Женщина в озере (Сборник)

— Кто-нибудь, кого я знаю? — неуверенно спросил он.
— Мэриел Чейз. Полагаю, вы с ней знакомы. Жена Билла Чейза.
— Да, Билл Чейз мне известен.— В его голосе появилась уверенность.
— Похоже на самоубийство. Она оставила записку, которую можно понять в том смысле-, что она просто оставляет мужа. Но можно прочитать и как послание самоубийцы. Не скажу, чтобы труп выглядел привлекательно. Похоже, тело пролежало в воде около месяца.
Он почесал другое ухо.
— А что вам известно о случившемся?
Его глаза испытующе вглядывались в мое лицо, но в то же время держался он непринужденно. Вряд ли Паттон был склонен проявлять поспешность.
— Месяц назад они поссорились. Билл уехал на север и провел там несколько часов. А когда вернулся, жены уже не застал. С той поры он больше ее не видел.
— Понятно. А кто ты, сынок?
— Моя фамилия Марлоу. Я приехал из Лос-Анджелеса осмотреть дом Кингсли. У меня была от него записка, адресованная Биллу Чейзу. Мы с Биллом прогуливались возле озера и дошли до маленького мола, построенного кинематографистами. С мола посмотрели в воду. И вдруг из-под досок затопленной пристани появилось нечто, похожее на руку. Билл бросил тяжелый камень, и тело всплыло наверх.
Паттон глядел на меня, но на лице его не дрогнула ни одна жилка.
— Послушайте, шериф, а не лучше было бы поскорее отправиться туда? Парень почти спятил от потрясения, и он там один.
— Много он выпил?
— Не очень. Вообще-то я привез с собой бутылку, но большую часть мы прикончили вдвоем во время беседы.
Паттон подошел к столу, открыл ящик, вынул из него три или четыре бутылки и посмотрел на свет.
— Маленькая почти полная,— сказал он, поглаживая одну из них.— Это должно его подкрепить. Округ не выделяет мне. денег на служебное виски. Вот и приходится промышлять самому. Я виски в рот не беру и никогда не понимал тех, которые его пьют.
Он сунул бутылку в карман штанов, запер стол и вылез из-за барьера. За дверное стекло он засунул листок бумаги. На нем значилось:
«Возможно, вернусь через 20 минут».
— Сейчас я помчусь за доктором Холлисом,— сказал он.— Вернусь мигом и возьму вас с собой. А это не ваша машина?
— Моя.
— Тогда вы сможете ехать за нами.
Он сел в автомобиль, снабженный сиреной, двумя красными фонарями, противотуманными фарами, несколькими пожарными топорами, пожарным насосом, бочкой с водой, баками с бензином, запасными шинами и множеством других вещей. К машине был приклеен плакат:
«Внимание: снова избирайте помощником шерифа Джима Паттона! Он слишком стар, чтобы работать!»
Нажав на акселератор, он тронулся в путь, поднимая облака пыли. 
  
 Глава 8
 
Паттон остановился перед небольшим деревянным домом, вошел в него и тотчас вернулся вместе с каким-то мужчиной, усевшимся в машину сзади, рядом с топорами и насосом. Я покатил вслед за ними. Повсюду сновали женщины в брючках, повязанные платками, с ярко накрашенными губами. Доехав до холма, мы снова остановились перед очередным маленьким домиком, Паттон деликатно нажал на сирену, и дверь открыл мужчина в выцветшем голубом комбинезоне.
— Садись, Энди, срочное дело.
Человек в голубом комбинезоне кивнул и вернулся в домик. Вскоре он вышел в серой шляпе и сел за руль на место Паттона, который подвинулся в сторону. Мы направились к озеру Оленят. По дороге я досыта наглотался пыли. Паттон вылез из машины, приблизился к берегу и посмотрел в сторону мола. Голый Билл Чейз сидел на волнорезе, закрыв лицо руками. Что-то лежало рядом с ним на мокрых досках.
— Мы можем подъехать поближе,— сказал Паттон.
Машина подрулила к молу, и вся наша четверка собралась возле Билла. Доктор остановился, судорожно закашлялся, придерживая платок у рта, а потом внимательно взглянул на Чейза. Доктор был худым, с водянистыми глазами и болезненным лицом. То, что мы увидели возле Билла, оказалось трупом женщины, лежащим на досках вниз лицом. Под мышками у нее была веревка, а рядом валялась одежда Билла. Он вытянул свой протез, а на другую ногу, согнутую в колене, положил голову. На нас он не взглянул и даже не шевельнулся. Паттон достал бутылку виски, откупорил и протянул ему. 
 
