"Фантастика 2023-72". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— А ты откуда это всё знаешь, про полковника? — спрашиваю, прерывая Кешино бормотание.
— А сколько мне, по-твоему, лет? — с тенью удивления бросает на меня мимолётный взгляд Кеша, продолжая наблюдатьт за событиями на площади.
— Я думал, лет тридцать. Сейчас, но это уже по стилю мышления, думаю, под тридцать пять.
Кеша начинает беззвучно смеяться в ответ:
— Сорок с лишним. Тип старения второй, если по медицине. Я ж азиат… Я ещё чуток застал те времена, когда полкан начинал. Хоть и самым краем. А в наших кругах, все друг друга знают, кто с таким стажем. Тихо, внимание…
* * *Полковник Туле-ев был далеко не таким ограниченным солдафоном, которого всегда и везде успешно изображал на людях вот уже много лет.
Просто, помимо прочего, такое его амплуа всегда давало ему некоторое лишнее время на размышления в острых ситуациях (в том числе, почти тридцать лет тому на Южной границе некогда великой Империи, которой больше нет). От тормознутого увальня никто и никогда не ждёт быстрых решений и точных действий.
Вот и сейчас.
Что у соседей приключилось что-то не понятное, было ясно сразу. Когда вместо привычного добряка-взяточника Чжао, с той стороны вместе с заместителем Чжао прислали какого-то полугенерала, причём явно не под своим именем: служебное удостоверение да-сяо явно относилось к тому списку документов сопредельной стороны, который в информационной службе погранвойск идёт под грифом «документы прикрытия, выданные официально. Особый контроль».
Т-ев достаточно немало повидал в жизни, в том числе и уже в должности на этом участке границы: когда мимо тебя идут даже не миллионы, а миллиарды, личные требования к качеству собственной работы у нормального офицера всегда повышены. Хотя бы и ради того, чтоб твои бойцы, позарившись на «презренный металл», не пошли по стопам таможенников. Часто за деньги нарушающих неписанные правила: деньги — деньгами, но безопасность государства — святое.
Денег, как сказано в одном старом фильме, конечно, никто не отменял.
Но одно дело — количества заявленных в декларациях товаров и пошлин (хотя и об этом можно дискутировать долго…)
Другое дело — неписаные правила государственной границы. Вернее, как раз писаные. Именно в той части, которая касается действительно эффективной охраны своей границы.
В отряде Т-ва, когда он служил ещё срочную, никого не удивить было нарядом из трёх человек, вступающим в заведомо неравное столкновение с противостоящей группой от десяти человек и выше. Просто своя специфика рода войск. На такие ситуации никто специально, понятно, нарываться не хотел; но и что делать, случись вдруг, представляли точно и однозначно.
Гораздо хуже, когда вместо вооружённых людей такой вот официальный хлыщ пытается сделать то же самое — нарушить правила границы — но вместо автомата, у него пачки денег и официальный документы сопредельной стороны.
Как показывает опыт, в наше время, к сожалению, этот инструмент периодически срабатывает.
Впрочем, срабатывает не на таких, как Т-ев.
* * *— Я обязательно доложу о неподобающем поведении вашей стороны на переговорах, — наш полковник хмуро глядит на да-сяо, затем смачно плюёт под тому ноги и в третий раз начинает разворачиваться. — В четвёртый сектор! — так же хмуро бросает полковник старшему лейтенанту и сержантам, делам знак рукой нашим подполковникам следовать за ним.
— Мне очень жаль, что мы пришли к этому, — на очень хорошем русском языке говорит да-сяо в спину нашему полковнику и что-то по-китайски говорит в сторону своего лацкана своего кителя.
Из второго тонированного микроавтобуса, который выехал на китайской стороне на площадь вслед за первым (на котором приехал сам да-сяо), одновременно со словами да-сяо в сторону своего лацкана, начинают высыпать вооружённые люди в чёрной форме.
Глава 16
Свободная экономическая зона ХОРГОС.
Центральная Торговая Площадь.
Рядом с открытым рестораном напротив рамки безопасности, напротив китайской стороны.
— Господин полковник, мне искренне жаль, но нашу сторону категорически не устраивает текущая ситуация. — Гао разворачивается чуть боком, так, что теперь одновременно он может видеть и своих людей, выходящих из второго микроавтобуса на китайской стороне, и беседующего с ним полковника сопредельной стороны.
Который при словах Гао разворачивается, скользя взглядом по противоположной стороне площади.
— Даже так? — без тени волнений, вопросительно поднимает бровь полковник. — И что дальше?
Китайцы в чёрных формах из второго микроавтобуса о чём-то переговариваются между собой.
— Исключительно в качестве шага доброй воли с моей стороны. — Да-сяо смотрит только на полковника. — Мы заберём только одного из троих, не всех. Присутствие которого у нас критически важно, прошу просто поверить мне на слово. По целому ряду причин, на которых сейчас я не имею права останавливаться подробно. Учитывая ваш ранг и стиль, я уверен, все подробности со временем лично до вас будут доведены. Причём, с нашей стороны в первую очередь.
— На нашей территории есть только один хозяин, — отрицательно качает головой полковник сопредельной стороны. — Вы ничего мне не объясните, ни в будущем, ни когда либо, потому что никого с нашей территории никто не заберёт. Иначе как в соответствие с оговоренными процедурами Свободной Зоны.
Да-сяо что-то снова говорит в свой лацкан. Китайцы в чёрных формах из второго микроавтобуса о чём-то коротко переговариваются и выстраиваются в какой-то странный порядок.
С небольшим запозданием ко всем участникам разговора приходит понимание, что проходить рамку безопасности группа в чёрных формах может только по одному, потому и выстроиться надо в колонну.
— Самый тяжёлый разговор лучше самой лёгкой драки, — продолжает да-сяо не по-китайски, снова глядя на полковника сопредельной стороны. — Вы просто не знаете всех наших обстоятельств. Потому говорите в таком стиле.
— Если вооружённые люди с вашей стороны проходят рамку, со стволами, не оставляя их на вашей половине, это уже не разговор. — Безэмоционально отвечает полковник. — Вернее, не тот разговор. И называется это совсем другим словом. Внесу ясность: это — наша территория. И мы будем её защищать. — Последние слова полковник специально выделяет тоном.
— Мне очень жаль, что всё складывается таким образом. — Отвечает да-сяо. Самое интересное, китаец не играет. Ему действительно жаль, и это заметно внешне.
— Слава богу, я тут, и очень хорошо знаю, что в таких случаях делать. — Со странной улыбкой, немного отстранённо и даже снисходительно полковник ещё раз окидывает взглядом китайца, потом команду в чёрных формах на той стороне, и поворачивается к старшему лейтенанту, протягивая руку. — Дай сюда!
Старший лейтенант, в ответ на жест полковника, передаёт тому стволы китайцев. Полковник кивает старшему лейтенанту, с полсекунды смотрит на него. В глазах старшего лейтенанта плещется какой-то вопрос, на который полковник, видимо, знает ответ. Потому что в следующую секунду он натурально орёт старшему лейтенанту:
— Чего встал?! КПП к бою!
Старший лейтенант срывается с места и под слегка обеспокоенный взгляд да-сяо бегом скрывается в проходном здании.
— У вас в смене на территории не более пятнадцати человек, — демонстрирует неожиданную осведомлённость да-сяо, глядя на полковника. — Полицию не считаем. На помощь из отряда быстрее, чем через час, вам рассчитывать не приходится. А с моей стороны, я не выводил остальные автобусы на площадь специально, чтоб не нагнетать напряжение.