Вестник

Самое главное, что нам удалось узнать, это то, что свои уникальные свойства абсолюты начинали проявлять еще в раннем детстве. Нередко вскоре после рождения, что резко выделяло таких магов среди прочих одаренных.
Второе, что можно было утверждать с уверенностью, это то, что все они были мужчинами. И все умирали в сравнительно молодом возрасте, в том числе потому, что из-за отсутствия ограничений магического дара нередко совершали ошибки и погибали, будучи не в силах справиться с последствиями.
Еще один важный момент, который меня заинтересовал, это то, что все абсолюты, упомянутые в документах, являлись магами-универсалами.
И наконец, последнее – их способности передавались по наследству, но при этом их нельзя было развить: абсолютом, как уверяли исследователи, можно было только родиться. Однако при этом наследование далеко не всегда являлось прямым, поэтому теоретически даже в слабом магическом роду когда-нибудь мог родиться абсолютный маг. Однако вероятность его появления в семье, где такие маги когда-то уже встречались, доказанно увеличивалась в несколько раз.
Списка этих самых семей нам, естественно, никто не предоставил, однако несколько фамилий, упоминавшихся в монографиях, я все-таки выделил и порядком удивился, узрев среди них знакомое имя: Торано.
Это были наследники Кариура, моего учителя и старого друга. И тот факт, что среди них однажды промелькнул абсолютный маг, заставил меня испытать легкое чувство досады. А заодно задуматься над словами учителя, который в свое время любил повторять, что наша жизнь и в целом, и у отдельных людей частенько движется по спирали.
Я тогда не придал этому значения, мне казалось, что это просто слова. Однако фамилия учителя за последние два века вот уже в третий раз попалась мне на глаза, причем в связи с довольно важными событиями. Вот и в Даман я тоже вернулся, хотя в мире осталось немало мест, которые я еще не видел и в которых пока не побывал.
Что это? Случайность? Судьба? И не об этом ли говорил Мор, когда намекал на способность его сестер предвидеть будущее и в какой-то степени на него влиять?
Тогда же, сидя над ветхой книгой, я пришел к выводу, что отныне мне стоит более внимательно присмотреться к древним магическим семействам. Гарантий это, конечно, никаких не давало, но если бы я знал об абсолютах раньше, то, возможно, не упустил бы из виду пра-, пра- и еще несколько раз правнука Кариура.
Его судьба, правда, в книге не была описана досконально, однако сама книга датировалась прошлым столетием, поэтому даже если тот маг и был абсолютом, то сейчас его совершенно точно нет в живых.
Тем не менее у него могли остаться дети, внуки. И существовала вероятность, что среди его потомков когда-нибудь снова появится необходимый мне маг. Да, шансы были невелики, но в отсутствие других вариантов следовало использовать хотя бы этот.
– Куда дальше? – поинтересовался Нум, когда я долистал последнюю книгу и мы покинули архив, предварительно навестив архивариуса и подчистив ему память.
– Когда обычно начинаются вступительные экзамены в Академию колдунов, ведьмаков и магов? – вместо ответа спросил я.
– Что? – ухмыльнулся вампир. – Все-таки решил туда поступать?
– Нет. Но в академии наверняка имеются списки как нынешних, так и всех прежних студентов. Особенно выдающихся студентов. И раз уж абсолюта кто-то все равно должен учить, то полагаю, имеет смысл в эти самые списки заглянуть.
– Думаешь, там прямо так и напишут: мол, смотрите – у нас учился настоящий абсолют…
– Характеристики студентов находятся на строгом учете у ректора, – качнул головой я. – А у абсолютов, если верить книгам, с определенного возраста начинается скачкообразное усиление магического дара. Такое невозможно пропустить, если, конечно, результаты тестов не подделают.
– И ты думаешь, что сможешь отследить такие скачки? – усомнился в адекватности моей идеи вампир. – А тебе не приходило в голову, что абсолюта просто не допустят до учебы в академии? Если в книгах написана правда и таких магов выявляют еще в детстве, то на месте ИСБ я бы первым же делом такого мага изолировал. И тщательно проследил, чтобы его никто у меня не украл.
