Истинная для дракона. Меч трёх стихий
– Я понял, отец, не подведу. Мы притворяемся северными наёмниками, которые ищут работу. Находим карту, затем в горы. Находим меч из легенды. Отец, ты и правда веришь, что какая-то магическая железка способна остановить кочевников? Даже если она существует.
– Ты должен найти потомка того кузнеца, который выковал меч трёх стихий. Он должен знать путь меча.
– Мечу три тысячи лет. Неужели никто бы не нашёл его за эти годы? Если он есть, то где-нибудь в коллекции правителей.
– Нет, твоя крёстная знала бы.
– Не может Алия знать всё. Ладно, не буду спорить. Если он существует, я его найду. И сделать это надо до того, как правители Хорнии выдадут третью дочь за главу третьего клана чампов.
– А вот тут есть и хорошая новость. Младшая дочь пропала. Сбежала. И это одна из причин, почему мэр Триволи спешит к нам под крыло. Он очень боится гнева правителя. Девушка оставила родителям весточку, что отправляется в Триволи к тётке, но по уверениям мэра до города не добралась. Скорее всего, нашла убежище в горах от нежелательного брака. Мэр опасается гнева правителя.
– Интересно. Значит, время есть. Молодец девчонка. Люблю отважных.
– Не факт, что она выжила. Путь к Триволи вдоль границы, а чампы обнаглели. Ходят там, как у себя дома. Может статься, что она уже у них в качестве обычного трофея.
Дверь открывается, на пороге появляется красивая молодая женщина с огненными волосами, и Рум замолкает.
– Ну что, все проблемы мира решили?
– Ага, мам, мне придётся уехать ненадолго.
– Куда?
– Он должен проинспектировать приграничные гарнизоны, – объясняет Румер.
– Там неспокойно сейчас.
– На нашей территории тихо. К нам чампы не лезут, а сыну уже пора делом заняться.
– Тебе лучше знать, Рум, – говорит она, но Рэй видит тревогу в её глазах.
– Мам, – он встаёт и подходит к матери, – всё будет хорошо. Я буду предельно осторожен.
Тоненькая рыжеволосая женщина почти исчезает в его объятиях. И Рэй успокаивающе покачивает её, словно пытаясь усыпить тревоги и страхи:
– Ты ведь веришь в легенды, а там что говорится? Властитель двух стихий станет властителем мира. Не знаю, правда, что мне потом с этим миром делать.
– А вот потом самое сложное, – сетует отец. – Проще ящера подоить. Прости, Тея, вырвалось. Потом надо об этих землях заботиться.
– Всё, всё, это я уже слышал. Достаточно лекций, мне ещё надо собраться в дорогу. Пока, мам, пока, отец.
– На ужин не опаздывай, – спешит сказать Тея, но дверь за сыном уже захлопнулась.
– Как же, ужин. Что нужно мужчине перед походом? – Рум нежно обнимает жену.
– Разве только перед походом? – и Тея, улыбаясь, тянется к нему за поцелуем.
*****
– Рэй! – едва юноша выходит в коридор, его окликает высокая светловолосая красавица.
– Привет, Алана, – он пытается пройти мимо.
Но девушка поспешно добавляет, останавливая его:
– Говорят, ты уезжаешь.
– Да, отец отправляет.
– Сегодня вечером в Академии бал. Не хочешь пойти, развеяться перед дорогой?
– Я же говорил, Алана, что не люблю балы. Я и танцевать не умею.
– Я могу научить, это не сложно.
– Давай, когда вернусь, сегодня мне надо ещё успеть кучу дел переделать до отъезда.
Девушка закусывает нижнюю губку, но тут же её лицо озаряется милой улыбкой.
– Хорошо, но помни, ты обещал, – и направляется первая в ту сторону, куда собирался Рэй. Так что получается, что он вынужден некоторое идти за ней и созерцать, как плавно покачиваются её бёдра.
«Соблазнительная штучка, – урчит дракон. – Может, нам стоит её перед дорогой помять немного?»
– Сдурел?
– Ты что-то сказал? – Алана с готовностью оборачивается.
– Э-э-э, нет, тебе показалось.
Девушка смотрит ему в глаза долгим взглядом.
– Ну тогда я пойду?
– Д-да, всего хорошего.
