Профессионал в системе. Книга 1 (СИ)

– У вас нет рации. Как держите связь? 
– Рации только у патрулей ближе к стене. У нас нет. 
Мне требовалось больше информации, но вести допрос здесь, на первом этаже, мне не хотелось. 
– Поднимаемся на пятый. 
Я взял его под руку и уперев пистолет ему в спину, велел подниматься. 
Лиса шла спереди, подсвечивая путь фонариком. 
– В доме может кто-то встретиться? – спросил я, дойдя до третьего этажа.
– Игроков мы тут не находили, – быстро ответил он, переводя дыхание. 
– А мобов?
– Тоже нет. 
Этот ответ меня полностью устроил. 
До пятого этажа мы дошли без сюрпризов. Пленник, судя по всему, подходил к смирению с собственным положением. 
Изначально я хотел подняться на крышу, но подумал о том, что лучше сейчас не отсвечиваться на открытом пространстве. Поэтому мы просто остановились на лестничном пролёте. 
Я снова развернул его к себе. Лиса светила ему в лицо фонариком. 
– У меня к тебе парочка вопросов. Первый – ты жить хочешь?
Тот несколько раз кивнул. Его лицо начало заливаться потом, который смешивался с кровью из носа. Нижняя часть его лица была полностью красной. 
– Для этого тебе нужно отвечать честно. Это поможет тебе избежать очень неприятных вещей, который мы можем с тобой сделать. Всё ясно?
– Да, да. Всё ясно, – его голос по-прежнему дрожал.
– Ты простой патрульный у мясников?
– Нас называют солдатами. 
Тоже мне солдат. Полная херня. Но я решил ему потакать в этом.
– Солдат. Что тебе известно о пленных?
Он замялся, начал переводить взгляд куда-то в сторону.
Я ударил его кулаком в живот, от чего он резко выдохнул и согнулся. Взяв его за волосы, я вернул тело солдата в прежнее положение. Он широко открыл рот, быстро вдыхая воздух.
– Отвечать нужно быстро и сразу. 
– О каких пленных? 
Этот ответ мне не понравился. Я повторил процедуру с ударом, врезав в этот раз немного сильнее. 
Дал ему минуту отдышаться и подумать. 
– Не заставляй мою подругу пускать в ход ножи, хорошо? 
Для большей убедительности я поднёс пистолет к его лбу и посильнее надавил стволом, оставляя красный след на коже.
– У нас много пленных! Мы же ведём трансляции каждый день.
Его лицо стало бледным, впалые щеки дрожали, глаза бегали из стороны в сторону.
– Тогда уточню. Двое парней. Богатые. Вы взяли их во время, так называемого, сафари. 
Его губы дрогнули, он уставился на меня. 
– Так это ты, – прошептал он, продолжая смотреть мне в глаза.
– Я? 
– О тебе он говорил.
– Ты создаешь ещё больше вопросов, солдат. Это для тебя очень хреново. Очень. 
Лиса подошла поближе и поднесла лезвие к его щеке. 
– Может без глаза он будет говорить охотнее? – с улыбкой сказала она таким голосом, от которого и у меня побежали мурашки. Он был абсолютно бесчувственный, холодный. И жестокий. 
– Идея хорошая, как тебе? – я посильнее надавил стволом на его лоб, прижимая голову к стене. 
– Да, да! У нас есть такой пленник. Второго мы пустили в расход. Этот у нас. 
– Вот. А теперь продолжи то, что говорил ранее?
Он зажмурился, будто готовился к удару. 
– Он говорил, что его папаша может провернуть такой номер. Послать сюда того, кто вытащит его. Точнее попробует вытащить. 
– Дальше. 
Становилось всё интереснее. 
– Послушай, я знаю мало. Правда мало. Меня к такому не подпускают. 
– Но слухи то ходят? Не тяни резину. Быстрее всё расскажешь, быстрее свалишь от сюда к хренам. 
– Я знаю, что они взяли его недалеко от сюда. Но привезли его не как пленника. Он ехал вместе с мясником, в машине. Дальше его отвели не в подвал, где у нас держат всех пленных. Его повели в красное здание.
– Что за красное здание? 
– Двухэтажный дом. Он покрашен в красный, от сюда и название.
– Дальше. 
