Дебил с дубинкой (СИ)
— Хоть у меня на пальце символ рода Волковых, я не должен забывать кто я есть. В конце концов я сын герцога Найак, из империи Аджгар. Подвластные моему отцу земли были больше Евразии. Так или иначе, мой талант и гений в магии рун признали даже боги, так что нужно все-таки поменьше зацикливаться насчет мнения аборигенов и жить как удобно. В конце концов, как показывает история с Волковами, решает только сила, а остальное лишь налет.
Не знаю, с чего вдруг на меня напал приступ чсв, но я просто спустился в ресторан чтобы поужинать. Но видимо это начинало становиться дурной традицией, но с самого входа я увидел, что спокойно поужинать мне не удастся.
В центре зала, за столиком сидели Изабелла и Андрей Орлов. Правда на лице Изабеллы стояла смертная скука и неприятие, пока Орлов изливался соловьем, но мне все же стало очень неприятно. Все-таки если молодая барышня одна ужинает с мужчиной, то это уже показывает ее заинтересованность. Хотелось просто развернутся и уйти, но на самом деле я не мог упустить такой случай для разъяснения одного вопроса, так что без всяких стеснений пошел вперед и бесцеремонно сел за столик этой парочки.
— Буенос ночес Изабелла, ты как всегда прекрасна.
— А ты тут что забыл холоп? Совсем страх потерял?
— О, Андрюшка! А я как раз тебя и искал. Скажи как мне Андрюшка, твой род наконец то набрался храбрости чтобы начать войну?
В зале было много людей, и многие повернулись в нашу сторону, услышав слова про войну.
— Я про войну, которую мой дед, Александр Волков объявил роду Орловых, а те сославшись на государеву службу отложили на неопределенное время. С утра ваши гвардейцы напал на меня и сдохли. И я бы хотел узнать у тебя, как у представителя рода Орловых, ваша никчемная трусливая семейка наконец то набралась храбрости чтобы начать войну, или это простой беспредел?
Ошарашенный паренек выскочил из-за стола, и бросился на меня, но ударь в голень из сидячего положения заставила его упасть, и моя нога наступила на его башку. Ни я, ни этот сопляк, не смели применять магию в этом месте, так как вокруг сидели очень высокопоставленные люди, в том числе и князья, судя по перстням с коронами.
— Изабелла, не думал, что ты рискнешь пойти на свидание с таким мусором.
— Это не свидание. Я была вместе с кузеном, просто он ненадолго отлучился.
— И оставил тебя с этим мусором? С каких пор дочку герцога Боргеса смеют сватать Вяземские. Они в своей тайге грибов наелись что ли? Я бы на твоем месте прямо сейчас позвонил бы отцу. Что-то слишком многое себе позволяют родственнички твоей матери, не считаешь?
— Ты прав Алехандро, — хмуро ответила она.
В то время Андрюшка все же не выдержал позора и загорелся всем телом, но я перенаправил через ногу заклинание льда и просто заморозил этого козлика.
— Говоришь твой род объявлял войну Орловым? А ты откуда будешь парнишка?
Обращался ко мне мужчина с пышной седой бородой с возрастом за пятьдесят и с княжеской печаткой на пальце.
— Барон Волков, Александр Андреевич ваше сиятельство.
— Был знаком с твоим дедом. Умелым воином был. Род хоть и баронский, но титул получили за ратные дела. Но у Александра не было сына по имени Андрей. Неужто ты сын Маришки?
— Да ваше сиятельство. Мою мать звали Марианной.
— Очень интересно. Значит Орловых не любишь?
— А за что их любить, за отсутствие чести или за трусость?
— И то верно. Значит и Оболенских не любишь?
— А вот Оболенских очень люблю. Особенно с хорошей прожаркой в подходящем гарнире.
— Так вот кто нашумел на вокзале пару дней назад.
— Не знаю о чем вы ваша светлость. Я вообще на вокзалах бываю редко. Опасно там нынче.
— Зря ты парнишка объявился так рано. Набрался бы сил еще немножко, может и сумел бы взять свое.
