Наследник для Деспота (СИ)
— Почему ты не хочешь вернуться ко мне? Я же говорю, что всё осознал. Накосячил, знаю, но понял, как ошибался! Я хочу быть с тобой! — давил парень, а Ксюша закатывала глаза и мотала головой.
— Послушай, Максим, наши отношения в прошлом. Я не буду говорить, что они стали самой большой ошибкой в моей жизни, и что я жалею о них, нет! Это опыт. И я не буду жалеть о том, что было, но возвращаться тоже не стану. Просто забудь всё, как сделала я, и двигайся дальше!
Я загордился тем, как она ответила. Любая другая девушка могла бы устроить истерику, пытаясь обвинить парня в измене. Она была бы права, конечно, но… Ксюша отвечала совсем не как девочка, которая ещё не так давно стала совершеннолетней, она говорила, как зрелая мудрая женщина, и внутри встрепенулось нечто… Я не испытывал этого ощущения давно и не мог объяснить его.
Покашляв в кулак, чтобы обратить на себя внимание этих двоих, я посмотрел на Ксюшу. Её распущенные волосы переливались под солнцем, напоминая подтаявший шоколад своим оттенком. Ксюша улыбнулась, и внутри меня возникло невообразимое желание коснуться её губ своими и попробовать их на вкус. Совсем как в тот день, когда держал её спящую на своих руках.
— А-а-а! — протянул парень, ощерившись в мою сторону. — Это ты из-за этого старикана меня гонишь?
Я не выдержал, схватил его за грудки и заставил смотреть мне в глаза. Готов был размазать об асфальт, но услышал испуганный голос Ксюши и умерил свой пыл.
— Роберт, пожалуйста, не надо!
Отпустив парнишку, который и сам, кажется, перепугался, я гневно бросил в его сторону:
— Ещё раз приблизишься к ней, я тебе ноги повыкручиваю и засуну в одно место…
Мы с Ксюшей направились к машине, и она взяла меня под руку. Это было немного странно, но приятно. Я понимал, что она опасается моего возвращения для завершения начатого, поэтому хочет держать под контролем, но всё равно радовался, точно ребёнок, заполучивший сладкий леденец.
— Значит, ты его выбрала, да? — донёсся вслед голос парня.
Он на самом деле не понял, что его ждёт? Я готов был объяснить более внятно, но Ксюша сильнее сжала свою руку в локте, удерживая меня. Она повернула голову в сторону своего бывшего и негромко, но уверенно, произнесла:
— Да!
И я понятия не имел: радоваться мне в эту секунду и прыгать до облаков или всё-таки принять её слова за желание отказаться от назойливого ухажёра?
Мы сели в машину, и Ксюша пронзительно посмотрела на меня. Мне вдруг показалось, что в её взгляде мелькнуло разочарование. Но почему?
— Роберт, я понимаю твоё желание защитить меня, но не следует вмешиваться, — произнесла она, и я отвёл взгляд в сторону.
Завёл машину, чтобы отвлечься на дорогу и не позволить собственной импульсивности одержать верх. Мне хотелось спросить у неё, почему она боится меня и не доверяет, но лучше было держать рот на замке, потому что эмоции начали переливаться через край.
— Пожалуйста… Я всё понимаю, но Макс — ещё глупый мальчишка, а ты — взрослый мужчина. Тебе ведь не станет легче, если ты покалечишь его?
«Станет», — хотелось сказать мне, но я понимал, что это ревность, которой быть не должно.
Парень не причинял Ксюше боль, он лишь пытался вернуть её, и меня это выбесило. Я испугался, что она скажет ему «да». Испугался, хоть изо всех сил пытался отогнать мысль о том, что между нами могут возникнуть отношения. Я ведь должен был скорбеть по жене. Или четыре года — это достаточный срок для того, чтобы оплакать её? Я уже не понимал, что со мной происходит. И я просто молча вёл машину к медицинскому центру.
— Роберт?! — негромко позвала Ксюша, заставляя меня обернуться.
Я посмотрел на неё и выдавил улыбку, а затем вернул внимание на дорогу. Тяжело вздохнув, я качнул головой.
— Я тебя понял. Я больше не стану лезть в твою личную жизнь! — произнёс я и только потом подумал, что слова могли прозвучать обидно, но Ксюша промолчала.