– Это я всё видел сам. Я тогда на посту у ворот стоял. Дальше только слухи. Он, этот пленный, из красного не выходит. Но через два дня, после его прибытия, к нам вышли старшие, сказали быть начеку. Мол за этим парнем может явиться какой-то там охрененно крутой тип. Мы тогда не восприняли всерьёз. 
 
Он громко сглотнул ком в горле и закашлялся. Я убрал пистолет от его лба. Было видно, что он действительно готов говорить. 
– От куда он мог это знать? Предположил? 
– Парень? Не в этом дело. Как мы поняли, он сам мясника об этом предостерёг. Тот охрану и патрули удвоил. 
– Сам? Или под пытками? 
Он снова громко выдохнул, но поспешил говорить.
Получать удар он не хотел.
– В красном доме мы этого не делаем. Там живёт сам мясник. Он не срёт там, где ест. Это строгий запрет и исключений нет. И в подвал его не водили, я бы знал. Я часто в охране или в конвое.
– Или в пыточной, да?
Он свёл брови вместе и продолжал смотреть мне в глаза. 
– Ну ладно, не в этом суть. Ты больше парня не видел?
– Нет, из дома она не выходил. Никогда. 
Здесь было над чем подумать. Мог ли он врать? Конечно мог. Но стал бы? Сомневаюсь. В такой ситуации, при стрессе, скорее скажешь правду, чем соврешь. И если это всё правда, то ситуация становится интереснее. Парень сам сказал обо мне, предвидев ход своего отца, который вряд ли согласиться на самоубийство? Но очевидно, что если я провалю задание, то выбора у старика не будет. 
И получается, что сынок то заинтересован в провале, раз стал такие предположение высказывать? Да и ещё живёт в резиденции мясника. 
Это всё очень хреново. Для меня точно. Видимо нужно будет задать парню пару вопросов в таком же стиле. 
Если предположить, что он крайне заинтересован в том, чтобы его папаша умер, то мог ли он как-то связаться с администрацией игры и оформить этот сбой в капсуле? 
Что-то мне подсказывает, используя отцовские связи и деньги – это возможно. 
Твою мать, как же я вляпался в это дерьмо. 
– Сколько человек на вашей базе? 
Он замешкался. Лиса поднесла кончик лезвия к глазу. Это помогло.
– Пятьдесят человек. 
– Ты упомянул стену. Мне нужен план, с основными ориентирами. 
Записать его было негде, поэтому пришлось всю картину зарисовывать в голове.
– Это главная площадь. Стена была возведена с самого начала, мы просто заняли это место. Ну, точнее заняли её до меня. Я в группировке три сезона всего. Площадь небольшая. Одни ворота, запасных нет. Две вышки. Внутри два барака. Под первым, который ближе к стене, есть подвал. Там всё и происходит.
– Точнее выражайся. 
– Там ведут трансляции. Убивают людей. 
– Второй барак для чего? 
– Там просто барак, для солдат. Больше ничего. Ну и оружейная комната, местный арсенал. 
– Дальше. 
– Красное здание. Оно прямо по центру. Выглядит как жилой дом, два этажа. Отдельный забор с охраной. Рядом ангар. Там техника. Это всё. 
– Склад? 
– Только оружейка во втором бараке. Она тоже рядом с красным зданием. Всё там. Больше ничего нет.
– Патрули как часто ходят?
– Не смогу сказать.
Я снова ударил его в живот. Лиса успела убрать нож. Ему повезло, мог остаться без глаза. Для верности ударил ещё раз, уже по лицу. 
– Я правда не могу сказать. Всё время меняют маршруты и количество людей.
– В среднем сколько людей остаётся на базе днём и ночью?
– Днём человек тридцать. Ночью около двадцати. 
– Сколько охраны у мясника? 
Он всхлипнул. Из его носа вновь полилась кровь, которая попадала ему в рот. 
– Пять человек. Они всегда с ним. 
– Дополнительную охрану для пацана в красное здание назначали?
Он отрицательно мотнул головой. 
– Снайперы на крышах? 
– Нет, снайперов у нас нет. 
– Как пройти до базы. Самый короткий и безопасный путь.
Он снова задумался, но увидев, что я сжал кулак, начал говорить.
– Если выйти из этого дома, перейти улицу, свернуть направо и идти прямо по дороге, то выйдите на базу. Этот маршрут патрулируем мы, поэтому тут никого быть не должно. Но не ручаюсь.