Во главе раздора
– Хорошо, профессор, – тем же ровным тоном ответил студент и окинул меня взглядом, когда я встала рядом.
Радужки у него светло-карие. Красивый янтарный оттенок вместе с экзотическим разрезом глаз притягивал внимание. Парень смотрел без раздражения или высокомерия, но и дружелюбным его выражение лица тоже нельзя было назвать. Скорее он весь напрягся, насторожённый моим присутствием.
Я ответила ему таким же оценивающим взглядом.
– Кассия, ты что-то хотела? – обратил на меня внимание мистер Коллинз.
– Да, хотела попросить у вас помощи, – ответила я, наблюдая, как незнакомец направился к выходу. Он закрывал за собой дверь, когда я поняла, что так и не увидела металл его ахакора. Хотя, судя по внешнему виду, он не богач. Может, серебро?
– Что тебя интересует? – уточнил профессор, и я выкинула странного парня из головы.
– Пожалуйста, дайте мне адрес библиотеки теневых. Я знаю, что на их половине города есть коллекции с трудами их учёных. В наших хранилищах материала о Переправе недостаточно. Исследовательские трактаты от авторов-людей скупые и поверхностные, – выдала я, но на лице профессора отразилась усталая мука, поэтому затараторила дальше, не позволив отказать мне сразу: – Я уже выбрала Переправу и Привратника в качестве темы своей дипломной работы в следующем году. И клянусь, что прочитала весь данный вами список литературы, но там нет почти никакой достоверно изученной информации.
– Кассия, тема сложная, – уделяя большее внимание бумагам и заметкам на своём столе, начал бубнить профессор. – Если ты хорошо структурируешь и объединишь сведения из тех многочисленных источников, то комиссия в любом случае поставит тебе «отлично». Если ты волнуешься об оценке…
– Это моя дипломная работа, и я не хочу просто переписать, – я прижала рукой ежедневник мистера Коллинза к столу, не дав тому его взять. Он нехотя поднял на меня глаза, явно утомлённый моим упрямством. – Я действительно хочу изучить Переправу.
– Нельзя изучить Переправу. Сами теневые едва ли её понимают, – возразил профессор. – Ты прочитала весь список, что я дал тебе в прошлый раз?
– Да!
– И Юстера?
– Даже его.
– Гортеса?
– Тоже.
– Аристоля? У него…
– Профессор, – хмуро перебила я. – Я прочитала все три его научных труда и почти уверена, что его «Иллюзорную материю» вы дали мне специально, чтобы я сдалась и бросила любые попытки.
Я невольно скривилась при воспоминании о толстом фолианте, язык чесался высказать, что его труды невозможно читать. Сквозь текст Аристоля я продиралась, как через таинственные дебри. Выражался автор настолько странно, что приходилось целые абзацы перечитывать по несколько раз. Я недовольно надулась, заметив, как профессор едва сдержал улыбку. Под моим пристальным взглядом он неловко откашлялся.
– Пожалуйста, мистер Коллинз. Не запрещено посещать территорию палагейцев. Опасно только ночью, но я пойду днём. Вы же сами там бываете, – насела я, решив в этот раз прижать его к стенке.
Профессор либо ощутил, что ему не отделаться, либо наконец внял моим просьбам, потому что написал долгожданный адрес на листке и протянул мне. В библиотеки теневых практически невозможно попасть. Обычно это личные коллекции и лишь избранные могут ознакомиться с трудами палагейцев и даориев. Я выпрашивала этот адрес у профессора три месяца, поэтому глазам вначале не поверила, а потом перечитала написанное раз пять, торопливо запоминая, если вдруг потеряю записку.
– Обширная личная коллекция принадлежит стареющему палагейцу. Его зовут Аякс. Он любит поболтать, но следи за временем и ради Святого Данама не пей у него спиртного, даже если будет настаивать.
– Он из Дома Чревоугодия?
– Нет, из Дома Гордыни. Поэтому всегда рад поговорить о Палагеде. А это перечень авторов, которые писали о Переправе, есть вероятность, что у Аякса имеются оригиналы и их переведённые экземпляры.
Я с благодарностью приняла вторую записку и тут же обе спрятала в карман кожаной куртки.
– Спасибо, профессор, – искренне поблагодарила я, не сдержав улыбку. Мистер Коллинз моего энтузиазма не разделил, и я спешно попятилась к выходу, переживая, как бы он не передумал.