— А мне выхода не оставили ваше сиятельство. Представляете, сплю я после трудного дня. Два осколка за день закрыл, перенапрягся. Вдруг слышу, что-то в окно сточиться. Выглянул, а там дружина Орловых. А стучат крупнокалиберные пулеметы. Пришлось вырезать их всех, и на радостях даже свой статус восстановил. Подумал вдруг Орловы вспомнили про свою честь и наконец приняли войну? Видимо ошибся.
Колоритности разговору добавляло то, что время от времени я стукал по башке Андрея Орлова пяткой, и выпускал заклинание обморожения, чтобы не вздумал вдруг колдовать. Его доспех пока держался, и это спасало его от участи быть с раздавленной башкой. А параллельно с этим, Изабелла на повышенных тонах разговаривала с кем-то на испанском, ничуть не стесняясь окружения.
— Отпустил бы ты сопляка. Не ровен час, сдохнет. Родня же все-таки.
— Насчет родни не соглашусь, — сказал я, убирая ногу от головы Андрюшки, — но дурака все-таки жалко. Пусть живет пока. В конце концов я не такая мразь как они, чтобы без согласованной войны вырезать молодежь.
— А как же… Ты сам понял.
— А кровная месть — это совсем другое. Таких нужно давить всех без разбору, от младенцев до стариков, не считаясь с совестью.
— Интересный ты паренек Александр Андреевич. Коли дела твои будут хоть в половину совпадать со словами, то с тобой можно будет иметь дело.
— Ваше сиятельство…
— Морозов, князь Морозов Егор Вячеславович. Раз уж избил до беспамятства кавалера, то будь любезен не оставлять даму одну.
— Спасибо за совет ваше сиятельство.
И я вернулся к Изабелле.
— Если ты не против, давай сменим столик и дождемся возвращения твоего брата. А то тут пахнет падалью.
Мы засели за несколько столов, и заказал рыбу для себя и для Изабеллы.
— Знаешь. Все, в том числе и мастер, знали, что на самом деле ты никакой не простолюдин. Но учитывая твое высокомерие, я почему-то думала, что ты минимум бастард императора, а не барон.
— Пока что всего лишь барон, но еще утром я был никем, так что прогресс на лицо, не беспокойся.
— Так значит ты прибыл к аномалии за титулом графа.
— На самом деле нет. Меня устроит лишь богатырь. Титула ниже я не приемлю.
— А не слишком высокомерно? Хотя кому я говорю. Я должна попросить у тебя прощения. Наш совместный поход в осколок отменен. Утром отец пришлет за мной людей, и я покину Российскую империю. Моя матушка слишком сильно заигралась с интригами.
— А как же практика?
— Думаю я пройду ее в Африке вместе с родовыми охотниками. Но я все же должен поблагодарить тебя, за то, что ты спас меня от компании этого напыщенного болвана, хотя его сестра была довольно хорошей девушкой.
— Ну что же, мне остается надеяться, что ты вновь посетишь нашу гостеприимную страну через год.
— Вряд ли меня отпустят в гости к дядюшке, который повел себя так некрасиво. А ходить в гости к простому барону мне не вместно.
— Как тебе будет угодно Изабелла. В таком случае мы вряд ли увидимся.
— Ты же говорил, что собираешься стать охотником первого ранга.
— Да. Но тогда уже мне не захочется принимать в гости простых маркиз.
— Какой же ты высокомерный акеросо.
— Ничего подобного. Просто констатация фактов.
На этом наш разговор как-то сам по себе стих. Мы довольно продолжительное время конкурировали на грани ненависти друг к другу за звание лучшего ученика в своей возрастной группе. Вернее, конкурировала лишь она. А я просто был чуть впереди, благодаря своим каждодневным тяжелым тренировкам. Ведь у меня не было такого невероятного таланта как у Изабеллы. Наверное, именно это и сблизило нас. В прошлый раз я просто уехал из города, никому ничего не сказав, кроме мастера естественно. А вот на этот раз прощание вышло каким-то скомканным и невнятным.
За Изабеллой так и не явился ее так называемый кузен, который попросту кинул девочку. Но зато в ресторан зашла довольно представительная делегация из аристократов. Как я понял, герцог Боргес попросил своих друзей, которые были в этот момент на охоте в Иркутской аномалии, сопроводить дочь до дома, не доверяя больше родственникам жены. Мне же оставалось подняться в номер и наконец то забыться во сне и отдохнуть от безумной суеты прошедших дней.