Безграничный Джонни (СИ)

Тут же сидит важный куриц Ози Озборн… я хотел сказать, Гарри Озборн и рыжеволосая роковая красотка Мери Джейн Уотсон, – и боже, она рили секс бомба, от которой сносит крышу.
И да. Поздравляю, мы уже студенты. Мы с Веномом я хотел сказать.
– Ты повторяешь клише за клише тех авторов, которые описали этот момент уже тысячи раз. Нахрена мы здесь? – шепотом говорит Веном мне под руку.
– Какая нахрен разница зачем мы здесь… читать – и прочувствовать две разные вещи. Я хочу быть в первых рядах, когда все завертится.
 Глава десятая, Новая жизнь, Эксперимент и Пауки. 
– Джонатан Браво, тихо! – кричит училка, и я затыкаюсь.
В классе раздается смех и мне даже немного неловко, когда Гвен оборачивается на меня и смотрит как на чудака.
А ведь она та ещё чудачка.
Короче, вот моя новая жизнь – живу как обычный подросток, потому что так надо.
Никто из этих сопляков ещё не знает, что я на самом деле очень богат и имею большой секрет. У меня есть своя собственная компания по играм, и парочка ресторанов в Нью-Йорке с русской кухней. А ещё я спонсирую футбольную команду и киберспортивные отрасли в различных моба и не только.
Короче, было чем от балды заняться, вот только весь мой бизнес до недавнего времени принадлежал не мне. На бумагах чилились другие люди, но…
Казалось бы, возникнут проблемы с переписью, когда я потребую свое, когда мне наступило восемнадцать. И они возникли.
Да только какая хрен разница, если во мне течет кровь Суперсаяджина и я пригрозил им, что скормлю их мозги Веному? В общем, пять из семи отдали все добровольно, а двое попытались меня наебать и забрать мой бизнес и имущество себе.
Да вот только обосрались все.
Теперь я такой теневой обладатель большого бизнеса и все такое.
– А лучше бы ты дал сожрать их мозги себе.
– Да брось, там были почти одни мужики.
– И одна девчонка.
Девочки отказывались предавать меня по большей степени. Не знаю, в чем прикол, но даже в прошлой жизни у меня с женщинами все проходило сладко да гладко. Может потому, что я был смазлив на лицо и умел доказать, что умен.
Тут же я бы не сказал, что Джонни красивее меня прошлого, хех. Джонни, конечно, неплох, но до меня ему как до китая пешком.
– Нарцисс…
– А ты там не подпукивай, – шепчу.
– Браво!
– Да, извините, миссис Шоу!
– Хи-хи-хи…
Уф… чертовски плохо переношу, когда надо мной смеются и я не понимаю почему. Кажется, будто у меня на носу сметана и ширинка расстегнута.
– Да успокойся ты, ссыкло.
– Это из-за гордой саяджинской расы, ты не понимаешь.
– Или ты просто лошара, который парится о чужом мнении.
– Тц… придушил бы…
На мою парту падает тень, и я резко замечаю миссис Шоу возле себя.
«Вот же…»
Она бьет указкой по столу и предлагает мне сходить в угол класса.
– Но это же для детей!
– А я сколько тебе говорила не говорить с самим собой во время пары!
– Хи-хи-хи.
– Ха-хаха…
Ну ладно, теперь по крайней мере понимаю, почему надо мной смеются. – Все из-за засранца Венома.
– Или потому, что ты придурок, Джонни.
Легко подталкивает меня под зад Веном, когда я встаю со стула, и меня косит в сторону Гвендолин Стейси.
Ха-х, неплохая попытка, Неудачник на Веноме. Мое тело – один сверхчеловеческий рефлекс. Никогда мне не опозориться при столкновении с симпатичной девчонкой из-за чужих подстав!... думаю я, и спокойно меняю траекторию движения во время падения в сторону Гвен, да только… На полу каким-то хером оказывает шкурка от банана, и я поскальзываюсь на ней, падая прямо на удивившуюся Гвен.
Мое лицо на её груди, и пахнет приятно, черт подери. Это духи с чем? Пахнет какими-то нежными цветами…
– Слезь с меня!
– Уж прости…
Медленно встаю с её нежной груди и кланяюсь.
– Спасибо…
– Что? – она раздраженно выгибает бровь.
– Я хотел сказать извини.
– Придурок.
Аудиторию вновь поглощает смех.
