Вуайерист (ЛП)

Выйдя из автобуса, я прошла последние несколько футов до парка пешком. Набрала код на калитке и закрыла её за собой. Парк закрывался в сумерки, так что мы были здесь одни. О, и Джоуи, конечно.
Стоя у входа, я сделала глубокий вдох, готовясь увидеть Кэллума. Готовя себя к тому, чтобы вести себя естественно и не падать к его ногам, рассказывая о последних двух неделях и умоляя его принять меня обратно. Мне так много нужно было сказать ему. Так много я хотела ему сказать — планировала сказать до того, как он исчез от меня.
Глубокий вдох.
Я обошла туалеты, увидела фигуру на вершине холма и направилась к ней. Возможно, я пришла первой.
Он склонился над коробкой, его широкая спина туго натягивала пиджак, и мне захотелось протянуть руку и провести по ней ладонями. Чёрт, я скучала по нему.
— Привет, — тихо сказал я.
Он встал и повернулся лицом ко мне, изучая меня.
— Привет.
Одна щека вздёрнулась, почти скрытая за густой щетиной, граничащей с бородой. Ему шло. Пока он сканировал меня, я делала то же самое в ответ, и могла сказать, что он нервничал, но в то же время и нет. Его плечи казались менее напряжёнными, а взгляд — менее отстранённым.
Он выглядел лучше, чем я когда-либо видела раньше.
Было больно видеть, что у него всё так хорошо, но я проглотила это и заставила себя улыбнуться.
— Нам начинать или подождать Джоуи?
— Джоуи не сможет прийти. Отменил всё в последнюю минуту.
— О. — Мы были одни, без помех, впервые за месяц. Мой желудок трепетал от волнения, но также и от нервов. Одна ли я нервничала? Кэллум казался таким спокойным, расслабленным, если не сказать немного непоседливым. — Хорошо.
— Иди сюда, давай найдём нам звезду, — сказал он, его глаза светились улыбкой.
Моё тело дрожало с каждым шагом, приближающим меня к нему.
— Ты будешь смотреть сюда и настраивать фокус здесь.
Он продолжал указывать на разные части телескопа, объясняя, что делает каждая из них. Я пыталась слушать его, но слишком остро ощущала, как его длинные пальцы нажимают на кнопки. Слишком остро ощущала, как он смотрит на меня, как, казалось, это обжигает мою кожу. Я это выдумала? Или я правда это чувствовала?
Его рука потянулась вокруг меня к набалдашнику, и я чуть не поперхнулась, когда его жар просочился сквозь мою рубашку, обжигая кожу. Он оставался рядом дольше, чем это было необходимо, позволяя своим пальцам задержаться на телескопе, и мне пришлось бороться с желанием прижаться к нему. Моё тело задрожало, когда я представила, каково это — снова ощутить его твёрдые мускулы прижатыми ко мне. Но затем Кэллум отстранился, и я выдохнула, хотя и не подозревала, что задерживала дыхание, прежде чем наклониться, чтобы посмотреть на свою звезду.
Она выглядела просто; просто оттенок синего.
— Ты, кажется, не впечатлена, — рассмеялся он, и от этого звука у меня по спине побежали мурашки.
— Я думала, это будет больше похоже на все те шоу или картинки в наших книгах. Более красочно.
— На картинках, которые ты видишь в книгах, обычно к фотографии применён другой объектив, улавливающий различное электромагнитное излучение. Наиболее распространённым является инфракрасное излучение, — он произнёс ещё несколько громких слов, его руки оживлённо двигались, но я не поняла многих из них.
Я пыталась сохранить серьёзное выражение лица, как будто я действительно следила за тем, что он говорил, но в конце концов я рассмеялась. Наблюдать, как Кэллум рассказывает об астрономии, было прекрасно. Ему так нравилась эта тема, а мне нравилось видеть его таким взволнованным.
— Что смешного? — спросил он.
— Ты показываешь свою задротовость.
— Это сексуально, не так ли? — промолвил он полушутя. В наступившей тишине стрекотали сверчки. Нить, туго натянутая между нами, казалось, готова оборваться, на грани того, что что-то вот-вот сломается. Я не могла сказать, к добру это или к худу.
— Где ты был? — вопрос сорвался с моего языка. Я не хотела спрашивать, но не могла сказать, что сожалею об этом.
Его кадык дёрнулся, прежде чем он полностью повернулся ко мне, его лицо стало серьёзным.
 
— Я уезжал домой. В Калифорнию.
