Вуайерист (ЛП)

Облегчение охватило меня, когда Оклин слегка кивнула головой.
— Всё хорошо.
Я должен был воспринять это как знак того, что, возможно, она не так сильно хотела, чтобы я ушёл, как утверждала. Я должен был попытаться.
— Оклин, — начал я, когда Шарлотта ушла. — Пожалуйста, поговори со мной.
— Кэллум, — вздохнула она. Моё имя, слетевшее с её губ, успокоило меня, и напряжение в моих плечах немного спало. Она открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но её прервали.
— Ты уже закончила, Оки, — сказал Джексон, подходя к ней с другой стороны. — Увидимся позже на неделе?
Она повернулась ко мне спиной и обняла Джексона.
— Да, до встречи.
Я повернулся лицом к бару, не желая видеть её в его объятиях. Первобытная часть меня, та, которой раньше никогда не существовало, хотела кричать, что она моя. Допивая воду, я наблюдал, как она направилась в заднюю комнату, даже не попрощавшись, и я остался лицом к лицу с парнем без рубашки, который мог прикасаться к Оклин, когда хотел. Он бросил на меня прищуренный взгляд, но я не стал тратить время на ответный. Я бросил двадцатку на стойку и пошёл подождать её снаружи комнаты отдыха для сотрудников. Я не был готов так легко сдаться.
Прошло совсем немного времени, прежде чем она вышла, укутанная и готовая идти. Её взгляд был прикован к телефону, поэтому она не заметила меня, стоящего там.
— Оклин, — позвал я, привлекая её внимание.
Она подняла взгляд и закатила глаза, прежде чем вернуть их к своему телефону.
— Я устала, Кэллум. Мы можем не делать этого?
Вместо ответа я посмотрел на её телефон и открытое приложение «Убер».
— Что ты делаешь?
— Заказываю «Убер», — ответила она так, словно это было очевидно. Так оно и было. Просто я не понимал.
— Почему? Где твоя машина?
— Нужно было кое-что отремонтировать, и это заняло больше времени, чем они ожидали.
Посмотрев на время, я увидел, что был почти час ночи, и мне претила мысль о том, что она воспользуется «Убером». Что, если что-то случится?
Прикрыв рукой её телефон, я остановил её.
— Давай я отвезу тебя домой.
Её кожа была нежной, а пульс на запястье подскочил от моего прикосновения, зажигая в моих пальцах запал, который прошёл через руку к груди.
— Кэллум…
— Давай, — перебил я, пресекая её отказ. — Я покормлю тебя по дороге.
— Уже за полночь. Всё закрыто.
— Просто… пожалуйста.
Никого не было рядом с нами, когда мы задержались у входа в клуб, и я ждал её решения. Она, наконец, подняла глаза и встретилась со мной взглядом, казалось, впервые с вечера среды. Мы оказались в нашем собственном мыльном пузыре. Мир больше не являлся частью, окружающей нас энергии.
— Хорошо.
Я едва сдерживал улыбку, когда вёл её к машине. Оклин была очень гордой, и я не хотел показывать свою радость, опасаясь, что она, в итоге, откажется.
В конце концов я отвёл её в «Вафельный домик» с намерением посидеть, чтобы мы могли поговорить, но, когда мы добрались туда, Оклин заколебалась перед входом.
— Что-то не так?
— Может, это была бы не лучшая идея для меня — завалиться туда со своим профессором посреди ночи.
— Чёрт. Я даже не подумал. — Я был так чертовски сосредоточен на том, чтобы просто провести с ней время, что даже не подумал о нашем положение. Я забыл, что она моя студентка. Я лишь видел в ней женщину, с которой мне нужно было быть рядом. — Ладно. Скажи мне, что ты хочешь, а я закажу и принесу это. Мы можем поесть в машине.
— Простые вафли и немного бекона.
Когда наши заказы были готовы, я схватил их и бросился обратно к машине. Оклин наблюдала, как я вожусь с пакетами, с нерешительным выражением на лице, как будто она всё ещё не была уверена, чем закончится этот вечер.
— Разумно было подумать о том, что люди увидят нас. Там было полно народу.
— Оливия много говорит об этом месте. Сказала, что это место забито почти каждую ночь.
