"Фантастика 2023-72". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— В городской клинике с ним потому и не хотели связываться: возраст, возможна куча осложнений, начиная от переносимости наркоза. Его только оперировать. У меня — нет технической возможности, у нас нет хирургии. Такое только диагностируем.
— А чем этот дед отличается от миллионов других на улице, которым не так везёт попасть к Вам на обследование?
— Саш, я не могу, может, обогреть весь этот мир и помочь всем. Но из таких вот случаев и складывается эта пресловутая «социальная ответственность», о которой ты так любишь говорить. Я тоже оперирую этим понятием. И сейчас решаю не вопрос коррекции Системы, а как выжить конкретному деду. Которого в государственной клинике, похоже, просто «сбрили». Ладно, это уже не к тебе. Спасибо огромное! Что от тебя было нужно — ты помог. Так, на секунду зайдём ко мне в кабинет, надо по финансам обсудить.
Заинтригованный, иду за ним. В кабинете он достаёт из-под стола какую-то коробку с деньгами, и спрашивает:
— Оплачу тебе по тарифу УЗИ?
Я уже проснулся, потому соображаю в нужном темпе и не торможу. По нему вижу, что операцию этому деду он будет «продавливать» на личном уровне. Коммерческой выгодой этот случай точно не закончится. А хлопот в любом случае будет огого.
— Стоп. Игорь Витальевич, помните, Вы говорили, что по факту считаете меня партнёром?
— Помню. И не отказываюсь.
— Я сейчас точно вижу, что заработать на конкретно этом пациенте не вариант. Для Вас и клиники.
— Ну, да… — соглашается он. — Но я же не могу тебя дёргать вхолостую. Ну один раз ты поможешь, ну второй. Допустим, оба пациента для меня бесплатные. Но на каком-то этапе тебе же надоест впрягаться из альтруизма. А я хочу на тебя рассчитывать всегда. Потому — вот, компенсирую твои напряги.
— Спасибо, приятно, — бормочу. — Но давайте всё же иначе. Если мы партнёры — должны делить не только плюсы, а и затраты. В данном случае, этому деду я б и сам помог — если б мог. Но тут такое, что моими методами не лечится. Давайте лучше так. Вместо разовых гонораров, по концу месяца посмотрим на финансовые результаты. В частности, от конверсии. Если будет что делить — продолжим этот разговор. Если же нет — то я хотя бы так поучаствую.
— Ну смотри, как скажешь, — удивлённо бросает Игорь, пряча коробку с деньгами обратно в стол. — На всякий случай. Чтоб ты был уверен, что тебя тут не обманывают, доступ к отчётам по кассе и бухгалтерии дам, какой скажешь.
— Пожалуйста, не беспокойтесь об этом. Давайте пока просто работать.
Не хочу объяснять, что у меня тоже есть своё понимание социальной ответственности. И что я вижу, когда люди мне говорят правду. Или неправду.
Управление …безопасности по… — кой области.
Кабинет начальника … отделения. Присутствуют заместитель начальника отделения — коренастый 37-летний плотно сбитый мужик с фигурой бывшего спортсмена, и сам начальник отделения — высокий 35-летний брюнет, более уместный на фотографии выпускников оксфордского университета.
— Есть сигнал, что объявился парень со способностями по части медицины. По данным источников, из тех 2 %, что реально что-то могут. А не из оставшихся 98-ми%, что только болтают, — коренастый повертел в руках ручку, думая, как сформулировать следующую мысль. На доклад он напросился сам, опасаясь подымать тему без предварительного одобрения того, кто в итоге будет "прикрывать" всё документами.
— Что за пацан, чем славен? — не отрываясь от монитора, спросил высокий.
— Есть информация, реально болячки чувствует: диагностирует влёт, чуть не по пульсу и внешнему виду. Почти не ошибается. Ещё вроде воздействовать может — но тут неточно, медсестра гарантий не даёт. И пока не ясно, что именно он может в плане воздействия.
— И что с того? С чего "волна"?
— В ГЦБ, главврач его деда думал хоронить — а пацан пришёл и вроде чуть не с того света вытянул. Деда уже в палате для "трупов" держали — думали в морг через пару дней. А вышло, что дед чуть не картошку из больницы сам выкапывать поехал. С тех пор, парень был у главврача несколько раз. Принимал участие в осмотре некоторых пациентов, вроде для уточнения диагноза. Но тут медсестра не на всех сменах была, не всё видела.
