"Фантастика 2023-72". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— М-да. С чего же тут начать-то, — задумчиво барабаню пальцами по крышке стола. — Если с самого начала, это будет долго. А если с главного, то ты не пропустишь все вводные, заведёшься; и беседа пропадёт втуне.
— Я всё пойму, я твоя мать! — безапелляционно заявляет она. И я решаю сделать последнюю попытку. Совместив её, впрочем, с протоколами намерений и условий.
Отец, беззаботно прислушиваясь к нашей беседе, решает присоединиться к поеданию жаркого и начинает весело орудовать ножом и вилкой, пропев перед этим какой-то ребус:
— И-де-я! И-де-я! И де я на-хо-жу-ся?! — Он сперва скользит взглядом по мне и матери, потом скучнеет лицом и добавляет в мой адрес. — Начинай сначала, в таких моментах пропуски оставлять нельзя.
— Нажрался — вот и дальше жри молча! — Непоследовательно и неприязненно бросает мать отцу, затем демонстративно с улыбкой поворачивается в мою сторону. — Я всё пойму! Что ты хотел сказать?
— Хорошо, тогда давай по алгоритму Сергеевича, — принимаю решение. — Начнём с результатов…
— А кто есть Сергеевич? — вклинивается отец, снова под неодобрительным взглядом матери (хотя ей это тоже интересно).
— Сергей Сергеевич Солопов, мастер спорта СССР, мой тренер по боксу. Под его началом я в сентябре выполнил мастера. Область, финал, первое место. — У меня почему-то возникает ощущение биллиардного шара, забитого в лузу.
— Ух ты, — вилка с куском мяса в руках отца застывает на половине пути ко рту. — Мастера спорта? По боксу? — Мать вообще не понимает, о чём речь; но отец, в отличие от неё, кажется, очень хорошо понимает. Поскольку даже мясо в тарелку обратно положил, удивлённо свёл вместе брови и широко раскрыл глаза. — Как ухитрился?!
— Вот в том числе, с помощью Сергеевича, — подтверждающе киваю в ответ на оба вопроса сразу. — Да, мастера спорта. И да, бокс. Итак, начнём с результатов. Мама, поздравляю: так меня давно никто не цеплял. Но тебе удалось. Результат номер один: ты в одну секунду настроила меня против себя. Создав у меня устойчивый эмоциональный шаблон: на тебя нельзя положиться; и надеяться на тебя тоже нельзя. Более того: если бы не родственные отношения, лично я бы от такого человека держался подальше.
Широко раскрытые глаза матери без слов намекают на необходимость продолжения. Отец тихонько хмыкает, наливает себе половину рюмки «РУССКОГО СТАНДАРТА», чокается с бутылкой, показывает мне под столом большой палец и возвращается-таки к жаркому.
— Такого результата ты добилась двумя инструментами, — продолжа. — Во-первых, обесценила все мои результаты, которых я добился лично. В частности, школу я давно закончил (при таком ритме жизни, лично для меня, даже пара недель — вечность). О чём есть запись и в Едином Госреестре, и в моём аттестате. Выданном лично мне районным образованием и лицеем. Попутно: лицей за этот год я себе оплатил тоже сам…
— А где ты взял деньги на лицей? — вскидывается мать, под повторное хмыканье отца и вторую половину рюмки «РУССКОГО СТАНДАРТА». — Мы же отправляли родителям? — она имеет ввиду бабушку с дедом.
— То, что вы отправляли своим родителям, у бабули и хранится, — отвечаю. — Там как швейцарский банк, «Оно всё на месте!», — изображаю тоном деда. — Лично мне в этот раз это не понадобилось. В лицее вопрос оплаты закрыл на этот год сам. Плюс, экстерном сдал всё, потому на втором полугодии сэкономил.
— За вторые полгода можно не платить? — оживляется отец. — Если тема исчерпана?
— Так точно. Я удивлён, как вы с бабушкой и дедушкой этого не коснулись, когда к ним ездили.
— Да там было о чём поговорить, — отмахивается отец. — Но новость приятная! Продолжай!
— Так где же ты взял деньги? — матери в голову приходит какая-то мысль и она напрягается. — ТЫ что, делаешь что-то… — она тщательно подбирает слово, несколько раз щёлкает пальцами в воздухе, потом выдаёт, — нехорошее?..