Ну что я могу сказать? Пятнадцать процентов неудачи, и шкурка от банана. Впрочем, мне плевать. Чем я проще – тем незаметнее.
  
***
– Не ты видел это?
– Да видел, это было просто умопомрачительно. Ты влетел ровно в её грудь своим тупорылым лицом, Джонни!
– Да… лицо у Джонни действительно местами сомнительное, но… – с серьезной харей сую ложку с котлетой в рот и жую.
– Да я про твою харю же!
– Не расстраивайся так, приятель. Шутки у тебя всегда тупые были. Одна не вышла и ладно.
– Ррр…
Поворачиваю голову в сторону Гвен, которая обедает в углу одна.
– Хотел бы с ней познакомиться поближе, но так обосраться это ещё надо.
– Да похрен вообще. Просто при к ней и вали её силой.
– Это методы таких «высокоразвитых» разумов как ты.
– Это че, сейчас был сарказм?
– Нет, это твоя тупорылая харя была.
Веном резко переворачивает мою тарелку с едой и сматывает под мою кожу. Пока еда летит, я устал вздыхаю и ловлю её тарелкой, ставлю обратно как ни чем не бывало.
– И кто из нас двоих настоящий придурок?
– Эй!
Эй?
Оборачиваюсь на недовольный возглас и вижу, как в стакане Гвен плавает мой огуречик. Она поднимает злобный взгляд на меня и морщит бровки, на одной из которых торчит симпатичный пирсинг.
– Мм…
Я как-то не увидел этот огуречик?
Опять неудача повлияла на мою внимательность.
– Хе-хе-хе, – смеется Веном. – Чувствую, теперь у нас появится шанс сожрать её мозги.
– Заткнись. Её мозги я тебе точно не отдам, – сжимаю харю Венома в маленькую точку и вжимаю в кожу.
Гвен буквально мгновенно оказывается перед моим столом и с шумом опускает ладонь.
– Ты совсем охренел, Браво?
– Я не специально.
– Не специально целых два раза?! Сначала в классе, а теперь здесь! Ты что, сдохнуть захотел?!
– Оу…
– Стоило догадаться, что штучка непростая, хоть и косит под простушку в очках.
– Что ты сказал!?
– Это был не я…
– А кто тогда? Он что ли? – Гвен раздраженно указывает на охеревшего от внезапности Гарри Озобрна. У него аж сосиска изо рта выпадает.
– Эм… нет. Но это не я. Это кто-то…
– Кто мать твою, Джонни. Объясни ей?
Гвен вновь слышит голос Венома и выгибает бровь. Хмурится. Прикладывает палец к губам.
– А ведь действительно, голос не твой. Этот грубее.
– И сексуальн… – затыкаю эту падлу ладонью и вновь вдавливаю в кожу.
– Я думаю, это какой-то пранк. Извини, я не хотел тебя тогда обидеть. Просто там оказалась шкурка от банана.
Гвен удрученно выдыхает и складывает руки на небольшой, но симпатичной груди.
– Да ладно, не парься. Мне Мери Джейн сказала, что ты поскользнулся на банане. Хотя это так глупо.
– Вы с ней дружите?
– Нет. Она просто добрая дурочка, которая сует свой нос куда не надо. В общем, ладно. Пока, и больше не разговаривай со мной.
– Погоди!
– Мм? – полу оборачивается Гвен. – Ну что такое?
– Ты красотка.
– … – её глаза удивленно расходятся. – Это что, такой способ подколов?
– Нет, ты правда мне нравишься. Я говорю это просто так, без намека на отношения. Но я хотел бы подружиться, если ты не против, – говорю я.
Дело в том, что только дурак будет рассчитывать на мгновенные отношения после признания. Зачастую это невозможно. И наоборот вызовет только отторжение.
– Ишь, мастер романтик нашелся… – усмехается Веном.
Гвен с подозрением продолжает гнуть бровь и со вздохом уводит взгляд, ставя руки в бока.
– Знаешь, тебе стоит поработать над общением. Так в любви не признаются. Тем более после того, как ты подставил девчонку несколько раз, и тем более после того, как она сказала тебе «иди нахрен». Если ты этого не понял, это не значит, что я этого не говорила.
– Эм… Даже не знаю, что и сказать.
– А ничего и не надо, – неожиданно улыбается она. – ладно, пока. И извини за немного грубую форму. Я просто хотела сказать, что ты торопишься.