— Игорь, к чему этот разговор? Парень как-то угрожает безопасности? Конституционному строю? Представляет угрозу населению? Что-то известно о его планах, которые могут такую опасность представлять? Мытут при чём? Тебе реальной работы мало?
— Ну ты чё! Андрей! Если способности реальные — как раз и надо понять, что он может. Сейчас мы его легко под крыло взять можем — в этом возрасте на него легко влиять. Во-вторых, расходы на негласный аппарат реальными результатами всегда легче проводить. А тут — реальный феномен. Ну не по нашему профилю, но — всегда можно сказать, профилактировали: мало ли что он задумать мог. И потом…
— СТОП. Игорь, ты молодец, я очень ценю твой опыт. Свято верю в твоё чутьё. Но пока что ты не назвал ни одного законного основания для запуска темы. Да даже чёрт с ним с законом… Ни одного серьёзного довода, что нам вообще стоит об этом говорить. Я откровенно тебе сейчас кое-что скажу, только услышь меня!
Высокий отрывается от компьютера, делает несколько шагов по кабинету и продолжает:
— Ты сейчас транслируешь какой-то странный шаблон. Лично ты немало увидел, спору нет. Но почему-то на этом основании сам решил, что сам создаёшь правила. Недавно в Центральном Аппарате, на совещании в ДВБ, как раз от такого предостерегали, это чтоб сказать мягко. Игорь, давай заниматься своими делами! И это — не вопрос и не просьба. Политика сверху очень простая: если тема "угрожает безопасности" — работаем. Если нет — нас в этой теме нет. А если такая вот инициатива — в которой твой личный интерес больше законных оснований — Игорь, я тебе второй и последний раз скажу. НУ ЕГО НА-УЙ! Это, если что, политический курс. Сегодняшний.
Виснет неловкая пауза, после которой Высокий уточняет:
— Или ты хотел и частным порядком присоединиться к теме — …?
— Ну да… — мнётся коренастый. — Ну всегда так было! Если что-то интересное — или деньги, или люди, которые нам нужны, всегда мимо не шли, включались…
— Это было до меня, — отрезает высокий. — Считай, что я до тебя только что довёл смену курса. Игорь, пожалуйста, не делай так, чтоб я жалел о том, что жестко не тормознул тебя сразу. По всем ведь прилетит. Времена очень изменились. Мы — не клуб по интересам. При всём уважении к твоей инициативе, чутью и неравнодушию. Разговор окончен и давай к нему больше не возвращаться.
15
Заскакиваю домой, чтоб взять вещи в спортзал. Лена спит. Очень тихо прохожу, беру вещи и закрываю за собой дверь.
По пути в спортзал, обдумываю с разных сторон одну идею. Сила мышечных сокращений, в принципе, не константа. Она, как и скорость, зависит (в том числе) от мощности сигнала, поданного по нерву. Помимо информации из интернета, я это и сам вижу. Интересно, что будет, если искусственно увеличить мощность подаваемого по нервам сигнала на мышцы?
Судя по тому, что в организме вижу я, есть один барьер: прочность костей и суставов, связочного аппарата. В частности, прочность запястья и ударной части кулака.
Мощность максимального сигнала, который можно подать по нерву на мышцы, связана с «аппаратной частью» — с механической прочностью руки. Если подать более мощный сигнал, и мышцы дадут импульс выше нормы (который, как помним из физики, равен масса умножить на скорость) — механической прочности руки может не хватить. Что-то может просто сломаться. Например, кисть. Потому мощность сигнала из мозга сам мозг нам и ограничивает.
Но я также вижу, что организм имеет достаточно высокую степень «защиты от дурака». И процентов на сто пятьдесят, подав болеем мощный сигнал на мышцы, импульс удара повысить можно безболезненно.
Хочу сегодня опытным путём проверить всю эту теорию. И посмотреть, насколько я могу снять эти ограничения лично себе. Возможно, это просто детство, но мне банально интересно. Правильно считают на Востоке: Путь важнее результата.