Секреты, которые мы храним (ЛП)

Я совсем не девушка-тусовщица. Я слишком стара, чтобы быть такой. Черт возьми, я самая старшая в нашей группе сегодня вечером, но я все равно киваю, может быть, с достаточным количеством текилы я могла бы стать очаровательной девушкой. Я также обычно не пью, ну, может быть, за исключением нескольких раз в колледже, чтобы расслабиться. Я также не собираюсь сегодня вечером переходить на уровень девушки-тусовщицы, потому что отсутствие контроля — это не то, чем я могу себе позволить.
Через несколько секунд перед ней появляется бармен с этой исполненной харизмы улыбкой на лице, когда она заказывает шоты, и он подмигивает, когда она говорит ему, чтобы он взял и себе тоже.
О, как, должно быть, приятно быть такой обычной, такой непринужденной и такой свободной.
Я лишь немного завидую, но также знаю, что, вероятно, у этих девушек тоже есть что-то, потому что, ну, я имею в виду, посмотри на Йен. Вы бы никогда не узнали, что она была жертвой торговли людьми, пыток и Бог знает чего еще, просто взглянув на нее и наблюдая, как она общается с людьми.
Носить маску легко. Я знаю это не хуже любого другого.
Я не могу не думать, что остальные эти девушки просто… ну, нормальные.
По крайней мере, я на это надеюсь.
Я выпиваю текилу в ту же секунду, как мне ее предлагают. Мне действительно нужно немного отвлечься. Йен пододвигает мне свою рюмку, корча гримасу, так что я беру ее и тоже пью.
— Слэммеры — это совсем не мое, — тихо говорит она мне. — Но попробуй сказать ей ”нет".
Я прикрываю рот, чтобы скрыть смех.
— Я понимаю, но не могу выпить все твои шоты. Я отсюда не уйду, и я мало пью.
— Тсс… — Она издает звуки, как будто я только что заговорила с ней на суахили. — Мы здесь так не богохульствуем, Куинн. Алкоголь — наш друг, особенно на девичнике.
Я закатываю глаза от ее драматизма.
— Тогда почему я пью твою текилу?
— Потому что, — она растягивает слова для пущего эффекта, и я снова смеюсь. — Я начала пить коктейли с виски раньше, и не настолько глупа, чтобы смешивать их.
— Видишь, теперь это имеет смысл. Мне нужна вода.
Песня останавливается, и по залу разносятся свистки и аплодисменты многих, очень многих присутствующих здесь пьяных в стельку людей. Йен заказывает себе выпивку и берет мне бутылку воды, прежде чем мы направляемся к кабинке, которая каким-то образом здесь есть.
Заметив мое удивление, Йен наклоняется, когда женщина, спотыкаясь, выходит на сцену, и начинают играть вступительные такты песни «Blue» в исполнении Лиэнн Раймс, и я стону так чертовски сильно.
— Мейер тоже владеет этим заведением, отсюда и кабинки.
Я отстраняюсь и моргаю, глядя на нее.
— И какой же частью этого города владеет наш босс? — Может быть, мне стоит спросить Томми о том, кто именно его друг.
Йен просто пожимает плечами и ухмыляется, в то время как остальные выпивают еще один шот со следующим за ним еще одним "ууу". Я скрываю, что закатываю глаза, делая глоток воды и оглядывая комнату. Это определенно не похоже на "Адский пейзаж», но теперь, когда я знаю, что Мейер тоже владеет этим заведением, я вижу здесь некоторые вещи, которые кажутся похожими. Например, уровень безопасности, несколько хмурое лицо того, кто, как я предполагаю, является менеджером бара — он совсем не похож на Харпер, но ведет себя так же, как она, — и несколько элитная обстановка, учитывая, что это караоке-бар.
В этом есть что-то такое, бог знает что.
Да, я слышала это по телевизору. Да, я знаю, что это значит, но я все еще смеюсь над собой за то, что использую это слово, пусть даже только в своей голове.
— Давайте споем! — Тара визжит, когда пытка в стиле Blue заканчивается, и Белл хлопает в ладоши, прежде чем они вчетвером делают еще подход. Я искоса смотрю на Йен, которая просто пожимает плечами.