— Что? — воздух со свистом вырвался из моих лёгких. Я думала, он никогда туда не вернётся. — С твоими родителями всё в порядке?
— Да, да. С ними всё хорошо. Как раз время навестить их.
— Вау. Калифорния. Это же потрясающе, Кэллу… доктор Пирс.
У меня больше не было права называть его по имени. Теперь он был просто моим профессором.
— Кэллум, — поправил он, подходя ближе. У меня перехватило дыхание, пока я смотрела, как он приближается, всего в нескольких дюймах между нами. Я напряжённо ждала, что он поднимет руку и прикоснётся ко мне, но этого так и не произошло. — Ты всегда можешь называть меня Кэллум.
— Хорошо, — сказала я на выдохе. От его близости у меня закружилась голова.
— Просто было пора. Вернуться домой.
Я тупо кивнула, не уверенная, что сказать, но желая знать всё.
— Я был не в порядке, и то, чем я был раньше, было сплошным беспорядком, скрытым за тонкой оболочкой. Я думал, что обрёл контроль над собой — над своим прошлым, но это было ложью. Каждая мелочь, которая затрагивала этот вопрос, вводила меня в ступор. Который я мог проигнорировать, потому что это был только я, — он выдохнул смешок и улыбнулся мне. — Но потом появилась ты, и моя потеря контроля стала проблемой. Я больше не мог игнорировать это и прятать голову в песок. Я столкнулся с тем, как мои действия влияют на моё будущее. И, Оклин, я хочу будущего. Будущего, которое я смогу выбрать. Будущего, в котором меня не будет преследовать моё прошлое.
Я не осознавала, что плачу, пока он не поднял большой палец, чтобы вытереть мои слёзы. Я прильнула к его ладони, позволяя теплу его прикосновения успокоить меня так, как я не чувствовала себя почти месяц.
— Прости. Я не хотела плакать. Я просто рада за тебя. Ты кажешься счастливее.
— Так и есть, и нет. Я ходил к психотерапевту дома, и он порекомендовал мне терапевта здесь, так что я надеюсь оказаться в лучшем состояние и остаться там. Но есть и другие вещи, которые сдерживают меня.
Его рука всё ещё задерживалась на моей щеке, и я боролась с собой, чтобы не повернуть голову и не запечатлеть поцелуй на его ладони. Не шагнуть к нему и не прижаться к его теплу.
— Я ушла из «Вуайериста».
Я больше не могла сдерживаться. Я хотела сообщить ему, как только сделала это. Я вошла в класс, окрылённая надеждой, что мы всё наладим. А его там не оказалось. Поэтому, я выпалила это сейчас.
— Что? — спросил Кэллум, такой же шокированный, как и я, тем, что я выбросила это новость. — Когда?
— Около двух недель назад.
— Но… но как же учёба? Как же Джексон?
Я покачала головой, пытаясь понять, о чём он, и его рука опустилась.
— А что насчёт Джексона?
— Разве вы не вместе? Ну, я видел, как ты выходила из его машины перед тем, как я уехал. Он обнял тебя и поцеловал.
Его слова звучали как едва сдерживаемый гнев, и я напрягла свой мозг, прежде чем вернуться в тот день, когда он, вероятно, увидел нас. Я вспомнила объятия Джексона, когда он прощался. Я могла лишь представить, что он тогда подумал.
— Нет, мы не вместе. Он подвозил меня на учёбу после того, как я уволилась. Накануне я продала свою машину, и он предложил подвезти меня.
— Ты продала машину? Почему?
— Этих денег мне хватило на оплату до конца года, и я смогла бросить «Вуайерист». Мне стало… больно находиться там, — когда я остановилась, чтобы посмотреть на него, он поморщился. — Не морщись, как будто ты несёшь какую-то ответственность за мои чувства, за мою работу там. Не то чтобы мне это нравилось. «Вуайерист» был средством достижения цели, и я больше этого не хотела, поэтому нашла решение получше.
Я провела языком по пересохшим губам.
— Мне жаль, Кэллум. Мне жаль, что я была такой упрямой и отказывалась увидеть другие варианты. Я должна была позволить тебе заплатить. Я не должна была позволять тебе уйти из-за моей гордости и ошибочных представлений о деньгах. Я видела, как деньги разрушали слишком многие отношения, и я не могла допустить, чтобы это случилось с нами, — я тихо рассмеялась над этим. — Но, думаю, это всё равно произошло. И, честное слово, если бы с моей машины не хватило денег, чтобы уволиться, я бы пришла к тебе. Мне надоело быть вдали от тебя. Я скучаю по тебе.