Рыжие бывшими не бывают (СИ)

Я поехала в Серпухов. У родителей Жанны дача недалеко от города, и девчонки решили устроить девичник на выходных. Меня тоже звали, но я готовилась к свиданию с Костей. Они по-доброму смеялись, обвиняя, что променяла подруг на мужика. Если бы выбрала их, сейчас не было бы мучительно больно. Не нужно было подпускать его к себе! Сама виновата! Знала, кто передо мной! А ведь пять лет назад я была умнее…
— О, Ксюха! — открыла Жанна, пропуская во двор. Пахло мясом, лесом и стылой рекой. Горло обжег прохладный воздух, резанул где-то внутри, и я разрыдалась. Как девчонка, право-слово! — Что такое… Тань, у нас чп! — крикнула Жанна.
— Девочки, можно не сейчас, а? — спросила, когда набросились с расспросами и утешением. — Я просто посижу в сторонке, не могу оставаться одна.
Девчонки переглянулись, вручили мне горячий глинтвейн, пледом укутали и больше не лезли. Я расскажу, но позже. Когда пойму, как жить дальше. Не знаю как, но по-другому. Что-то нужно менять.
Работу — это в первую очередь. Я обожала ее, но сейчас с поразительной четкостью признала, что работать с Потрясовым не смогу. Я уязвима. Я больше не такая сильная. Если еще раз пройдется по мне, сломаюсь. Нужно закрыть дверь в свою жизнь для всего, что связывало с Костей. В понедельник напишу заявление. Правда…
Я достала телефон, включила, сообщения посыпались одно за одним. Мне звонил какой-то абонент. Сообщения в менеджер я тупо смахнула. Нужно сообщить боссу о моем решении. Не хотела ставить его перед фактом.
— Вадим Александрович, здравствуйте. Извините, что в выходной… — я прикусила щеку, чтобы сдержать эмоции. Я любила работу, компанию, шеф у меня не зайчик, но справедливый и адекватный. — Я хотела предупредить… Я не выйду в понедельник…
— Вы опять заболели? — спокойно поинтересовался.
— Нет. Я вообще больше не выйду, — тихо выдала, но поспешно добавила: — Но отработаю положенные две недели, естественно.
— Вот как… — сухо констатировал. — Ксения, завтра с утра жду вас в офисе. Обсудим.
— Завтра воскресенье, — напомнила по привычке. Это же моя работа.
— Я помню, — усмехнулся и отключился.
Я все еще смотрела на молчаливый телефон, когда он неожиданно ожил. Костя. Я снова выключила мобильный.
Девчонки меня накормили, напоили и спать уложили. Прошлая ночь почти бессонной была, а эта… сегодня мне снились кошмары. Нет, в них не было чудовищ, только тоска.
С Жанной у нас примерно один размер, поэтому я натянула ее свитер и треники, затем поехала в офис. Впервые чувствовала себя непривычно на роскошном президентском этаже, и дело не в спортивном облачении. Я уже попрощалась с этим местом. И с мужчиной, который растоптал мою душу. Я здесь чужая.
— Здравствуйте, Вадим Александрович, — застыла в дверях, крутя в руке бумагу.
— Проходи, садись.
Я подошла и положила заявление на стол. Он взглянул на него мимоходом и пытливо на меня посмотрел.
— Причина?
— Это личное. Я бы не хотела…
— Ясно, что там за личное, — нахмурился Вадим Александрович и тихо выругался: — Конь педальный. — Давай сделаем так, — он что-то в уме прикидывал. — Ты когда в отпуске была последний раз?
Я как-то смешалась даже. Не помню.
— Год назад вроде бы…
— Вот! Езжай в отпуск, недельки на две. К морю.
— В отпуск?.. Я как-то не рассчитывала…
Я год назад машину купила, все деньги туда, но кредит все же пришлось взять. Я его почти выплатила, но и кубышка моя пуста из-за этого.
— Есть загран с собой?
Я отрицательно головой покачала.
— В телефоне? — сейчас кивнула положительно. — Давай.
Вадим Александрович открыл ноутбук и через десять минут в мессенджер выслал мне билеты в Дубай и оплаченный ваучер в отель.
— Когда вернешься, мы обсудим все.
Босс не выбросил мое заявление, а отложил в сторону.
— Если после отпуска решишь уйти, отпущу. Хотя, скажу честно, мне бы этого не хотелось.
Я была поражена. Не ожидала такого внимания и сопереживания.
— Спасибо, Вадим Александрович.
Я хотела было его крепко обнять, показать, что для меня действительно важна его поддержка. Одобрение человека, которого я уважаю. Но я не стала нарушать установившиеся между нами сугубо деловые отношения. Для меня есть черта, за которую морально не переступлю: он женат (разведен, но все равно женат), я безмерно уважала его супругу и уверена, что ни одной женщине не будут приятны даже самые дружеские и невинные объятия ее мужчины с другой, если она не его мать.
 