– Помни про обещание.
«Дурррак ты, ты что не видел, как она на тебя пялится, затащил бы в уголок».
Девушка сворачивает в боковое ответвление, но напоследок бросает взгляд на Рэя, облизнув кончиком розового языка губы.
– Сам дурак, – шипит Рэй, убедившись, что красотка далеко и уже не услышит его. – Она дочь высшего. Её папаша спит и видит, чтобы я её куда-нибудь затащил. А потом придётся жениться.
«Ну нет, жениться я ещё не готов, я ещё слишком молод», – разочарованно заявляет дракон.
– Я тоже. Вот если бы её смазливая мордашка принадлежала горничной…
«Ладно, сойдёмся на горничной. А что за обещание ты ей успел дать? И когда, что даже я не слышал?»
– Если честно, я не помню, чтобы что-то успел пообещать.
«Ну ничего, такая напомнит»
– Давай лучше полетаем, Ариан. В Хорнии на крыло долго не придётся вставать.
«Ну давай, хотя, если по правде, я на другое рассчитывал, вот Дерген, он, почитай, каждую ночь…»
– Может, ты заткнёшься наконец? Меня подробности личной жизни родителей не интересуют.
«А жжаль, мог бы и поучиться, ну ладно, летим уже, что с тебя взять. И не забудь, ты мне горничную обещал после полёта».
– Ты сейчас напоминаешь Алану. Ничего я тебе не обещал.
Рэй подошёл к краю башни. Через мгновение над городом воспарил дракон.
Ариан выбирал дорогу сам. Они с Рэем честно делили власть. На земле путь определял человек, в небе дракон. Сознание Рэя при этом не исчезало: он мог полностью сливаться с драконом, при необходимости вмешаться, а мог и поразмышлять в медитативном состоянии.
А тревожили его сейчас мысли о неизвестной девчонке, которая пропала в Предгорьях Хорнии. Он сам не понимал, что именно его беспокоит, проблемы, которые может принести её брак всей Империи, или то, что эта совершенно посторонняя ему воздушница может оказаться в беде. Сам себе юноша уже давно признался, ещё во времена учёбы в Академии, что ни огненные, ни водяные девчонки-маги не волновали его так, как хрупкие на вид воздушницы, способные создать смерч из ничего. Может быть, потому, что Огонь и Вода жили в нём с рождения, а стихия воздуха привлекала своей непонятностью и изысканностью. Ни одна из воздушниц среди студенток Академии не взяла в плен его сердце, но он всегда их замечал и выделял среди других.
После полёта и размышлений о прекрасных дочерях Хорнии мог ли Рэй даже ради дракона воспользоваться вниманием какой-то там горничной?
Ариан остался недоволен.
Глава 4. Алекса "Сами-то мы не местные"
– Она мне жизнь спасла, – быстро говорит Берси.
Так зовут юного мага, с которым мы вместе пережили нападение троих ор… чампов.
– Так и ты ей спас, проявив свои… способности. Что делать будем? Теперь ей всё известно. Кто знает, что у неё на уме.
– Пусто у меня на уме, – мрачно говорю я.
Понять бы ещё, что именно мне должно быть известно.
Некоторое время все молчат. Потом старший интересуется.
– Это как, пусто?
– Не помню ничего.
– Хорошо придумано, – оживляется старший. – А если тебя дознавателям отдать?
Это он о пытках, что ли? Я нервно сглатываю. Попала так попала.
– У дознавателей я всё расскажу, даже о том, что по небу могут летать железные птицы. И даже то, что с горелыми чампами была в сговоре.
Он хмыкает. Делает знак арбалетчикам убрать оружие, но предупреждает:
– Ты только не дёргайся и не думай магию использовать. Малой сразу почувствует. Так откуда ты?
– Правда, не помню, – я не отвожу глаза, и ему это нравится.
– Вроде не врёшь, – говорит мужчина, но всё же недоверчиво качает головой и отходит на несколько шагов, не выпуская меня из виду.
С тоской слушаю, как несколько здоровенных мужиков обсуждают мою судьбу, не стесняясь моего присутствия.
– И что с ней делать будем?
– Пусть Рэйнер решает.
– Ну не могут такие красотки просто так на дороге валяться.
– Да ты чего, забыл, в каком состоянии она была?