Поднимаю и опускаю брови, восстанавливая контроль над эмоциями:
— Вначале мыл машины на мойке. Вернее, делал чистку салона, если точно. На лицей, кстати, заработал именно там… Потом устроился в НОВУЮ КЛИНИКУ. О её месте в городе, как говорится, можно долго рассказывать; потому лучше сами гляньте в интернете. — Прикидываю, что говорить, а о чём лучше умолчать дальше. — На своём участке в клинике, проблем и претензий не имею. В рамках карьерного роста, доход вырос. Всё, что было до этого момента, относится к ответу на твой вопрос: как я буду кормить семью.
Мать пытается что-то вставить, но я поднимаю руку:
— Давай так. Сейчас говорю я; уложусь в три минуты. ТЫ меня не перебиваешь. Потом, через три минуты, я выслушаю всё, что захочешь сказать ты.
Она не собирается сдаваться и хочет продолжить спорить, но отец кладёт ладонь ей на плечо и неожиданно жёстко говорит:
— Татьяна, помолчи. Пусть закончит. Не перебивай его.
С благодарностью удивлённо киваю отцу (ты смотри, неожиданно… Чего-то я об их отношениях ещё не знаю).
— Что касается темы взрослости и инфантильности… — поднимаю глаза на родителей. — Я бы предложил в этом вопросе оставаться в рамках законодательства.
— Ты о чём? — не понимает мать.
Глава 16
— Есть решение суда. Оно лежит дома, в верхнем ящике моего письменного стола. Вот этим решением, я признаюсь эмансипированным. И наделяюсь всеми правами такого же совершеннолетнего дееспособного человека, какими являетесь вы с отцом. В рамках законодательства нашей страны, по крайней мере.
— И что, никаких ограничений? — не совсем к месту вспыхивает интересом отец.
— Ну почему, как без них… До двадцати пяти лет, не имею права работать прокурором или депутатом парламента. — Посмеиваюсь в ответ. — До тридцати пяти, не могу стать судьёй. О, кажется, ещё Президентом не могу быть; но тут не помню, до тридцати пяти или до сорока пяти.
Отец громко веселится, не обращая внимание на вытянувшееся лицо матери.
— Ну, судьёй и прокурором, равно как и Президентом, тебе и в пятьдесят, да… — он не договаривает, продолжая веселиться.
— Таким образом мы плавно переходим к тому, что ты, мама, ухитрилась обесценить не только меня. Ладно, шут с ним, что я себя сам кормлю, обеспечиваю, закончил лицей… в котором, вы думаете, я до сих пор учусь; и так далее. Мастера спорта тоже опускаем, как достижение.
— Зря, — не соглашается отец, качая головой. Которого, кажется, чуть взяло «РУССКИМ СТАНДАРТОМ». — Я вот помню, что в девяностые годы мастер спорта по боксу жил гораздо лучше директора завода или даже начальника моего сектора, хе-х…
— Кстати! По плаванию Смоляков тоже тянет в сборную области, — вспоминаю об одной упущенной теме. — Даже тренируюсь с ними, но на всё времени может не хватить. Это попутно. Впрочем, на плавание меня отдавали ещё вы, потому с натяжкой готов признать это вашим достижением. В этом году был чемпионат средних учебных заведений, у меня там несколько первых мест. На разных дистанциях.
— Ну, ты не путай свои достижения с нашими инвестициями, — рассудительно роняет отец. — То, что мы тебя к Смолякову отдали, это была наша инвестиция. А уж кем ты там стал, это твоё личное достижение. И кстати, средние заведения — это кто?
— Школы, лицеи, гимназии, колледжи. Но основная рубка была между физкультурным колледжем и нами, — деликатно опускаю тот момент, что по «старшим юношам» от сборной области был, в общем-то, только я. — Но мы отклонились. Возвращаемся к нашим результатам. Мама, ты заставила меня думать о тебе, как о человеке, от которого лучше дистанцироваться. Раз. Добилась этого тем, что обесценила все мои достижения. Аналогичным образом, ты проехалась и по решению суда (которым я признан взрослым), но это ладно; можно списать на незнание. Ты не наладила контакт со мной настолько, что даже эти, достаточно серьёзные, вещи, прошли мимо тебя.
— Ничего себе, какой «раз» длинный, — смеётся отец, не обращая внимания на сверкающий взгляд матери в свой адрес.
— Два. Ты заставляешь нервничать родителей Лены. Они воспитанные и неглупые люди, мам, и отношения с ними мне дались не сразу. Скажу больше: они изначально занимали такую же позицию, как и ты, но в гораздо более жёсткой форме. — Замечаю, что отец впечатлился услышанным. — Подозревая то ли во мне альфонса, то ли в Лене идиотку… Мы с этим справились. С трудом. А сейчас появляешься ты и делаешь всё, чтоб вернуть всё на исходные позиции. Как бы ты относилась к самой себе на моём месте?