"Фантастика 2023-72". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Не расслышал; повторите, пожалуйста? — вежливо переспрашивает в ответ пятидесятилетний китаец в форме НОАК.
— Подкожное кровоизлияние… Синяк по-простому. — Ворчит в ответ парень-европеец.
Офицер НОАК что-то говорит по-китайски, и девушка-китаянка даёт парню-европейцу завершить с ней какие-то странные манипуляции.
— Всё, программу поставил, — непонятно говорит он через две минуты. — Теперь рассосётся быстрее. Может, даже к утру.
— А что с её отцом, можете сказать? — так же вежливо спрашивает офицер-китаец парня-европейца.
— Я уже посмотрел. — Снова непонятно отвечает европеец. — Обычный нокаут. Глубокий. Сотрясение. Опасности для жизни нет. Наши скорую наверняка вызвали, пусть лучше лежит пока. Можете сказать женщинам, что он в безопасности и помощь в пути.
Офицер НОАК, с сомнением косясь на вытирающего руки о траву европейца, переводит его слова двум китаянкам. Которые неожиданно успокаиваются и застывают на месте, обняв друг друга.
* * *
— Кеша, а зачем охранника из «шмеля» исполнили? — спрашиваю Кешу через пять минут, когда на весьма немалом участке становится не протолкнуться от наших. — Заражен же был только дед?
— Ты это сейчас серьёзно? — Кеша поворачивает голову и искоса с удивлением смотрит на меня. — А ты своего почему задавил? Почему не взял в плен живьём и со всей гуманностью?
— Понял… Ладно, нечем крыть… Это я на нервах по тупости. Пардон.
— С нашей стороны претензий ноль. С условием, что тела отдаёте нам для утилизации, — к нам присоединяется Гао, уже собравший с соратниками Кеши документы со всех тел. Кроме двух сгоревших. — Спасибо. Впечатлён.
Гао жмёт руку вначале мне, потом Кеше. Что, судя по удивлению Кеши, является нарушением этикета (видимо, жать руку надо вначале старшему в паре). Впрочем, вслух Кеша ничего не говорит, а Гао тем временем продолжает:
— Охрана управлялась этим стариком. Сам старик…
Далее Гао что-то с полминуты говорит по-китайски, а Кеша синхронно переводит для меня:
— Организованное преступное сообщество. Вёл дела с ним, — Кеша кивает на нокаутированного китайского отца семейства, — но имел свои собственные планы. Охранники были предоставлены от компании, также контролировавшейся людьми деда. Гао из армии, потому всех нюансов сразу не понял. Если бы был мой прямой коллега, возможно, как-то бы по ходу и сориентировал. Впрочем, всё хорошо, что хорошо кончается…
  
Глава 27
 
Коренастый военный, говорящий басом, вроде и появился на территории всего-то с десятком человек, но они ухитрились буквально наводнить собой весь участок, не смотря на целый гектар площади.
Мужики в такой же точно такой же форме, тоже без знаков различия, но с закрытыми лицами что-то деловито между собой обсуждают, залезают в каждый угол, снимают трупы на фото и видео, и вообще производят впечатление муравьёв, занятых чем-то только им самим понятным.
Сам коренастый, раздав своим людям какие-то указания и задав какие-то вопросы в радиостанцию, бросает в неё же «Ну бди!» и, потирая ладони, присоединяется к нам:
— Ну что, всё в норме? Вы целы?
— Вполне, — меланхолично кивает Гао вслед за мной. — Спасибо. По моему мнению, всё было идеально.
Я деликатно молчу. С моей точки зрения, идеально сработал как раз коренастый. А вот касательно Гао, лично мне было бы интересно расспросить самого Гао, на чём зиждилась его уверенность, что китайцы в этом доме его обязательно послушают? И почему этого не произошло в итоге?
(А сам мордобой с последующим расстрелом я бы никак не назвал идеальным течением событий)
Но к моим личным задачам такой вопрос к Гао не имеет никакого отношения (потому что это просто троллинг), а Кеша свои вопросы всегда может задать и сам.
— Бумаги мы с тобой оформляем? — поворачивается военный к Кеше. — Или сейчас понаедут?.. И сориентируют, в каком русле?..
— Понаедут, — цедит в ответ Кеша. — Только что звонили… Но оформлю всё я. Ты на базе у себя… Потом…
Что именно надо будет военному сделать у себя на базе, остаётся за кадром; потому что военный вдруг проводит горизонтально ладонью, шипит «Тс-с-с-с-с» и указывает куда-то в сторону кованой калитки:
 
