Моя любимая мачеха, или Она не твоя (СИ)

— Слышал? — Взгляд отца потемнел от гнева. — Уходи. Моей жене вредно волноваться.
— Ей вредно быть твоей женой, — заупрямился я и посмотрел на женщину: — Мила, я обещаю, что позабочусь о тебе и нашем ребёнке…
— Да чтоб тебя! — надвинулся на меня отец.
Я успел уклониться от удара и, замахнувшись, был готов врезать, как услышал:
— Баграт…
Мила покачнулась и схватилась за живот. Мы, сталкиваясь, бросились к ней, но отец первым подхватил побледневшую женщину на руки и коротко кивнул:
— Дверь открой.
Я подчинился и побежал за ними. Игнорируя любопытные взгляды работников, вызвал лифт и, спустившись, запрыгнул в служебную машину на переднее сиденье:
— В больницу! — Оглянулся на Милену, глаза которой были закрыты, и выдохнул, обращаясь к отцу: — И не пытайся от меня избавиться.
Когда мы подъехали, Мила пришла в себя и пыталась настоять, что с ней всё в порядке, но мы единодушно заявили, что нужно показаться врачу. Против нас двоих молодой женщине противопоставить было нечего, и вот мы уже меряем с отцом пустынный коридор нервными шагами.
— Если с ней что-то случится, — услышал я угрозу, — не прощу.
— Могу сказать то же самое, — парировал я. — Отступи ты, ничего бы не было.
Отец остановился и полоснул меня яростный взглядом. Собирался что-то ответить, но вышла врач.
— Ей сейчас делают УЗИ, — с улыбкой пояснила она, когда мы с беспокойством шагнули ближе. — Всё в порядке, не волнуйтесь. — Она смотрела на меня: — У вашей жены низкое давление, ей нужно больше спать, не переутомляться и не нервничать.
— Муж я, — ревниво вклинился отец.
— Простите, — смутилась женщина и перевела взгляд. — Я прописала успокоительное, которое разрешено принимать женщинам на ранних сроках беременности и витамины.
Она протянула ему лист, но я вырвал:
— Я отец ребёнка.
Женщина покраснела и, стушевавшись, быстро ретировалась.
— Это не доказано, — процедил папа.
— Тест ДНК подтвердит, — хмуро буркнул я.
— Да что ты? — нервно хохотнул он и помрачнел.
Нависло тяжёлое давящее молчание. Минуты тянулись, как часы, мне будто медленно вытягивали жилы. Я буравил закрытую дверь взглядом, мечтая о том моменте, когда Мила улыбнётся мне и позволит забрать себя.
К нам вышла врач-узист.
— Папаша кто? — оптимистично спросила она.
— Я! — выступили мы вместе.
— Кхм, — кашлянула она и уже нам обоим заявила: — Тогда я отдам результаты будущей мамочке.
И ретировалась, оставив нас ни с чем. Но через пару минут вышла Мила. Лицо её светилось от счастья, глаза мерцали, на щеках виднелись мокрые дорожки. Мы оба раскрыли объятия, чтобы утешить нашу женщину, но она бросилась к одному.
— Баграт, — уткнулась Мила ему в грудь. И радостно выдохнула: — Три недели, любимый. Малышу три недели!
У меня сердце ухнуло в желудок.
Три недели.
Это не мой ребёнок.
Минуту стоял в звенящей от шока тишине. Потом всё же нашёл в себе силы проскрипеть:
— Поздравляю.
И быстро вышел. Зазвонил телефон:
— Мать твою, Ромка! — орал Яромир. — Если не приедешь сейчас же, заказчика мы потеряем!
— Через пятнадцать минут буду, — жёстко ответил я и отключился.
Ненавижу в себе этот тон. Слишком похоже на отца. Сидя в такси, вспоминал лицо Милы. Такая счастливая…
Я крутил в пальцах телефон. Похоже, у меня будет брат. Или сестра. И женщина, которая будет любить этого малыша и никогда его не покинет. Пальцы словно сами набрали номер.
— Мам? Как ты? Да просто соскучился.
  
Эпилог. Рома
 
5 лет спустя
— Нет, пап, — сухо возразил я и захлопнул папку. — Максимальная скидка семь процентов. Это всё, что я могу предложить. И то только потому, что сегодня у Мишки день рождения!
— То есть ты даришь брату скидку? — хохотнул он.
— Скидку я дарю тебе, — покачал я головой. — А Мишку ждёт другой подарок. Ну всё, до вечера. Мне ещё надо посетить объект и заглянуть на деловой ужин.
— Но дома будешь вовремя? — заволновался отец. — Милена будет переживать.
 
