Замуж второй раз, или Еще посмотрим, кто из нас попал!

Правда, все познается в сравнении. Может, вернувшись в свое тело, Анника будет рада настолько, что и с таким положением смирится. Ладно, какой смысл сейчас думать об этом.
– Прошу! – Слуга открыл передо мной позолоченную дверь, пропуская в покои. Прошел следом, включая магические светильники. – Я пришлю вам служанок.
– Как вас зовут?
– Робин, госпожа, – поклонился он.
– Благодарю вас, Робин. Вы не знаете, мои вещи от портних уже доставили?
– Да, госпожа. Они в гардеробной.
– Спасибо. – Я кивнула, отпуская его, и слуга с поклоном удалился.
Оглядела свое новое жилище. Роскошно! Высокие потолки, лепнина, позолота. На стенах картины. Комната обставлена как гостиная. Кушетка у окна, где можно полежать с книгой. Столик с двумя мягкими креслами, за которым приятно выпить утренний кофе, точнее, его местный аналог. Секретер у стены, если пожелаю написать письмо. Величавый камин, на котором стоят подсвечники, а над ним – большое зеркало в позолоченной раме.
Толкнув следующую дверь, я зашла в просторную спальню. Кровать с балдахином, ширма для переодевания, туалетный столик с большим зеркалом и пуфом перед ним. И еще три двери. За одной оказалась большая гардеробная, где уже были развешены мои платья. Задерживаться там я не стала.
Заглянув в другую дверь, обнаружила еще одну спальню, судя по всему, лорда Дарстена. Там уже хлопотал Робин, обернувшийся на мое появление. Я нервно ему улыбнулась и закрыла дверь. Значит, спальни у нас с мужем смежные. И на двери ни одной защелки! Спокойствия данный факт не добавлял.
Зато третья дверь привела меня в шикарную ванную комнату. Банный комплекс, я бы даже сказала. Все в розовом мраморе, бассейн, на поверхности которого плавали лепестки роз, а на бортике стояло много разных склянок с разноцветной жидкостью. По-видимому, мыло, шампунь, ароматические масла. Была и привычная ванна, и даже массажный стол. За ширмой туалет. А за узкой дверкой – комната, отделанная мозаикой и мрамором, очень напоминающая турецкий хамам. Неплохо быть аррхиней. Чтоб все так жили!
Оглянувшись на шум, я увидела трех девушек в одинаковых серых платьях с белыми передниками и в чепчиках. Наверное, обещанные горничные.
– Госпожа, – они сделали книксен, – позвольте вам помочь подготовиться ко сну.
Что ж, я не имела ничего против. Хорошо, когда есть слуги. Одна помогла снять свадебное платье и унесла его, вторая разбирала мне прическу и осторожно расчесывала волосы. Третья занялась водой в бассейне, предварительно поинтересовавшись, какой аромат я предпочитаю и какую температуру воды сделать.
То ли дело моя брачная ночь! Муж не рассчитал свои силы во время застолья, и к тому моменту, когда мы добрались домой, сумел лишь свалиться в постель и захрапеть. Я же расставляла цветы, потом больше часа разбиралась с прической, пытаясь прочесать волосы от лака. Смыла макияж, вымыла голову, высушила волосы. Если лечь с мокрыми, наутро на голове будет такой шухер, что Медуза Горгона нервно курит в сторонке. Спать я легла очень поздно и долго не могла уснуть из-за храпа. Конечно, утром у нас все было, он себя реабилитировал, но утро – это не ночь. Платье свадебное с меня трепетно не снимали, да и белья кружевного, специально подобранного для первой брачной ночи, на мне не увидели – в стирке уже болталось.
Я тогда все это восприняла со смехом. К моменту свадьбы мы жили уже около полугода вместе, и со штампом в паспорте ничего существенно не изменилось, лишь кольца на пальцах появились.
Сейчас же на руке болтался местный символ брака – браслет. Перед тем как войти в воду, я его сняла, незаметно отслеживая реакцию служанок, но никого мой поступок не удивил. Искупалась я сама. Пусть горничные были вежливы и предупредительны, но это я привыкла делать без чужой помощи. А вот на предложение расслабляющего массажа с маслом, чуть поколебавшись, ответила согласием. Ноги после суматошного дня и танцев гудели. С удовлетворением отметила, как одна из девушек отставила баночку с зеленой пастой, увидев, что на моем теле нет волос. Да-да, мы не совсем провинциалки и подготовились с Элизабет, удалив все лишние волосы такой же пастой загодя.
