Измена. Жизнь после развода (СИ)

Горячий вздох полоснул по коже. Иданне хотелось выкрикнуть глупость и попросить остановиться, но голос, хвала Богу, сломался и потух. Ноги стояли на ширине плеч, и так хотелось свести их вместе, что ведьма уже была готова сделать это, как левая ладонь легла ей под колено.
— Не сопротивляйся, — практически прошипел Гюнтер Калле. — Позволь мне…
Нижнее бельё стремительно скрутилось в тонкую полоску, когда проворные пальцы потянули его вниз по бёдрам, и теперь ткань беспомощно висела на щиколотках.
Подушечка большого пальца мужчины опустилась на пульсирующую и влажную точку. И это напрочь сбило дыхание и мысли в кучу. Раскалённые следы и отпечатки испарялись, чтобы Гюнтер мог оставить новые, пока выжигал на плоти ровные круги.
Смелость завладела всем её существом, и Иданна запустила пальцы ему в волосы и сжала у корней. Он вскинул голову и любопытно уставился на неё, пока её глаза исследовали его. В этот момент не было ничего, что стоило бы внимания или размышлений, но в этом и состояла важность. В этот момент не существовало порицания или смущения. Лишь пламя и бешеная жажда.
— Так ты позволишь? — спросил у Иданны Гюнтер сиплым голосом.
  
Глава 9. Ты не против, если я их порву?
 
— Так ты позволишь? — спросил у Иданны Гюнтер сиплым голосом.
В ответ Ведьма нашла в себе силы лишь слабо кивнуть.
Он прижался щекой к её бедру и на мгновение застыл, чтобы в следующий миг накрыть влажным поцелуем клитор. Женский стон наполнил небольшую туалетную кабинку. А хлёсткие, выверенные движения языком меж ног Иданны вторили её быстрому дыханию.
Покоившаяся в его волосах рука пришла в движение, и ведьма непроизвольно принялась направлять голову Гюнтера туда, где ей и было самое место в эту секунду. Она ощущала его улыбку и обдавший её горячую плоть смешок. До боли изогнувшись и вжавшись в стену макушкой, Иданна закусила губу, а следом поднесла ко рту костяшку указательного пальца. Она впилась зубами до дурманящей боли, но ощущения, что растекались по венам и брали начало из сердцевины, перебивали её.
Ещё пара движений, и Гюнтер коснулся пальцами пульсирующего клитора, а затем погрузил два внутрь, продолжая рисовать узоры своим языком.
Хлюпающие звуки затопили пространство. Похоть теперь восседала на троне и управляла процессом. А Иданна позволила себе рассыпаться и стать марионеткой.
Замирая от дыхания и подступающей мелкой дрожи, она ухватилась за волосы сильнее, прижимая губы Гюнтера поближе. Ведьма смутно ощущала, как он стал замедляться. И позже, спустя пару драгоценных секунд, поняла, что мужчина остановился. Всеми силами удерживая себя от желания попросить продолжить, она шумно сглотнула и разочарованно выдохнула.
По бёдрам стекала влага — её и его слюни — и впитывалась в кружево.
А пальцы Гюнтера покоились на её коже в запретной близости к пульсирующему, но не получившему разрядку центру.
И это было всё?
Те ощущения, вообще способен испытывать человеческий организм?
— Лицом ко мне или грудью к стене? — без лишней робости спросил Гюнтер Калле, поднимаясь на ноги и теперь возвышаясь над изумлённой Иданной.
— Что?
Мужчина-маг рассмеялся, утирая губы рукавом рубашки.
— Как ты любишь больше: стоя лицом к партнёру или вжимаясь грудью в стену?
Ох.
— Если… мы будем лицом друг к другу, то… — излишне робко начала Иданна, но тут же собралась: — Если мы будем лицом друг к другу, ты захочешь меня поцеловать?
«О Боги, я сейчас продемонстрировала истинную глупость. Это был очень-очень глупый вопрос с моей стороны».
— Только если попросишь, — легонько проведя пальцами по её щеке, Гюнтер Калле закрутил тёмный локон вокруг влажной фаланги. — Так что же?
— Лицом к… стене, — выпалила Иданна и свела свои ноги вместе.
Мужчина кивнул, ухмыляясь. Его губы блестели от влаги, а глаза — от предвкушения. Он отпустил её кудряшку и обхватил подбородок, приподнимая голову ведьмы и вынуждая её уставиться на него.
— Очень жаль. Я хотел бы видеть твоё личико ведьмочка.
 