— Не волнуйся, — хмыкнул я. — Опоздаю не сильнее тебя.
— Язва, — беззлобно буркнул отец.
— Вы так похожи, — улыбнулась Лида. Она положила на стол договор: — Готово. Подпишите.
Я поставил подпись и, поднявшись, протянул отцу раскрытую ладонь.
— Добро пожаловать в партнёры.
— Не прошло и пяти лет, — рассмеялся он.
— Прошло, — напомнил я. — Мишке пять.
— Подловил, — хмыкнул он.
Я вышел из офиса отца и, заходя в лифт, ответил на звонок:
— Алла?
— Босс, — деловым тоном начала она, — у нас проблемы.
— Тогда звони в Хьюстон, — хихикнул я.
— О, — обрела она дар речи, — у тебя хорошее настроение. Уже мысленно на дне рождения братика? Работать не хочется?
— Угу, — Я вышел из лифта и направился к новенькому автомобилю. — Вся работа ложится на хрупкие плечи моего заместителя. Не сломаются?
— Не дождётесь, — фыркнула она. — Но и тебя не отпущу, пока не найдём решение.
— Рассказывай, — усаживаясь в кресло водителя, вздохнул я. — Я еду на объект, потом загляну в офис…
Пока решали, как поступить с поставщиком, который попытался всучить некачественный материал, я уже добрался до объекта. Хорошо, что у Аллы нюх на мошенников, иначе мы бы попали на крупную сумму, не говоря о заваленном объекте.
— Чего приехал? — встретив меня, недовольно спросил Яромир. — Я же сказал, что справлюсь. Нет, тебе нужно всё контролировать… А ещё на отца своего ворчишь. Сам хуже во сто крат! Наверняка ещё и на ужин поедешь.
— Конечно, — кивнул я и примирительно улыбнулся: — Должен же я проследить, чтобы твою жену не обижали?
— Её даже мой отец не сумел обидеть, — рассмеялся тот. — Ну ты помнишь эту битву?
— Забудешь такое, — невольно улыбнулся я, воскрешая в памяти совершенно потрясающие переговоры. Юна тогда разнесла в пух и прах проект фирмы, где гендиректором был отец Яромира, и мы выдрали с мясом тендер. С этого момента и начался взлёт «Солнечной стороны». Теперь моя фирма стала почти равной бизнесу моего отца. — Но всё равно проконтролировать не лишнее…
— Я же говорил! — закатил он глаза. — Вылитый папочка.
Как бы друг не ёрничал, я не успокоился, пока не убедился, что всё идёт по плану, и объект вскоре можно будет сдавать без опаски, что его завернут. На ужине тоже всё было под контролем Юны, — неожиданно девушка проявила талант находить отличных клиентов и договариваться с ними о таких условиях, каких не удавалось добиться ни мне, ни Яромиру. Друг же был незаменим «на земле», умудряясь воплощать мои проекты в жизнь. И только Алла могла добыть материалы самого лучшего качества по минимальной цене.
Мне же оставалось лишь контролировать процесс и выдавать новые идеи. Сегодня я хочу показать одну из них Милене. Я всегда советуюсь с мачехой и прислушиваюсь к ее замечаниям.
— Гениально! — как всегда восхитилась Мила, и у меня за спиной словно выросли крылья. — Вот только я бы поправила вот тут… И тут не стала бы делать жёсткий переход.
Пока мы обсуждали проект, по лестнице спустился мальчуган и с разбегу прыгнул мне на колени:
— Ромка! — Посмотрел на меня небесными глазами (совсем как у мамы) и спросил в придыханием: — Ты принес подарок?
— Нет, — я помедлил, насмешливо следя за огорчением брата. — Я его привёз! Не тащить это эту тяжесть на себе?
— Он большой? — тут же оживился мальчуган.
— Огромный, — шепнул я.
— Покажи! — потребовал он.
— Я дома! — вошёл отец и, заметив нас троих на диване, недовольно покачал головой: — Ром, сегодня не грузил бы Милу своими идеями.
— Я всё ещё надеюсь заполучить эту прекрасную женщину, — подмигнул я мачехе. И, насладившись помрачневшей физиономией отца, весело добавил: — Архитектором в мою фирму.
 
— Она скоро свою создаст, — проворчал папа.
— Ты задержался, — Мила поднялась и обняла мужа. — Всё в порядке?