Мы добрались до нужного места. Оставив машину на парковке, я зашёл вместе с ней. Вся жизнь с момента похорон до сего момента шла в каком-то тумане. Я отвечал девушке с ресепшена, но, когда приблизился вместе с Ксюшей к кабинету врача, понял, что даже не запомнил вопросы, которые мне задали.
— Она не спрашивала ничего важного? — вдруг поинтересовался я у Ксюши.
— Нет, только фамилию и способ оплаты, — пожала она плечами. — Ты бы не мог остаться в коридоре? Я немного стесняюсь, ведь доктор будет проводить осмотр…
Я кивнул и сел на скамейку, а Ксюша нырнула в кабинет.
Мне следовало передохнуть от всего этого. Взять отпуск и уехать куда-то… Вот только согласилась бы Ксюша поехать со мной? Я задумался о том, что следовало бы поговорить с ней об этом, и снова провалился в какую-то бездну. Тьма окутывала меня и холодными липкими щупальцами затягивала в свой плен. Она будто бы пыталась высосать мою душу и оставить бездыханное тело на каменной плитке пола.
— Роберт?! — услышал я тихий голос Ксюши и поднял на неё взгляд. — Я уже всё, — улыбнулась она. — Ты себя нормально чувствуешь?
— Да. Прости, я просто задумался и не заметил, как летит время, — кивнул я.
— Ну тогда у меня есть предложение: давай прогуляемся немного? Можно заскочить в магазин, купить хлеб и поехать на озеро. Там утки сейчас плавают и, кажется, даже лебеди… Мы могли бы покормить их.
Покормить птиц… Вместе… Это самое лучшее предложение, которое я слышал в последнее время…
* * *В магазин я заскочил один и вышел оттуда с двумя длинными багетами. Ксюша засмеялась и сказала, что этого будет много. Вот только она слегка ошиблась, потому что птиц на озере было видимо-невидимо, что мне даже стало казаться: следовало ещё минимум две булки хлеба прихватить.
Скорее всего, сегодня птиц никто и не кормил ещё, потому что они подплывали к кусочкам брошенного на поверхность озера хлеба и сразу же съедали его. Ксюше нравилось это. Она светилась от счастья, как маленькое солнышко на мрачном небе, освещая мою жизнь своей улыбкой.
— Роберт, смотри, а вон плавает парочка! — Ксюша указала на двух лебедей, которые ничуть не отставали друг от дружки. — Говорят, что лебеди самые преданные птицы. Потеряв своего партнёра они остаток дней проводят в одиночестве и… — Она резко помрачнела и отвела взгляд в сторону. Улыбка сползла с её губ. Ксюша вздохнула, пожимая плечами. — Прости… Это совсем не та тема, на которую сейчас следует говорить.
Я задумался над её словами. Конечно, я — не лебедь, и продолжительность жизни человека куда больше, чем у птиц, но всё-таки ведь клялся Вере в вечной любви… А получается, что предавал её, думая о другой женщине, представляя как целую её губы, как пропускаю её волосы сквозь пальцы, как прижимаю к себе… Почему я не хранил верность, как этот лебедь? Я теперь только начал понимать, что весь этот туман в голове вызвали совсем не похороны… Всё дело было в том, что я пытался переубедить себя, старался изо всех сил заставить себя не думать о Ксюше, но не получалось. Кроме того, теперь нас с ней объединял ребёнок, и я вдвойне не знал, как поступить.
«Просто отпусти меня, Роберт! — прозвучал в голове голос Веры, больше похожий на приказ. — Она лучшее, что может быть с тобой. Не упусти!».
Я мотнул головой, прогоняя эту мысль, пронзившую будто галлюцинация. Это просто моё подсознание подкидывало то, что было выгодно мне. Не следовало принимать всерьёз эти слова.
— Ничего страшного, — ответил я. — В конце концов, я ведь не могу до конца своей жизни обходить подобные разговоры. Лебеди — очень красивые птицы, и их преданность завораживает.
Я услышал негромкое урчание живота Ксюши и посмотрел на неё. Она смущённо улыбнулась и отвела взгляд в сторону.
— Ты голодна? — спросил я, чуть склоняя голову набок.
— Совсем немного… Я специально не стала завтракать, думала, что нужно будет сдать кровь, но доктор сказал, что это в следующий раз…