Рука Гюнтера легла ей на плечо и несильно надавила, призывая развернуться. И, возможно, Иданна всё же ошиблась в своём выборе — ей тоже хотелось видеть его лицо, его тело, его напрягающиеся мышцы и ловить сознанием шипящие звуки, которые будут срываться с губ мага.
Оказавшись лицом в стене, в швах которой точно засел надолго запах Иданна, она распрямила плечи и упёрлась ладонями в поверхность. Ногтями проведя по плитке, ведьма старалась отвлечься от шороха одежды за спиной и звука звякнувшей пряжки ремня. Но лукавить и увиливать от собственных ощущений не осталось возможности, когда рука Гюнтера Калле легла ей на поясницу и платье оказалась лишь жалким клочком ткани.
— Отойди подальше от стены, так будет удобнее, — низким голосом проговорил он, смакуя каждое своё слово.
Иданна отступила назад от стены и шагнула ближе к нему. Упёрлась бёдрами ему в пах, ощущая сильный жар от вставшей плоти. И тихо проглотила вздох, когда мужские пальцы коснулись её вновь и скользнули вверх и вниз по складкам, чтобы спустя секунду протолкнуться внутрь.
Ногти ведьмы царапнули поверхность стены вновь, но в этот раз скрежет был хорошо слышен.
— Раздвинь ноги чуть шире. — Шаг и два — насколько позволяло стянутое к щиколоткам бельё. — Умница, — погладил Гюнтер набухший клитор пальцами, которые недавно были погружены в неё. — А теперь немного прогнись в пояснице, чтобы я… — Не дослушав, Иданна опередила его и встала удобнее. — Умница, — повторил мужчина.
И вот это «умница» прошлось по телу ведьмы особенным приливом страсти и осушило её горло, стирая в нём стоны в труху.
Проведя головкой по влаге, сочившейся из Иданны , Гюнтер направил свой член в неё и надавил. Лёгкие расширились до критического максимума, когда давление стало плотнее и реальнее; когда длина входила в ведьму плавно, а потом сокрушительно резко; когда шлепок образовал звуковой вакуум и зазвенел в воздухе.
А затем ещё один — и следом немедля повторился.
Гюнтер ногтями вжимался в плоть и поглаживал её бёдра в моменты, когда мог до них дотянуться. Его пальцы пробежались по тонкому кружеву чулок, то и дело подцепляя его.
— Ты не против, если я их порву? — шепнул он Иданне на ухо, замедлив темп, который никак не мог стать бешеным. — Обещаю, куплю новые.
Не получив ответа, Гюнтер Калле сильнее и глубже вошёл в неё, прижав грудью к стене. Холод облизал скрытые за слоем одежды соски и кожу, а щека столкнулась с плиткой. И открой Иданна рот, чтобы ответить, всё равно бы не смогла издать ни звука.
— Рви, — произнесла она сквозь силу отдельно каждый звук.
И следом уловила громкий треск — кружево, которое перетягивало её правое бедро, больше не сжимало его.
Позади раздался сдавленный рык, и шлепки участились, как и дыхание у её уха и шеи. Иданне Трюггвир хотелось завыть — жалобно и отчаянно, когда движения породили хаос в мыслях и чувствах. Ощущая впивающиеся в её ягодицы пальцы и дыхание дракона у щеки, она вдавила ладони в стену, ища опоры, чтобы Гюнтер увеличил амплитуду.
Содрогнувшись в первый раз в поисках убежища от первой волны накрывшего оргазма, Иданна Трюггвир практически пискнула. А ладонь, опустившая вслед за этим сдавленным звуком ей на заднюю часть шеи, едва ощутимо сжалась.
Ей нравилось.
Вот что ей нравилось. И от осознания этого факта ведьме было одновременно жутко и катастрофически приятно. Парадоксально.
Дрожь усиливалась, превращая всё вокруг в искрящийся от различных ярких цветов мир.
А Гюнтер Калле продолжал вбиваться в неё, пронзать удовольствием и распахивать ворота в неизведанные ощущения, в мир грёз и желаний.
— Поцелуй, — шептала Иданна, падая в настигающее её беспамятство. — Поцелуй меня, — бросила через плечо, словно голодному псу, который и рад такой добыче.
Гюнтер Калле обхватил рукой её лицо и, шагнув между раздвинутых ног, грубее впечатал в стену Иданну, отчего она практически выпрямилась и теперь полностью прижималась к плитке. Он насколько возможно развернул её лицо к себе и окинул ведьму взглядом.