстро.
— Хех… Это даже иронично, что я умоляю о смерти. Знаешь… Я всегда держался за жизнь. Увы, я родился очень больным ребёнком. У меня обнаружили уникальный вид лейкемии… Но родители не отказались от меня. Я рос в хорошей семье талантливого стоматолога. И именно благодаря маме и папе я стал… собой. Они делали всё, чтобы у проблемного сына был хоть маленький намёк на детство! Они старались изо всех сил! И я очень это ценю.
— Прекрасно. Минус одна причина, чтобы стать шаблонным злодеем. Поехали дальше!
— Из-за очень слабого тела, я проводил всё своё время дома или в больнице. Но чаще в больнице… Делать было нечего. Вот я и изучал физику… медицину. Анатомию. В общем — всего понемногу. Но к двадцати пяти моя жизнь превратилась в настоящий ад!
— Что случилось?
— Моё тело окончательно перестало меня слушаться. Я не мог нормально есть. Не мог шевелиться… Но я очень хотел жить! Я изо всех сил хватался за любую возможность… Но внезапная катастрофа забрала у меня родителей. Ох, что началось… Тогда я не знал, что делать. Куда обращаться… В чью дверь постучать. Я искренне верил, что Король разрешит ситуацию. Но его врачи лишь разводили руками и говорили — у тебя редкая болезнь, друг. Никто не знает, как с ней справиться. Так что — доживай свой век в радости и веселись на полную катушку. Это они сказали мне, человеку, который мучился от дистрофии и атрофии мышц. Тогда я понял, что в этом мире ты можешь положиться только на себя. В итоге, никому, кроме родителей я был не нужен… А, когда их не стало, то и вообще превратился в изгоя.
— Погоди! Но в итоге — именно ты создал эту громадину?