"Иной мир. Морпехи-Лабиринты миров". Компиляция. Книги 1-9 (СИ)

К месту первой остановки они поднялись уже на закате, который хорошо наблюдался с вершины Большой Аваляк. С этого места открывался прекрасный вид на горный массив Иремель, дорога к которому пролегала сквозь лесистый ковёр. Деревья вокруг горы образовали сплошное покрытие.
Парни смотрели на красивейший закат, пытаясь что-либо разглядеть сквозь визор, но кроме тусклых очертаний заходящего солнца ничего не было видно.
– О, Господень Великий архангеле Михаиле! Помоги нам, грешным, и избави нас от труса, потопа, огня, меча и напрасной смерти, от великого зла, от врага льстивого, от бури поносимой, от лукавого избави нас навсегда, ныне и присно, и во веки веков. Аминь. – полушёпотом произнёс Субботин и перекрестился.
– Вань, думаешь, поможет? – скептически спросил Боков.
– Если верить, обязательно поможет! – убеждённо ответил Иван.
– Вот, ты мог заткнуться и не комментировать, Андрей? Всё испортил! Я даже проникся, пока слушал его! – воскликнул Даниил. – Шеф, перекусим?
– Нет. Идём дальше, – распорядился Архипов.
– Ну, нет так нет. – Шамов достал оранжевый шарик и с трудом приподняв шлем закинул в рот.
– Архипов! Начало зоны примерно через пятьсот метров, на северо-западном склоне Большого Аваляка. Как принял? – с шипением прозвучал в ушах голос Берёзова.
– Принял, пятьсот метров на северо-западном склоне, – подтвердил Денис и переключил радиостанцию на другую частоту передачи. – Так, внимание. Ираш впереди, при изменении спектра светового излучения даёшь команду «Вспышка». Идём вперёд пятьсот метров и переключаем визоры на «защиту».
Все посмотрели на Архипова и подняли большой палец вверх. Тропа, ведущая вниз по склону в сторону горы Иремель, резко повернула влево, строго на запад, обходя таким образом вершину Абараш-Баш, и вывела на реку Тыгын. Вода в ней скрывалась под слоем камней. В простонародье речка называлась просто «Каменной рекой». Все туристы пользовались этой тропой для покорения горы Иремель. Группа же должна была найти пещеру, где, возможно, и находился источник излучения. Был это один источник, или же их найдётся несколько, предстояло только узнать.
Ночь в горах наступила быстро; стоило солнцу скрыться, как темнота поглотила всю округу. Чтобы пробраться через лес люди прилагали большие усилия, от этого сильно снижалась скорость. Иногда попадались тропинки, возникающие из ниоткуда и ведущие в никуда. Их появление на некоторое время облегчало продвижение.
Команды от шибо не дождались, и Архипов принял решение – не рисковать, дальше идти уже в режиме «защита», поскольку все рубежи, обозначенные Берёзовым, были уже пройдены, и в любой момент люди могли нарваться на излучение.
На встроенных в визоры экранах появились чёткие серые картинки, инфракрасные фонарики ярким лучом вырывали объекты из пространства, а чувствительные камеры тут же проецировали их на мониторы. Люди первые несколько минут периодически оступались, натыкались на деревья, но скоро привыкли к изображению и реагировали правильно. Не всегда яркая полоска перед глазами оказывалась стволом, это могла быть паутинка у камеры или веточка.
– Не так я себе представлял поход! – сквозь зубы выдохнул Шамов.
– Ничего, что мы слышим твоё ворчание? – прокомментировал Андрей.
– А, кто это? Кто тут?! – изобразив испуганный голос отозвался Даниил. – Да мне фиолетово, слышишь ты моё ворчание, или нет. Слышишь – уже хорошо. Значит, со слухом всё в порядке. Шеф, обязательно нас надо было в такую дичь загонять? Можно же было спецов отправить.
– Шамов, мы и есть спецы, поэтому тут и находимся! Отставить разговоры. Идём след в след, – выругался Денис, применив между слов крепкие выражения.
– Всё, всё. Молчу! Ванёк, может, молитву прочтёшь какую? А то ощущение, будто я один тут. – Даниил вытянул перед собой свободную руку и посмотрел на неё сквозь камеру. Рука казалась не настоящей, хотя техника максимально точно и детализировано передавала изображение.
– Урал, я Берёза! Вы вошли в опасный сектор. Как принял? – прозвучало в ушах у всей группы.
  
– Берёза, я Урал. Принял, – откликнулся Денис.
– Берёза, – повторил Шамов и засмеялся. Дружный смех тут же разнёсся на общей частоте.
