Остров неопытных лириков

— И что теперь делать?
— Ехать в гости к физику? — осторожно спросил Витька. — Хороший же был план вроде?
— Да уже, видимо, придётся! — язвительно сказала Инка.
И вытащив сотовый телефон, набрала короткий номер заказа такси Uber.
— А это ещё зачем? Тут же недалеко? — возмутился бережливый Витька.
— У меня запас сил совсем крохотный, — вздохнула Инка. — Давай не будем его по пустякам тратить. А насчёт лишних трат ты особенно не парься. Туда я деньги с собой не возьму.
И она, удовлетворившись произведённым впечатлением, вышла из комнаты с гордо задранной головой. Торопилась Инка для того, чтобы друзья не заметили хлынувших слёз. Но об этом так никто и не узнал.
Таксист, непривычно молчаливый из-за возраста пассажиров, немного поколесив по району, довёз их прямо до подъезда самой обычной московской свечки. Выйдя из такси и расплатившись, друзья поднялись на лифте на девятый этаж. И в замешательстве замерли перед самой обычной дверью самой обычной квартиры.
— Ну? — возмутилась Инка. — Мы и тут будем полчаса тупить?
— Да подожди ты! — хором возмутились парни. — Давай обсудим, что мы ему говорить будем!
Но неугомонная Инка начала барабанить по дверям кулачками — звонка у знаменитого изобретателя почему-то не было.
— Да сколько можно стучать! — донёсся из-за дверей недовольный рык. — Я уже полчаса как перестал сверлить!
И двери с шумом распахнулись, явив друзьям недовольный лик Алексея Скоробогатова. Он настолько не соответствовал сложившимся у друзей представлениям, что они, не сговариваясь, отступили на пару шагов назад. И было от чего: стоящий перед ними мрачный небритый мужчина с внушительными бицепсами, одетый в обвислые на коленях треники и майку-алкоголичку, был скорее похож на пожилого магазинного охранника, чем на учёного.
— Я вас не знаю, — мрачно сказал он, оглядев исподлобья школьников. — Просто идите мимо.
— Это вы знаменитый физик Скоробогатов? — звонко спросила Инка, делая шаг навстречу и приветственно протягивая ладонь.
— Фамилию угадали верно, — скрестил руки на груди мужчина, — и на этом шоу закончено. В переписях и опросах не участвую, милостыню и макулатуру не подаю.
— А автографы раздаёте? — лучезарно улыбнулась Инка, встряхнув пламенем волос. — А то я давно мечтаю получить автограф изобретателя телепорта.
— Откуда вы знаете про телепортатор? — удивлённо вытаращился на них физик. — Я же никому про него не рассказывал!
— Мы много чего знаем! — выпалил стоящий за спиной Инки Генка. — И вам расскажем. Если в квартиру нас пустите!
— И чаем с плюшками угостите! — пискнул Витька, почувствовав тянущийся из приоткрытой двери аромат домашней сдобы.
— Да, действительно, — пробормотал физик, освобождая проход, — это не для подъезда разговор.
Квартира знаменитого физика, в прихожей которой друзья оказались, даже на первый взгляд выглядела как квартира известного изобретателя. В том плане, что была одновременно похожа и на музей и на мастерскую: на пахнущем полиролью блестящем паркетном полу стояла допотопная, ещё советских времён пошарпанная мебельная стенка, изрядно дисгармонирующая с разложенными на её полках ультрасовременными приборами — мультиметрами, осциллографами, электронными микрометрами и множеством других, незнакомых Витьке штуковин.
Ещё больше приборов и инструментов было аккуратно разложено на внушительных размеров верстаке, в центре которого мигало огоньками сложное электромеханическое устройство неизвестного назначения.
— Это я так, разной ерундой балуюсь, — неожиданно смущённо пробормотал физик, закрывая верстак чехлом из белой фильтрующей ткани. — Разные штуки из фантастических фильмов на заказ собираю.
Но друзья смотрели не на верстак — всё их внимание было приковано к кухне, где над газовой плитой, попыхивая паром и источая умопомрачительные ароматы, возвышалась странная конструкция из металлических цилиндров, клапанов, прозрачных трубок и обычной чугунной сковородки.
