Ледовая армия (СИ)

— Господин ан Лавани, наверное, вам лучше пройти в кают-кампанию. А это кто?
— Мой помощник, господин Жерар. Что происходит?
— Я не знаю, господин ан Лавани. Тревогу города-ледохода слышу впервые. Но все равно — поторопитесь, джентльмены!
И мы поспешили. Палубы «ИзоЛьды» гудели от сапог команды, в коридорах бряцало оружие, и кто-то постоянно орал, чтобы все тащили свои тушки наверх. Фарри уверено провел нас по темным ходам корабля в кают-кампанию.
БОООООООООООУУУУУ!
Гул проникал со всех сторон.
— Доброй ночи, — поприветствовал собравшихся Фарри. — Что происходит?
— Я думаю, это Братство. О, знакомое лицо. Банди, если не ошибаюсь?
— Бауди, — я узнал в говорившем шерифа Барроухельма. Это объясняло, как компас оказался у Фарри. — Что вы тут делаете?
— Подал в отставку, — поморщился ан Найт. — Своевременно, как видите.
— Надо было уходить вчера вечером, — сказал еще один мужчина, находившийся здесь. Он был высок, широкоплеч и сразу располагал к себе чертами лица. Густые черные волосы были собраны в хвост. Моряк облокотился на стол и смотрел на меня как на диковинное животное. Через все лицо шла вытатуированная цепочка, проходящая под глазами и через переносицу. — Вы издеваетесь? — вдруг спросил он. — Кто это?
— Это мой помощник, господин Рубенс.
Со стен на нас глазели демоны. Иначе назвать эти картины у меня язык не поворачивался. Незнакомые люди на них плакали и гримасничали, пучили глаза и хохотали, но всех объединяло безумие в нарисованных взглядах. Безумие, которое наверняка видел в своем отражении неизвестный мне художник.
— Еще один?!
— Да. Так что происходит?
— У меня пока нет информации, но готовимся к худшему. Все будет, как и предполагал господин ан Найт. Этому помощнику можно доверять?
Бывший шериф Барроухельма насмешливо поднял бровь. Уж он-то, будучи начальником Тайного Двора, наверняка знал, чем я занимался после того, как ушла Лайла. У его дознавателей точно были глаза и уши в темных переулках нижнего уровня.
Я сделал вид, что портреты сумасшедших мне интереснее и важнее его реакции.
— Верьте ему как мне, мастер Рубенс, — отрезал Фарри.
— Капитан «Клинка Света» рассказывал, что в пурге его корабль прошел мимо чьих-то машин, идущих чуть в стороне. Он предположил, что это наше сопровождение, но то были не сторожевики. Наши ледоходы обычно держатся гораздо ближе, в зоне видимости, — сказал ан Найт. — Нас вели. А теперь, несомненно, пошли в атаку.
БОООООООООООУУУУУ!
— Впервые за свою жизнь слышу голос города, — добавилшериф.
— Что делаем? — спросил Фарри.
— Думаем. Город им не взять. Но если им повезет, то смогут повредить траки, и тогда Барроухельм встанет.
— Зачем им это? — поинтересовался я. Поинтересовался вроде бы тихо, но и шериф, и Фарри, и капитан Рубенс посмотрели на меня с изумлением.
— Компас, Эд, — как дурачку объяснил Фарри.
— Я не так выразился. Зачем им это сейчас?
— Маски сняты, — развел руками ан Найт, — сейчас, боюсь, во всей Пустыне осталась лишь одна сила — Братство. По рассказам капитана «Клинка» — Берег был, считай, обескровлен, когда случилось предательство Цитадели. Сюда, к Содружеству, наш флагман пробивался с боем. Кому-то из Добрых удалось уйти, кто-то смог закрепиться на Берегу, но основные силы Братство смело почти моментально. Как он сказал — несколько десятков кораблей просто разлетелись на куски за несколько минут до атаки, а потом в бой пошел флот фанатиков. Армады Добрых Капитанов больше нет. Теперь Цитадель таиться не станет. Я, конечно, догадывался, что они не так просты, но надеялся на иной исход.
— И поэтому вы сидели и ждали? Получили компас и все, спрятали где-то в сундук и забыли про него?
— Юноша, — скривился шериф, — мы вернемся к этому разговору позже. Давайте как-то выбираться отсюда.
— В вашей беседе есть одно, простите за грубость, поганое слабое место. Какого ледяного демона вы решили, что это нападение Братства? — спросил Барри Рубенс. Он упирался кулаками в стол, нависая над сидящими.