– Кто там ржёт? – зло спросил Владимир, пренебрегая правилами радио-общения.
– Помехи, – ответил Архипов и выключил внешний канал. – Твою дивизию, Шамов, ты заткнёшься когда-нибудь? – спросил Денис сквозь смех.
– Когда-нибудь заткнусь, шеф. Все мы заткнёмся, когда-нибудь, но надеюсь, не сегодня ночью.
– Аминь! – ответил Ваня.
– Люди, напомните мне, почему я вами связался?!
– У тебя выбора не было, Ираш. Так что, терпи, – подбодрил Архипов.
– Да, терпи, БэТР, люди – они такие. Других таких как мы нет! – Даниил подошёл поближе к шибо и похлопал его по плечу. – Когда вернёмся, напомни мне, чтоб я с тобой выпил. Я, прям, поражаюсь тебе.
– Даня, не напоминай ему про выпивку. Это его слабость, – опять предупредил Андрей.
– Эта слабость у всех. Как и женщины. Вообще, не представляю себе жизнь без этих вещей. Вернее, будет бесполезная жизнь. Помните повесть Александра Сергеевича «Капитанская дочка», где Пётр Гринёв общается с Пугачёвым? Тогда ещё тулуп подарил ему, – начал Шамов.
– Ты про жизнь? – спросил Архипов.
– Да, вот я! Все мы, мы – ястребы!
– Там было про орла и ворона, – уточнил Боков.
– Ястреб, орёл! Какая, вот, разница. Хищники. Пьют и наслаждаются горячей кровью, а не клюют мертвечину.
– И живут короткую жизнь.
– Зато какую, Андрюха! – воскликнул Даниил.
– Люди, от мёртвых не меньше пользы, чем от живых, – озвучил своё мировоззрение Ираш, но Архипов поставил точку, напомнив, для чего они в тяжёлых костюмах пробираются по склону сквозь густой лес.
Время шло, дорога давалась сложно. На расстояние, которое можно было преодолеть в считаные минуты, тратились часы. Группа продвигалась медленно, обходя каждое дерево и преодолевая поваленные стволы. Ощущения реальности не сохранились, инфракрасная камера перенесла настоящую реальность в неосязаемую. Тяжёлые шаги и дыхание в эфире играли с мозгом плохие шутки, то и дело выдавая фантазии за действительность. Каждому казалось, что они идут целую вечность, а аккумуляторы давно должны были сесть, но взглянув на часы выясняли, что времени после заката прошло всего полтора часа.
– Вспы… – раздалось в наушниках, и тут же на мониторах полыхнул яркий свет, на мгновение ослепив людей, и сразу же потух. Радиостанции умолкли, возник звуковой вакуум.
– Твою же… – шёпотом выругался Шамов и несколько раз постучал по шлему, пытаясь таким образом вернуть технику к жизни. Не получив должного результата он несколько раз нажал кнопку включения и выключения камеры и мониторов. Снова не получив ожидаемого эффекта он остановился. Вытянув руку, Даниил нащупал ствол дерева. Несколько раз моргнул, но темень перед глазами не исчезла, наводя лёгкую панику. Вспомнив вводную Архипова про эффекты излучения, он решил проверить свои органы чувств.
– Раз, раз, раз, два, три, – произнёс он. – Так, сам себя слышу, крови в ушах не чувствую, значит, внутреннее ухо, и перепонки целы. А значит, я не оглох. Это уже хорошо, – рассуждал он вслух. – Кто-нибудь меня слышит? – выкрикнул он, тщетно нажимая на тангетку радиостанции. Ему никто не ответил, и тут же возникла мысль, что все погибли, он остался один. Организм мгновенно отреагировал выбросом адреналина, а от стука сердца заложило уши. Понимая, что тревога и паника сделают только хуже, он медленно опустился на землю и прислонился спиной к стволу, стараясь дышать медленно и глубоко, дабы вернуть частоту сердечных сокращений в норму и начать трезво мыслить. Руками ощупал землю, пытаясь найти что-нибудь кроме сухих веток и травы.
Каждый из членов группы пребывал в той или иной степени потерянности. Все переживали схожие эмоции и испуганно стояли на месте.
Буквально несколько секунд назад обстановка вокруг была ясная и понятная, но едва человек лишился зрения и слуха, мир вокруг стал огромным, а сознание съёжилось до размера с крупицу. Люди погрузились в страх и беспомощность перед собственными мыслями и фантазиями. Каждый понимал, что ничего существенного в лесу не изменилось, лишь они сами превратились из грозных воинов в беспомощных котят.