— Да, я помню чудеса «Вафельного дома». Лучшее время между десятью часами ночи и четырьмя дня. — Оклин рассмеялась и поёрзала на сидение, ожидая, когда подадут её контейнер с едой. — Ваша вафля, миледи.
 
— Такой джентльмен. — Она положила еду себе на колени и попыталась привести в баланс вилку и нож, но в итоге они упали, когда она потянулась за салфеткой. Она попробовала ещё раз, но при малейшем движении происходило то же самое. — Агрх. Это нелепо.
— Не позволяй пластиковой посуде победить тебя, — пошутил я, борясь со своей посудой.
Она искоса посмотрела на меня, прежде чем драматично вздохнуть.
— Послушай, если хочешь, мы можем просто поужинать у меня дома. Тут недалеко.
Надеюсь, что приглушенный свет в машине скрыл мой шок, но я, не раздумывая, принял её предложение. Побыть с ней наедине сегодня вечером — это большее, чем я рассчитывал, что смогу получить.
— Да.
Оклин поджала губы и опустила глаза, пытаясь скрыть свою реакцию, но рассмеялась над моим быстрым ответом.
— Главное не ожидай ничего роскошного. Я всего лишь бедная студентка.
Я занизил свои ожидания, и, хотя расположение было не самым лучшим, в её квартире было чисто и достаточно украшений, чтобы она не выглядела бездушной. Что было нетрудно сделать, учитывая ограниченное пространство. Назвать это квартирой было бы натяжкой.
В любом случае, здесь было приятно. Организованно. И я мог наблюдать за ней, куда бы она ни двигалась в этом маленьком пространстве. Она взяла моё пальто, повесила его на вешалку и предложила поужинать на её диване за кофейным столиком.
— Журнальный столик дешевле, чем обычный обеденный стол, — объяснила она. — Никогда не думала, что мне придётся беспокоиться о званом ужине.
— Я бы вряд ли назвал «Вафельный дом» званым ужином, — я рассмеялся.
— Это же ужин, и ты составляешь мне компанию. Думаю, это самое близкое к званому ужину, что у меня когда-либо будет.
— Вполне справедливо.
Она переместила кресло-мешок, садясь рядом со мной. Это было больше похоже на диванчик для двоих, но она могла сесть напротив, и я счёл за хороший знак, что она разделила место рядом со мной, а не села одна.
— Как проходят занятия?
Нам нужно было поговорить, но мы каким-то образом сняли напряжение, и я хотел пока насладиться этим.
— Хорошо, — ответила она, откусывая большой кусок вафли. Мне пришлось побороть желание наклониться вперёд, чтобы слизнуть сироп с уголка её губ. Затем я бы провёл губами по её шее, по обнажённому плечу.
У этой девушки был целый запас свитеров оверсайз. Не то чтобы я винил её, она выглядела в них великолепно.
— Хотя на одном занятии был один тест, — сказала она, привлекая моё внимание. — Он был несправедливо жесток. Учитель — полный мудак, раз так усложнил тест.
— Я помню подобные тесты. Они всегда сбивали меня с толку.
— Правда ведь? Я имею в виду, кто, чёрт возьми, ожидает, что мы будем знать каждое созвездие?
Я чуть не подавился своим кусочком вафли, когда понял, что она говорит обо мне. Потрясённо подняв глаза, я был встречен сияющими глазами и губами, сжатыми вместе, чтобы удержаться от улыбки.
— Ха-ха-ха. А ты забавная, — невозмутимо произнёс я после того, как мне удалось проглотить еду. — Какое из них сбило тебя с толку больше всего? Большая медведица или маленькая?
— Определённо маленькая, — ответила Оклин совершенно серьёзно. — Насколько маленькая? Очень маленькая? Или она в реальности большая и просто называется маленькой. Как Маленький Джон (прим. — прозвище рослого и сильного соратника и ближайшего друга Робина Гуда)?
— А это хороший вопрос. Тебе стоит изучать физику и исследовать его. Уверен, что никто ещё не делал такого открытия.
Она откинула голову назад и рассмеялась, высасывая воздух прямо из моих лёгких. Чёрт, она была прекрасна.
— Я скучаю по обедам с тобой. Моё отношение к рабочим программам изменилось за эти последние две недели.
— Моё тоже. Твоё чувство юмора определённо помогает мне пережить вторую половину дня.