 
Прямо на глазах опешивших школьников устройство заскрежетало, затряслось, чавкнуло и выплюнуло на тарелочку восхитительную оладушку — жёлтенькую, аккуратненькую, в меру поджаристую… прямо хоть под колпак в Депо Образцовых Мер и Весов клади.
— Ух ты, прям настоящая машина Голдберга! — воскликнула Инка.
— Ну, прямо один в один! — поддакнул ей Витька, спросив вполголоса: — А это вообще что?
— Машина Голдберга — это нелепая штука, собранная из непредназначенных для этого устройств: ножа, ужа, ружья и мотопилы. При этом нож с ужом — тут опциональные факторы, а нелепость — главный.
— Тогда совсем непохоже, — сказал Витька, — потому что это не нелепое, а гениальное изобретение! Моя мама кушать оладушки очень любит, а стряпать — не очень. Она обязательно себе такую машину купит! Ну, если, конечно, денег найдёт…
— Ерунда эта машина, — вздохнул физик, — фигня на постном масле. Всё потому, что её, после того как оладушек напечёт, нужно битый час от теста отмывать. Да и регулировать её сложно — вон, смотрите, сколько она продуктов перепортила, пока настраивалась. — Он махнул рукой в сторону мусорного ведра, до половины заполненного подгоревшими и недопечёнными оладушками. — И такое у меня всё, — с горечью добавил он, полив оладушку кленовым сиропом и немедленно отправив её в рот.
— А вот и не всё, — сказала Инка, садясь на кухонную табуретку. — В другой, параллельной реальности вы миллиардер и учёный с мировым именем. Витька, рассказывай!
Алексей, — так попросил называть себя физик — вопреки ожиданиям, отнёсся к их рассказу совершенно обыденно. То есть он, конечно, удивлялся и задавал массу вопросов насчёт принципов работы трансформатора и деталей реальности отменённого трайбализма, но было видно, что он ничуть не сомневается в правдивости их истории.
— Мне не впервой сталкиваться с явлениями, выходящими за рамки привычной картины мира, — объяснил Алексей. — Хотя концепция вашего прибора, конечно, сильно выбивается за рамки всего, что можно считать нормальным.
— Мы сами удивились, — развёл руками Витька, — когда в первый раз его включили, а он заработал.
— Я правильно понял, внешне прибор был похож на радиоприёмник? А какие на нём были использованы клавиши? Электрические или механические?
— Механические, — сказал Витька, — они сами назад выщёлкивались. Как на старинном мамином плеере. Но в нём были и электронные компоненты — например, маленький экранчик.
— Маленький экранчик? — заинтересовался Алексей. — А какой именно маленький экранчик?
— Ну, такой, — Витька пожал плечами, — прямоугольный. Как экран у сотового телефона. Только не такой вытянутый, а почти квадратный. Прямо как маленький монитор. Ну и качество изображения так себе.
— А вы что, знаете что-то про такой экран? — спросила Инка, заметив, как у Алексея от волнения изменился голос.
— Да нет, ерунда, — как-то неубедительно отмахнулся он. — Эти экранчики много кто использует. Лучше расскажите мне про второй прибор.
— Какой второй прибор? — удивился Витька. —Трансформатор же один был.
— Если я правильно понял, то вот этот вот молодой человек, — Алексей указал на Генку, — встретил неких контролёров реальности. И у них была с собой машина времени. Ты её видел? Какая она была?
— Такая, в форме шара размером с боксёрскую перчатку. Из неё выдвигались стержни, при помощи которых ею можно управлять. И ещё она тикала, как будильник.
— Совершенно ничего общего, — облегчённо вздохнул Алексей, — принципиально другая конструкция…
— То есть у вас есть с чем сравнивать? — перебила его Инка. — Вы уже видели машину времени?
— Ну как видел… — виновато сказал физик. — Сделал. Только она не работает. И концепция вроде как правильная, и собрана нормально. Но вот чего-то ей не хватает…
Рассказывая, Алексей подошёл к мебельной стенке, раскрыл дверцы одного из ящиков и испуганно отшатнулся, чуть не споткнувшись об идущую за ним по пятам Инку. И было от чего: заглянувший внутрь Витька поначалу даже решил, что в шкафу началась дискотека — одно из стоящих на полке устройств вращалось, сияя как новогодняя гирлянда и издавая лёгкое, на грани слышимости жужжание, которое друзья слышали уже несколько минут.