 
– Проще ограничить возможности его дара, – не согласился я. – Так безопаснее. Но скрывать его от общественности, разумеется, будут. По крайней мере, пока абсолют не научится себя контролировать и не превратится в грозную силу. Но даже в этом случае ему понадобятся учителя. Причем хорошие учителя. Даже, наверное, лучшие. А где таких найти? И где проще всего обучать мага с искусственно ограниченным даром, чтобы он и нужного опыта набрался, и никому не помешал?
Нум ненадолго задумался.
– Может, ты и прав. Урезанный дар – это вариант. Тогда абсолюта можно держать на виду и при этом полностью его контролировать. Хотя запереть его все-таки надежнее.
– Человек – не корова. В стойле всю жизнь не простоит.
– Почему? Если с детства ему внушать, что он не человек, а корова, то простоит, как миленький, и даже мычать научится.
– А какой тогда в нем смысл? – фыркнул я. – От любого мага требуется острый живой ум и умение быстро принимать решения, а также жесткий контроль над собственными эмоциями. К абсолюту в этом плане будут предъявлять повышенные требования. А какой прок от могущественного, одаренного и смертельно опасного для всего живого быка?
Нум поскреб затылок.
– Даже если ты и прав, то раньше чем через неделю в академии делать нечего – она закрыта на каникулы. А вступительные экзамены, если я правильно помню, начнутся только в середине осени.
– Очень хорошо, – удовлетворенно кивнул я. – Время еще есть, так что поехали в главное управление ИСБ.
– Куда?! Прямо сейчас?!
– А что не так? – не понял я удивления вампира.
Тот только вздохнул.
– Вильгельм, вообще-то уже поздно. Рабочий день в управлении почти закончился. Нет, мы, конечно, можем туда вломиться и навести шороху, как когда-то вы с князем, пока вытаскивали Лемана, но если ты хочешь решить свои дела тихо и незаметно, то лучше подождать до утра.
Я пожал плечами.
Ладно. Значит, будем ждать. Хотя насколько было бы проще, если бы люди не тратили время на сон, еду и регулярное посещение уборной.
Неожиданно в кармане Нума ожил переговорник.
– На связи, – настороженно бросил в амулет вампир.
– Вернись, – раздался оттуда голос Нардиса. – Ты мне нужен. Часа на два-три, но это важно.
– Какие-то проблемы? – вежливо поинтересовался я, когда Нум в некотором затруднении обернулся в мою сторону.
Нардис, тоже расслышав мой вопрос, мгновение помолчал.
– Пока нет. Это касается поисков одного знакомого тебе зомби. Кажется, мы напали на след, но чтобы сказать точно, мне нужен Нум и его следопыты.
– Тогда иди, – отпустил я заколебавшегося вампира. – Только к Гнору без меня не суйтесь. Старик все еще опасен.
Нум с облегчением кивнул и коснулся массивного перстня на правой руке, в который был встроен индивидуальный портал.
Всего несколько секунд, короткая вспышка, и вот я остался один посреди ярко освещенной улицы.
Наверное, кто-то другой на моем месте почувствовал бы себя не у дел. Быть может, даже обиделся или заскучал, оставшись в одиночестве. Но скучать я не умел. Доверять Нардису тоже давно научился. Ну а одиночество меня не смущало. И раз уж так вышло, что в академию пока было незачем соваться, помощи в поимке Гнора не требовалось, а в управлении имперской службы безопасности некстати закончился рабочий день, то я подумал, что было бы уместно навестить старых знакомых. Даже в том случае, если меня там никто не ждал.
* * *
Улица Белых лилий встретила меня тишиной, мягким светом магических фонарей и целой вереницей аккуратных домиков, в которых, как и двести лет назад, располагались лучшие в столице магические лавки.
Здесь же, несколько в стороне от конкурентов, находился и дом леди Арриолы Молио Ард ан Тора́но, вероломной сестры и озлобившейся на весь свет колдуньи, для которой Кариур в свое время придумал такую изящную месть.