– Не попадай в неприятности, Кассия. И не заставляй меня жалеть, что дал тебе адрес, ясно? – строго предупредил он.
– Конечно, конечно! – излишне торопливо заверила я.
Хотя, по слухам, если попаду в неприятности на стороне теневых, то уже и ругать будет бесполезно.
* * *– Иво!
Половина столпившихся у входа в основной корпус мигом утихли, студенты повернули головы в сторону зовущего. Я тоже невольно замерла на ступеньках, рассматривая молодого человека.
Высокий рост, едва заметно вьющиеся чёрные волосы, до дрожи привлекательное лицо и подтянутое тело. Светло-зелёные глаза прищурены из-за лукавой улыбки. Наряд и вовсе под стать плохому парню: чёрные джинсы, тёмная футболка и стильная кожаная куртка. Он стоял, расслабленно облокотившись на шикарную тачку, и был определённо в курсе, как выглядит, но демонстративно игнорировал разинутые рты нескольких первокурсниц. Такие парни нравятся Сирше и, судя по всему, ещё половине кампуса.
– Иво, поторапливайся!
– Какой он! – ахнула рядом одна из девушек.
– Теневой, это сразу понятно, – ответила ей подруга, остужая интерес первой.
Я промолчала, но была согласна. Парень определённо теневой. Палагейцы и даории выделялись своими лицами, а глаза этого теневого слишком яркие, что немного жутко. Притягательно, но жутко.
Я сама чуть не разинула рот, когда на имя «Иво» откликнулся тот внешне нескладный студент в серой толстовке. На его лице не было страха или благоговения перед палагейцем, Иво, наоборот, выглядел хмурым. Словно этот черноволосый его старший брат, который приехал позорить младшего.
– Громче можешь? Кажется, ещё не все узнали моё имя, – пробубнил Иво, и я с трудом разобрала его слова.
Он обернулся и с недовольством взглянул на застывших студенток. Те тут же засуетились, притворяясь, что не таращились на него мгновение назад. Взгляд Иво замер на мне, узнал, но его отвлёк теневой.
– Не дуйся, – хохотнул тот, намеренно с силой хлопнув друга по плечу. Всё-таки внешне уж слишком эти двое отличались. Я сильнее нахмурилась, приметив, что Иво значительно ниже ростом, но даже не покачнулся от подобного приветствия. Не может же быть, что он тоже… – Полезай в машину, мы опаздываем.
Иво что-то проворчал, но полез на заднее сиденье. Вопреки моим ожиданиям темноволосый обошёл автомобиль, чтобы занять пассажирское место. Как только он перестал загораживать стекло водителя, я заметила третьего в салоне. Он разговаривал по телефону. Пассажиры оказались внутри, водитель закончил разговор, завёл мотор и с очевидным раздражением вдавил газ. Шины завизжали, прежде чем автомобиль сорвался с места. Окружающие студентки возбуждённо загалдели, провожая взглядами стремительно удаляющуюся машину. Я едва не закатила глаза, поражаясь, насколько типичным теневым выглядел тот парень. Чёрный дорогущий автомобиль, самоуверенная поза, тёмная одежда. Он будто намеренно собрал все человеческие представления о палагейцах как о греховных искусителях. Не удивлюсь, если этот тип из Дома Соблазна.
В кармане завибрировал телефон. Сообщение от Сирши.
«Если ты ещё не идёшь домой, то советую ускориться. И не думай мне врать, что забыла о сегодняшнем вечере. Ты обещала, Кассия».
Верно. Я обещала.
Поэтому, затолкав телефон обратно, поудобнее повесила рюкзак и побежала на автобусную остановку.
4
– Что за… – вполголоса выругалась я, споткнувшись об упавший зонт. – Сирша!
Я закрыла дверь и, сбросив кроссовки в прихожей, ввалилась в гостиную, совмещённую с маленькой кухней.
– Сирша, я пришла! И вовремя! – победно заявила я, заметив подругу, с ногами забравшуюся в кресло. Она смотрела телевизор, что-то старательно записывая в блокнот. Я сбросила рюкзак прямо на пол. Трясущимися руками размотала длинный шарф, стянула кожаную куртку и со стоном потянула вверх свитер. Воздух на улице холодный, но из-за бега я вся вспотела.