 
В спальню я вернулась как заново родившись. Из тела ушли усталость и напряжение, сменившись расслабленностью.
Остановилась у кровати, покручивая на руке браслет. Когда выходила, одна из горничных напомнила о нем, и пришлось вновь надевать. Мягкая постель манила, но ложиться я точно не хотела. Мне нужно было подумать. Попросила принести чай и отпустила девушек.
Перешла в гостиную, разместившись на кушетке. Вид разобранной кровати немного нервировал. И я взрослая женщина, а что должна чувствовать невинная девушка, оказавшись в чужом доме и во власти незнакомого мужчины?
Меня, кстати, всегда удивлял этот момент. Аристократок воспитывали в строгости, ограничивая кучей правил и условностей. Никаких лишних прикосновений к девушке. Кавалер мог поцеловать кончики пальцев или пожать их, не задерживая в руке. При этом вовсю процветали договорные браки, и невинных во всех смыслах девушек заставляли отдаваться практически незнакомому мужчине. Вот как так? Право брачной ночи – звучит внушительно, а на деле нужно разрешить интимно к себе прикасаться чужому мужику. Брр!
Неудивительно, что холодность и фригидность жен считались в порядке вещей и свои сексуальные порывы мужики реализовывали с продажными женщинами.
– Ваш чай, госпожа! – Горничная принесла заварочный чайник и чашку, пиалы с медом и джемом.
– Благодарю. Можешь быть свободна на сегодня.
Подсев к столу, я сама налила себе чай и задумалась. Что мы имеем? В наличии муж, который получил неприятный сюрприз: понимание, что наш брак уже не разорвать. Я сняла раздражающий брачный браслет и положила на стол. Не знаю, что с ним дальше нужно делать, но, судя по тому, как обращался с ним супруг, в моем поступке нет ничего крамольного, а думать браслет мешал, отвлекая своим весом.
Мы с Дарстеном женаты, и браслеты тут роли уже не играют. Брачный договор подписан, то есть оформлен юридически, церемония в храме состоялась, так что и со стороны религии теперь не подкопаешься. Мне нужно наладить отношения с мужем. И неважно, нравится он мне или нет. Если отбросить властное выражение лица, то супруг ничего так. Да, выглядит на все свои тридцать восемь лет, но мужественный, подтянутый.
От мысли, что теперь с этим мужественным и подтянутым придется делить постель, стало плохо. Я отставила чашку и подошла к окну. Цепочка круглых фонарей подсвечивала дорожки парка, но все остальное тонуло во мраке ночи.
«Ладно, Аня, ты давно не девочка», – сказала себе. Уже ведь знаю что, как и почем. Сама я невинность потеряла в восемнадцать – скорее из любопытства, чем по большой любви. Потом была череда романов, которые заканчивались еще до того, как дело доходило до постели. Еще один парень в институте, вот с ним у нас было все серьезно, но не сложилось. Я встретила Глеба и влюбилась, потеряв голову.
Мысли о прошлом рассыпались, стоило услышать вопрос:
– Почему вы здесь и не ложитесь?
Резко обернувшись, я увидела своего супруга. В халате и домашних брюках. Успел переодеться. Пришел пожелать спокойной ночи или за долгом этим самым?
– Ждала вас и хотела поговорить.
– О чем?
Вопрос прозвучал безразлично. Взгляд, которым Дарстен скользил по мне, был оценивающим, но равнодушным. Так можно кобылу оценивать, которую приобрел.
Проходя мимо столика с чаем, он взял мой браслет, покрутил в руках и положил обратно, ничего не сказав.
– Так о чем вы хотели поговорить? – спросил меня, встав рядом и тоже взглянув на тьму за окном.
– Мы с вами женаты.
– Хм… – глубокомысленно отозвался муж, не отводя взгляда от окна.
– Мы теперь связаны с вами на всю жизнь. Я думала о том, что нам нужно узнать друг друга лучше. Выстроить отношения, общение… Максимилиан!
Он дернулся и посмотрел на меня. Ого! Судя по всему, по имени его не часто называют, не привык.