БОООООООООООООУУУУ!
 
— Капитан! Капитан!
В кают-кампанию ворвался стриженный наголо мужчина лет двадцати пяти. Просторный меховой капюшон спадал ему на спину, и от этого голова казалась крошечной. — Город открывает шлюзы.
Он перевел дух.
— Там на пристани стоит какой-то важный прыщ. Говорит, что корабли содружества атакованы и городу требуется любая помощь. Что им доложить, капитан? Там беготня знатная в порту! Корабли выходят! Перед нами один шапп и он вроде без боевых, но уже тарахтит.
— Спокойно, Биами, дай сообразить, — махнул рукой Рубенс.
— Компас важнее, — сказал Фарри. Капитан бросил на него негодующий взгляд и рыкнул:
— Тихо. Ты — жди снаружи. — Как только закрылась дверь, Барри процедил:
— Чтобы слово Компас не покидало нашу компанию! Ясно?
Фарри не ответил.
— Если не помочь людям, это будет жрать вас потом и, в конце концов, убьет, — сказал я. Опять тихо, бесцветно. Мне вспомнился Мертвец, и сжигающий его огонь совести, жар которого вынудил пирата повеситься в камере.
— Пока права голоса у тебя нет, — зыркнул на меня Барри, а вот шериф посмотрел с одобрением. — Это мои люди, мой корабль, и тут мы не станем изображать совет Содружества.
Он подошел к двери, распахнул ее.
— Мы выступаем!
Капитан шагнул к металлическому ящику на стене, открыл ключом крышку. Откинул ее с лязгом.
— Мы же рискуем всем, мастер Рубенс. Компас...
— Компас не должен становиться твоим богом, Фарриан. Твой помощник прав. К бою.
За крышкой скрывался рычаг, и капитан потянул его вниз. Сверху раздался дикий звон, и почти сразу же послышался топот сапог.
— К бою, джентльмены! К бою! — заорал где-то Жерар.
— Отправляйтесь в каюту и не мешайте. Мне сейчас не нужны под ногами восторженные юноши.
Фарри растерянно положил руки на подлокотники сидения, будто бы собирался встать, но забыл об этом намерении.
— Сейчас нужно принимать быстрые решения, Фарриан, — чуть спокойнее сказал капитан. — Доверься моему опыту. Ты же понимаешь?
— Да, конечно. Конечно, — пробормотал тот. — Да… Я… Да… Эд, идем…
— Нет, — очнулся я. Опять сидеть? Опять ждать? —Дайте мне оружие.
Капитан открыл было рот, но не успел родить какую-нибудь обидную реплику.
— Мне доводилось убивать людей, — сказал я и через паузу добавил, глядя ему в глаза. — И в бою тоже.
— Оружие у квартирмейстера, — прищурился он. — Найди Жерара, если хочется подраться. Все, я в рубку. Фарриан, ты со мною. Или же оставь мне компас, если хочешь поиграть в героя. Шериф?
— Разомнусь. Все-таки это и мой город.
* * *
Порт гудел, сверкал огнями, и неповоротливые корабли съезжали по металлическим сходням в бурлящую ледяной крошкой ночь. Огромный город шарил по ночной пустыне лучами прожекторов. Громыхал лед под гигантскими гусеницами, ревели двигатели.
Фрет лихо скатился в пустыню и развернулся параллельно ходу Барроухельма. Мы стояли на внешних лестницах, вооруженные, и готовые к бою. Ночная ледяная свежесть выбила из тела остатки сна. Волосы в носу мигом замерзли. Я замотал лицо шарфом так, чтобы оставить лишь щель для глаз и старательно дышал студеным воздухом Пустыни. Носом вдох, ртом выдох.
— Что мы делаем? Я же не умею драться. Я не умею.... Как этим пользоваться? — бормотал мужчина рядом со мною. Его страх был липок. — Я зверолог. Зверолог!
Кто-то подошел к нему, положил руку на плечо и успокаивающе заговорил. Голос зверолога становился все тише и тише. Страх тускнел.
Но только его страх. Остальные тоже боялись. Лишь у единиц сердца горели предвкушением драки.
Небо пульсировало красным. Покрытый прекрасной вязью огней Барроухельм напоминал титанического кита, облепленного мелкими паразитами. И сейчас несокрушимому повелителю Пустыни грозила опасность. Средь грохота моторов слышались басовитые голоса пушек. Город удалялся от нас.