— Сделай хороший глоток, Билл.
Воздух был пропитан, невыносимым, ужасающим смрадом. Но казалось, что ни Билл, ни Паттон, ни доктор его не замечают. Человек по имени Энди достал из машины одеяло и накрыл им тело, а потом, ни слова не говоря, отошел в сторону. Билл выпил по меньшей мере полбутылки, затем поставил ее, придерживая рукой, у колена. Он заговорил сухим деревянным голосом, ни на кого не глядя и ни к кому не обращаясь. Поведал о ссоре с женой, о том, что случилось позже, однако не упомянув о причине размолвки. Имя миссис Кингсли вообще не было произнесено. Билл сказал, что после моего отъезда он принес веревку, разделся, полез в воду и вытащил тело. Он и сам не знал зачем. Паттон молча жевал табак, и его добрые глаза ничего не выражали. Потом он стиснул зубы и наклонился, чтобы приподнять одеяло. Заходящее солнце отражалось в ожерелье из крупных зеленых камней, сжимавшем распухшую шею. Паттон выпрямился и высморкался в платок.
— Что скажешь, доктор?
— По поводу чего? — спросил человек с бледным лицом.
— Причины и времени смерти.
— Не будь дураком, Джим.
— Значит, ничего не скажешь?
— Ты только посмотри на это. Великий боже!
Паттон вздохнул и произнес:
— Похоже, она сама утопилась. Но никогда нельзя быть уверенным. Бывали случаи, когда людей убивали ножом или отравляли, а потом бросали в воду, чтобы скрыть следы.
— И много перед тобой прошло таких случаев? — иронически спросил доктор.
— Клянусь богом,— ответил Паттон, искоса поглядывая на Билла,— единственное настоящее преступление произошло тогда, когда кто-то прикончил старого Ме-шона на северном берегу. У него был домик в Пиди-Каньон, туда он приезжал на лето мыть золото на старом участке. А поздней осенью его долгое время никто не встречал. Потом был страшный снегопад, и крыша его дома в одном месте провалилась. Мы отправились починить ее, убежденные, что Мешон уехал на зиму, никому ничего не сказав, как часто делают старые золотоискатели. Но не тут-то было, Мешон никуда не уезжал. Он лежал на кровати: кто-то вогнал ему в череп топор. Мы так и не выяснили, чья это была работа. Вероятно, убийца полагал, что у Мешона припрятаны мешочки с золотым песком.
Шериф задумчиво взглянул на Энди, а тот чмокнул губами и произнес:
— Да нет же, мы все отлично знаем. Мешона убил Ги Поп. Но все дело в том, что Ги умер от воспаления легких за девять дней до того, как мы обнаружили труп.
— За одиннадцать дней,— поправил Паттон.
— Нет, за девять,— настаивал на своем Энди.
— Это было шесть лет назад. Ну, ладно, пусть будет по-твоему, сынок. Так, значит, Ги убил его?
— Кроме золотого песка в хижине Ги мы обнаружили около трех унций золота в самородках. На участке Ги кроме песка отродясь ничего не водилось, а Мешон порой находил самородки.
— Верно, так и было,— согласился Паттон, робко усмехаясь.— Человек вечно что-нибудь забывает, как бы ни старался все запомнить.
— Полицейская работа,— с отвращением изрек Билл Чейз. Он натянул штаны и уселся, чтобы надеть рубаху и ботинки. Затем поднялся, взял бутылку и, сделав большой глоток, отшвырнул ее прочь. Вдруг он протянул Паттону свои волосатые руки.
— Если вы так рассуждаете, то наденьте мне наручники и дело с концом! — яростно крикнул он.
Не обращая на него внимания, Паттон подошел к краю помоста и посмотрел в воду.
— Странно, что тело обнаружилось именно здесь,— заметил он.— Ведь в озере нет никакого течения, а если и есть, то очень слабое. Тело должно было всплыть на поверхность.
Билл Чейз опустил руки и спокойно проговорил:
— Она сама это совершила, дуралей. Мэриел отлично плавала. Она нарочно нырнула и подплыла под доски, чтобы утопиться. Она должна была так поступить, не видя другого выхода.