Рано утром я улетела в Арабские Эмираты. Бизнес-класс и пятизвездочный отель за счет компании — щедро. Уровню моего номера полагался личный трансфер: не майбах, но вполне комфортный лексус. Я улыбалась, глазея по сторонам: я не была в Эмиратах, потому что не любила жару и сухость, но ранней весной вполне комфортно! Все же прав мой начальник: сначала нужно сменить место дислокации, а потом уже разбираться с проблемой.
На ресепшен встретили приветственным бокалом просекко и проводили в номер. Большой, с роскошным видом на Персидский залив и искусственные острова. Унитаз не золотой, но отполированный до блеска. Кровать явно для пятерых или для активных любовников. На столике большая ваза с фруктами, бутылка вина и открытка с пожеланием хорошего отдыха.
Я приняла душ, надела купальник и отправилась на пляж. Купаться на мой вкус прохладно, но поваляться в шезлонге можно. Потом бассейн, хаммам, вкусная еда и спать. Главное, ни о чем не думать, не анализировать, не включать телефон. Всего три «не», чтобы не испортить отдых.
Спала я отлично, а после завтрака ждала еще одна приятная новость: мне предложили бесплатную экскурсию в пустыню: с сопровождением в составе мини группы. Я согласилась. Сбор в лобби через час.
Длинный сарафан, высокий хвост, очки и кеды. В минивэне нас поили прохладной колой и кормили маленькими бутербродами. Затем пересадили в Багги. Мой водитель был в национальной дишдаше и платке, закрывавшем добрую часть лица. Наверное, из-за песка. Мне бы тоже что-нибудь на голову накинуть. Мужчина завел машину и кивнул в знак приветствия. Странно, не думала, что у арабов могут быть настолько зеленые глаза. Хитрые и смешливые. Знакомые такие…
— Ты?! — я резко дернула платок с его лица.
— Я.
  
Глава 17
 
Костя 
— Где она?
Дым взглянул исподлобья. Без теплоты, и это мягко говоря.
— Что, конь педальный, довел девчонку?
— Где она? — едва сдерживаясь, повторил я. Последовал совету Галины Семеновны, дал время Русалочке, извелся весь от страха не успеть, окончательно потерять Русалку. Неужели опоздал?
— А хрен тебе, а не Ксюша.
Я упал в кресло, глаза потер устало: это наказание мне за все разбитые сердца. Ненамеренно, но факт. Я не сильно задумывался, насколько дорог был женщинам, от которых уходил легко и играючи. Теперь расплачиваюсь. Меня тоже могут выкинуть из жизни, не дав шанса оправдаться.
— Дым, я все равно найду ее, но с твоей помощью будет быстрее.
Вадим откинулся на спинку кресла и посмотрел на меня довольно. Словно вкусную рыбку съел.
— Наконец-то! Аллилуйя!
— Ты чего? — удивился я.
— Того! — расплылся в широкой улыбке. — Я уже и не ждал увидеть тебя счастливым.
— А похоже, что я счастлив? — я реально не догонял.
— Костян, я тебя люблю как брата. Прожигать жизнь в двадцать — круто, а когда сорокет светит, — и он с каким-то жалостливым осуждением покачал головой. — Если у тебя к ней реально серьезно: догоняй и береги.
Он протянул мне лист с бронью отеля. Я вскочил и бросился к выходу.
— Я крестным буду! — крикнул вдогонку. Потом еще: — Кстати, отпуск Ксении из твоей зарплаты вычту!
Я вернулся и сжал друга в медвежьих объятиях:
— Дым, я тебя тоже люблю. — Он выгнул бровь. — Но целоваться не будем.
— Беги уже, конь!
Ближайшим же рейсом я вылетел в Дубай. У меня не было четкого плана, но знал точно: Русалку голыми руками не возьмешь. Нужно действовать тонко, но наверняка. Второго шанса у меня не будет.