Свадебный переполох (СИ)

Один. Наконец-то! Каменные боги и герои — не в счет. Они не задают жадных вопросов, не высматривают реакцию на смерть отца. Даже отравить не пытаются…
Восьмой день. Значит, Ральф Тенмар умер в ночь с седьмого на восьмой. Огненная колесница, пылающий всадник, алые сполохи на невозможно синем небе Сантэи…
Отец, с какими силами ты связался? И… что в ту ночь отдал сыну?
Вино в том графине было самого обычного цвета. И запаха.
  
Глава 11
 
Глава одиннадцатая.
Эвитан, Лютена.
1
Алан растерян — и это забавно. Бертольд Ревинтер даже решил успокоить чересчур услужливого мальчишку. В конце концов, не стоит зря обижать преданного человека. И верного друга Джерри.
— Вашей даме сердца просто только что сообщили о смерти ее дорогого дяди и покровителя. Отныне прелестная Ирэн — опечалена горем, безмерно одинока и свободна. И вы, Алан, можете смело просить ее руки…
Ревинтер едва не расхохотался. Как вытянулось лицо бедного Эдингема! Кажется, кое-кто теперь опечален куда сильнее миловидной дурочки Ирэн.
— Это приказ? — парень из последних сил старается спрашивать спокойно. Молодец.
И чего испугался? Жениться на дуре? За ней наверняка дадут неплохое приданое. За единственной-то дочерью барона — отнюдь не самого бедного в Тенмаре.
И чем это пугает полунищего нетитулованного дворянина, скажите на милость? Личное баронство или графство выслуживают единицы. А без этого никто графиню в жены не отдаст — можно даже не мечтать.
И потом: дура-жена — это очень хорошо. Плохо — умная, властолюбивая стерва. Жаль, в юности этого никто не понимает…
— Да нет, Алан, — мягко улыбнулся министр финансов еле живому от ужаса мальчишке. — Это — совет.
— Я должен на ней жениться?.. — басовитый голос не дрожит. Всё еще.
— Не сразу. Ты должен продолжить за ней ухаживать. Подольше. Девушка сейчас — одинока и растеряна. А тенмарские родственники вряд ли окажут ей поддержку.
Разве что гроб помогут нести. Заколотив в него и Ирэн. Или попытаются спихнуть девчонку замуж за кузена Констанса.
— Я имею в виду ее дядей. Им будет некогда. Грызня друг с другом за титул займет всё их время.
И если не совсем кретины, то сначала объединятся против Эрика. Впрочем, если полупринц вернется победителем Аравинта — сам будет всерьез рассчитывать на Тенмар. А победителем Эрик вернется.
Значит, нужно сделать так, чтобы зарвавшийся незаконный брат короля не получил ничего. Анри Тенмару герцогом не бывать — хватит с Эвитана одного Арно Ильдани. Но и принц, захапавший столь жирный кусок земли, нужен еще меньше.
Значит, придется выбирать одного из бастардов старого волчары. Желательно — поглупей и полизоблюдистей. Но тут уж как получится. В крайнем случае — любой сойдет. Всё не Эрик.
— Но…
Как же Алану не нравится Ирэн — это даже забавно! Поженить их, что ли, в самом деле? Потом когда-нибудь?
— Герцог умер. Зачем продолжать слежку за девушкой? Ведь на других родственников она влияния не имеет…
Умолк. Сообразил, что перегнул палку. Точнее — целую дубину. Стоеросовую.
Ладно хоть заметил. Молодец. На первый раз — будем великодушны и не заметим. Эдингем — нужен. Да и Роджера огорчать незачем.
— Девушка будет рассказывать вам, Алан, обо всём, что происходит в окружении принцессы Алисы. Особенно — о письмах, что получает принцесса от супруга. И о реакции на них кое-кого из придворных дам. А уж когда вернется принц Эрик Ормхеймский — Ирэн станет незаменимой. Девушка, как я понял, любопытна как сорока и весьма болтлива.
Незаменимой она станет точно. Эрик любит ярких брюнеток. Ирэн Вегрэ — глупа. И без ума от тряпок-сонетов-романов. Но всё же соображает, что влиятельным покровителям не отказывают. Иначе не оказалась бы в холодной постели старика.
Здесь вопрос лишь во времени. Как быстро королевский бастард заметит в своем цветнике новую хорошенькую розу и ринется на штурм? И хватит ли у девицы ума, чтобы поупираться для вида? Понабивать цену.
Хватит — раз вила веревки из железного прежде старика.
  