— Вы, девочки, идите пойте, а я присмотрю за кабинкой, — говорю я Таре достаточно твердо, чтобы они освистали меня, но не жаловались. Они впятером выбираются из кабинки и направляются к сцене, в воздухе разносятся звуки разговоров людей. Я устраиваюсь поудобнее, чтобы прислониться спиной к стене и видеть все вокруг.
 
Некоторые привычки никогда не умирают.
Я стону, когда начинают играть «Girls Just Want To Have Fun», а затем смеюсь, когда они впятером выходят на сцену, выглядя как самая странная версия Spice Girls, которую я когда-либо видела в своей жизни. Софи потрясающе выглядит в стиле Baby Spice, в то время как Йен определенно Emo Spice — новая участница, о существовании которой я только что узнала. Я сжимаю губы, стараясь не слишком сильно смеяться, когда начинается визг.
Одна из них знает слова, это я могу разобрать, но остальные… да, они легко заглушают вокалистку группы, кем бы она ни была. Они смеются, танцуют и веселятся, и я понимаю, что это первый раз, когда я делаю что-то подобное и не чувствую себя запасной деталью.
Единственная причина, по которой я нахожусь снаружи, это то, что я сдерживаю себя. Эта мысль немного пугает. Я думаю, что я настолько приучена держаться особняком, никому не доверять, хранить секреты, что я просто автоматически изолирую себя.
Мысленно проклиная себя, я делаю глоток из бутылки с водой и мысленно вонзаю Тренту нож в глаз. Он и это отнял у меня. Возможно, он и не заставлял меня делать это, но он определенно усилил это и довел до такой крайности.
Пошел он нахуй.
И мои родители.
Предполагается, что в этом городе я в безопасности, и я устала не жить. Просто выживать. И хотя страх, что Трент найдет меня, все еще так чертовски глубок, я понимаю, что он всегда находит меня, но я никогда не дорожу временем, которое у меня было до этого.
Я просто живу в страхе… и с меня хватит. Мне все еще нужно быть в безопасности, осторожнее, чем большинству, но у меня есть пути к отступлению. У меня есть Томми, и, по его словам, у меня здесь есть сеть его друзей, которые скрывают меня.
Останавливая проходящего мимо официанта, я заказываю выпивку для всех в рамках моего только что принятого отношения ‘к черту все’. Я собираюсь начать жить, черт возьми.
Я заслуживаю этого.
И я начинаю прямо сейчас, черт возьми.
Девушки заканчивают уничтожать шедевр Синди Лопер и возвращаются к столу как раз в тот момент, когда раздаются шоты. Йен выгибает бровь, глядя на меня, но я делаю выпад в ее сторону и, черт возьми, выгибаю свою в ответ.
— За девичник, — говорю я, поднимая рюмку.
Девушки повторяют эти слова наполовину со смехом-наполовину с криком, и Йен присоединяется, но явно скептически, прежде чем опрокинуть рюмку назад.
— Что, во имя всего святого, это было такое фруктовое? — спрашивает она, и я смеюсь.
— Коктейль. Куантро, апельсиновый ликер и ред булл.
— Ну, черт возьми, давай возьмем еще!
Я ухмыляюсь, когда она указывает официанту, работающему за стойкой, и заказывает еще порцию шотов. Я прошу еще бутылку воды, потому что мне уже не двадцать один год и похмелье настоящее. Оно просто изменилось сейчас, когда мне приближается тридцать и у меня нет трехдневного периода на восстановление.
Наверное, стоило поесть побольше раньше, но, ну, как сказала бы Тара… Жизнь одна.
Боже, это звучит нелепо даже в моей голове.
Шоты подаются на стол, и, конечно, на каждого из нас приходится по четыре шота.
Боже мой, я скончаюсь. В одном из них чертов бенгальский огонь!
Но я принимаю свой новообретенный менталитет, пусть даже всего на одну ночь. Сегодня ночь, когда я начинаю жить.
Так что я пью с остальными, я даже пытаюсь добиться успеха и твердо заявляю, что я, действительно, не девушка-тусовщица, но это все равно весело. Я присоединяюсь к их следующему раунду караоке, мы танцуем до тех пор, пока у меня не отваливаются ноги, и я просто пытаюсь повеселиться.… Я пытаюсь повеселиться. Это странная концепция, но мне так приятно, что я разделяю радость девичника.