— Вон уже… Здравия желаю!
Из-за спин людей военного появляется коротко стриженный пятидесятилетний человек в рубашке, который деловито суёт каждому из нас руку, задерживается взглядом на мне и Гао, а потом засыпает Кешу ворохом вопросов.
Кеша, по мере поступления вопросов всё больше хмурится и наконец отвечает:
— А давай чуть в сторону отойдём?
Затем почти что оттаскивает за руку новоприбывшего ближе к углу здания и они о чём-то оживлённо спорят. Активно размахивая руками минут семь.
После чего Кеша достаточно громко говорит:
— Пойду тебе навстречу сразу, как только получу письменное распоряжение от своих. Давайте не будем ссориться.
Новоприбывший на этом и убывает, даже не прощаясь ни с кем, а Кеша возвращается к нам.
— На что они тебя соблазняли? — смеётся военный, тыча пальцем-сарделькой в живот Кеше.
— На совместный рапорт, — хмуро отвечает Кеша, явно не желая развивать тему.
— «У победы много отцов, и лишь поражение всегда сирота», — смеётся толстокорый военный, не обращая внимания на Кешины деликатные знаки и намёки. — А ты ему что?
— А я ему сказал, что велась видеофиксация. С трёх независимых точек. И искажать содержание рапорта в угоду местным категорически не буду, — плюнув на всё, беззаботно пожимает плечами Кеша.
— Орёл, — с нечитаемой интонацией качает головой военный. — Он же тебе теперь срать будет по каждому поводу? Мстительный гадёныш…
— Знаешь, мне после вчера и сегодня, от его перспектив уже ни холодно, ни жарко, — бормочет Кеша, перебирая в руках китайские документы убитых охранников. — Как говорит наш китайский товарищ Гао, я на этой неделе своё уже отбоялся.
— Я говорил иначе, — вежливо улыбается Гао. — Не только об этой неделе.
— Так я, в отличие от вас, свою работу пока и не закончил, — резюмирует Кеша. — Теперь срочно рыть носом, чтоб понять: эти ваши туристы, дед в частности, по городу гуляли? Или дисциплинированно дома сидели всё время?
И у Гао, и у меня на себе были микрофоны, обеспечивавшие Кешу и людей военного полным аудиорядом нашего визита в дом. А видеонаблюдение они и так вели автономно.
— Я бы не переживал, — пытаюсь успокоить Кешу. — Из них, инфицирован только дед. Это точно и однозначно. Если бы что-то было, то дед бы, для начала, перезаразил бы всех остальных. Или хотя бы кого-то из них. Я прав, Гао?
— Да, — кивает Гао. — По моим данным, финальная стадия выглядит иначе. И он до неё всё же не дошёл. Давайте продолжим этот разговор на Хоргосе, раз тут мы сделали всё, что надо?
Видимо, Гао категорически не желает обсуждать проблемы вируса ни с кем ещё, кроме, пожалуй, меня и Кеши.
Но тут уже на Гао отыгрывается Кеша:
— Гао, не моё дело, но… Вы стояли же чуть дальше? А вы слышали, что он, — кивок в сторону китайского отца семейства, который наконец пришёл в себя и теперь пытается сесть, — говорил охраннику? Который потом напал на нашего сотрудника? — В этом месте Кеша вкрадчиво указывает глазами на меня.
— Честно говоря, был занят «своим» охранником, который бросился на меня, — настораживается Гао. — Впопыхах всего не уловил. Дайте вспомнить… — Гао усиленно морщит лоб, закатив глаза, потом выдаёт. — Что-то о деньгах же?
Кеша утвердительно кивает и добавляет:
— И о гарантиях. И об имуществе в нашей стране. — Тут Кеша говорит несколько слов по-китайски, после которых Гао вообще приходит в экстаз.
— Как хорошо, что подсказали! Спасибо! — Гао, уже не глядя на Кешу, кивает ему в знак благодарности и очень быстро идёт в самый дальний конец участка. После чего достаёт свой телефон и с кем-то оживлённо и долго разговаривает.
— О, экстренный сеанс связи, — смеётся коренастый военный, тыча своим пальцем-сарделькой уже в сторону Гао.