А Эрик — неумен и болтлив. Тоже — к счастью. Но Алану так много знать пока рановато. Не столь он еще циничен, как прикидывается. Не только ради «настоящей службы» он от Гуго ушел. Вот лет через пять — если дела пойдут как сейчас…
— Монсеньор Ревинтер… — явно набирается храбрости. Сейчас выдаст! — А может… вы меня замените? Я… не справляюсь с заданием. Тогда я быстрее нашел бы покушавшихся на принца Гуго Амерзэна…
Кто бы ни покушался — виноват будет Эрик. Или Всеслав. По обстоятельствам.
— Алан, девица Вегрэ проявила интерес именно к вам. Сами-то подумайте, на кого я вас при таком раскладе «заменю»?
Простолюдина к баронессе не подошлешь. И потом — подобная «замена» проводится грамотно и осторожно. На такие маневры сейчас просто нет времени. Вокруг девицы крутится подсыл Мальзери. А значит — Алана нельзя выводить из игры ни под каким предлогом.
Эдингем вздохнул еще тяжелее. Ничего, сейчас мужественно стиснет зубы — и пойдет выполнять свой долг.
Лучше бы девице действительно приглянулся кто поопытнее. Но в Тенмар Ревинтер посылал именно Алана. А более проницательный шпион в логово старого дракона проникнуть не смог. Да и легенда у него была на прислугу, а не на баронесс рассчитана.
Кто же знал, что девица вообще понадобится? Мало ли было у старика за эти годы юных любовниц?
— Монсеньор Ревинтер, вы упомянули, что нужно следить за некими фрейлинами.
Вспомнил. Умница. Лучше поздно, чем никогда.
— Да. Разумеется, в окружении принцессы Алисы Ормхеймской есть чужие шпионки.
— Чьи?
— Графа Мальзери — точно.
Становится всё веселее. Нужно почаще приглашать Алана на дружескую беседу.
— Ну и еще чьи-нибудь — обязательно.
— А… — осекся.
— Алан, я не давал бы вам приказа проводить время с неумной и неинтересной девицей, если б мне удалось внедрить в окружение Алисы хоть одного человека. Поэтому вся надежда на вас.
Шпионы у Ревинтера есть в штабе Эрика. Аж три штуки с половиной. А вот Алиса министра финансов до последнего времени не интересовала. И, как оказалось — зря. Одна очень милая дама в окружение Ормхеймской принцессы всё же внедрена была — на всякий случай. И именно от нее Ревинтер узнал очень интригующие сведения.
Увы — даме попалось полотенце, зараженное оспой. Сейчас она в своем загородном имении. Не смеет никому показаться на глаза. Зато по слухам — доволен по уши супруг бывшей ветреной красотки. В кои-то веки исчезли все основания для ревности.
— Кстати, Алан, как продвигается упомянутое вами расследование? И чего вы всё стоите? Садитесь. Может, вина?
— Благодарю, монсеньор. Нет, монсеньор, — отчеканил Эдингем.
Что означает: сесть — согласен, выпить — нет. Служака. Недалекий, но верный.
— Закончить расследование пока не удается. Но все следы ведут к солдатам маршала Словеонского.
Так и не простил лиарского унижения. И не надо. Ревинтер тоже не простил. Но осадить Эрика сейчас важнее.
— Подумайте, Алан. Возможно, здесь все-таки замешаны ормхеймцы?
— Возможно, монсеньор. Землю буду рыть — найду! — пылко пообещал юноша.
— Ладно, Алан, сейчас вы свободны. Отдыхайте. И не слишком напивайтесь в компании Риккардо.
Вздрогнул.
— Нет, Алан, за вами никто не следил. Но вас видели в половине кабаков Лютены. Осторожнее, Алан, — дружески улыбнулся Ревинтер. — Южане спиваются медленнее нас, северян.
2
Алан, конечно, честен и предан. До определенного предела — как все. Но предел Эдингема достаточно далек, чтобы кое в чём ему доверять.
И всё же Ревинтер вздохнул с облегчением, оставшись один.
Обед он приказал подать в серебристый кабинет. Нужно привести в порядок мысли. И просмотреть свежие письма.
Бертольд сам разрабатывал многочисленные предосторожности вскрытия «футляров для драгоценностей». Внезапно выстреливающие ядовитые иглы. Хитрые отравленные заусеницы. Исчезающие в уксусе чернила.