Как-то раз Маргаритка (ЛП)

— А как насчет… я имею в виду, вы думали о детях?
Она серьезно оглядела его и медленно ответила:
— Да. И хотя все говорят, что они доставляют хлопот, что они грязнули и надоеды, я все равно их хочу. Я тоже могу доставлять хлопот и быть грязнулей и надоедой, поэтому знаю в этом толк.
«И я тоже!» — хотелось добавить Кристиану.
— Мне нравится больше всего, что они такие доверчивые и ни о ком не судят. — Кристиан, выражая сомнение, хмыкнул. — Что?
— Наверно, не соглашусь с вами. Я очень даже судил, когда был маленький. — По крайней мере, до того, как пришел жить к Эдрику, вспомнил он. После этого ему стало почти все нравиться.
— Ну, если бы у меня был сынишка, похожий на тебя, думаю, я с ним справилась бы, — заверила Маргаритка.
Она его что, ругает? Ставит на место? Он почувствовал себя, словно его отшлепали.
— В любом случае, если я не выйду замуж, то всегда могу усыновить детей, — продолжила Маргаритка. — Кажется, люди, которые до смерти хотят избавиться от них, оставляют их на ступенях церкви или в лесу, или в корзинах на реке. Похоже, там нет недостатка в нежеланных детях.
— Но правопреемство… могут ли приемные дети унаследовать трон?
— Почему бы и нет? Это ведь будет мой ребенок, дитя мое по сердцу, а если я буду королева, он будет мой наследник. — Она махнула рукой. — Если возникнет с этим неувязка, то трон может унаследовать кто-то из детей моих сестер. У них уже их больше, чем требуется для наследования собственных королевств. Кто знает, вдруг мой ребенок все-таки подойдет, чтобы править? Не все ведь подходят.
— Конечно подойдет, — решительно заявил Кристиан. — Если вы будете его мамой, то у него будет правильное воспитание.
Маргаритка нагнулась, чтобы поднять книгу, но на полпути замерла и посмотрела на него. По-настоящему посмотрела.
— Странные вещи ты говоришь, — сказала она. — Моя мама не верит, что я могу что-то делать правильно. Говорит, что я слишком якшаюсь со слугами.
— Ваша мама ошибается, — глядя ей в глаза, горячо заверил Кристиан.
Ему было любопытно, когда же она решит, что он чересчур дерзок для слуги и прикажет очистить для него темницу.
Однако Маргаритка вместо того кинулась к нему и схватила за руку. И посмотрела куда-то поверх его плеча, словно сосредоточилась на чем-то внутри себя.
— Ох! — воскликнула она и отступила. А потом побежала, прихватив книгу и собачек.
Только она достигла арочного проема, ведущего внутрь дворца, как, важно ступая, вышли ее родители в окружении принца Киприана, сэра Магнуса, стаи придворных и прихлебателей. Вслед за ними слуги несли складные стулья, зонтики, коврики и подносы с едой.
— Ах, Маргаритка, — воскликнул король Суитберт. — Как мы рады, что тебя встретили. У нас наметился пикник, и мы искали тебя, чтобы ты к нам присоединилась.
— Боюсь, что не смогу, — предупредила Маргаритка. — Кажется, у меня разыгралась мигрень.
Кристиан не мог бы поклясться наверняка, но ему почудилось, что она бросила на него выразительный взгляд. Не вспомнила ли она, как и он, о Вуле и его мигренях, тех, что разыгрывались после приступов проявления излишней храбрости? Не узнала ли она, кто Кристиан такой, после того, как подержала его за руку? А если узнала, то почему так расстроилась? Да и вообще зачем хватать его за руку? Это что, обычное дело для принцесс — хватать слуг за руки?
— Немного свежего воздуха — то что надо, — заявила королева Олимпия, уводя Маргаритку от проема, однако умудряясь ее не касаться.
— Да, — равнодушно вымолвил принц Киприан. — Без вас и веселье — не веселье.
— Мне хотелось бы, чтобы вы остались, — присоединился сэр Магнус, неуклюже беря Маргаритку за руку, ту, что держала книгу, и смачно ее целуя. Все, кроме короля Суитберта, невольно отступили на шаг назад.
Кристиан удивился, увидев, что сэр Магнус не боится касаться Маргаритки. Может, у него в голове одни хвалебные мысли. А может, книга в руке Маргаритки каким-то образом повлияла на ее способность воспринимать его мысли. Или, как предположил Кристиан, Магнус был такой пустоголовый, что имел слишком мало мыслей, чтобы их читать.
 
— Мы скучали без вас сегодня за обедом, — подавив зевок, сообщил Киприан. — Без вас веселье не то.
— И в самом деле, — вторил король Суитберт. — Намного меньше… или, может, намного больше… ну, знаете как это.
Кристиан вообразил, что содержимое головы короля, должно быть, похоже на кучу хлама за кузницей.
— Эй, ты там, — позвал Кристиана один из лакеев. — Иди помоги накрыть столы.
Кристиан покорно расстелил ковры и вынес столы, расставил стулья, пока гости нетерпеливо топтались в ожидании, когда все устроят для пикника. Потом подобрал инструменты, дабы не оскорблять королевское достоинство видом честного до седьмого пота труда.
Кристиан сидел в кухне, поедая хлеб с сыром, когда с полным подносом грязной посуды вошла судомойка Мег.
— Клянусь, эти люди при дворе такие бездельники, — воскликнула она. — Только и знают, что есть да менять наряды, особенно королева. Эта дама, должно быть, носит по шесть платьев на дню. Уж конечно, они не распознают честную работу, даже если она их укусит за… — Тут она запнулась и захихикала.
— Им никогда не приходится работать, — вступил в разговор Кристиан, — поэтому они не знают, какое удовлетворение приносит успешное дело. Зато, кажется, и вреда от них никакого.
— Нет нужды переживать из-за вреда, — возразила она. — В нашем королевстве царит мир с тех пор, как я была маленькой. Король ничего не делает.
— Возможно, потому и мир в королевстве так долго, что король правит таким образом.
Мег скорчила гримаску.
— Ох, да все равно. Зато я так благодарна за новую маслобойку, что ты сделал. Теперь масло взбиваю куда быстрее.
— Рад, что вам понравилось. Я люблю изобретать всякие штуки.
Мег очутилась рядом с Кристианом, что сидел в пустой кухне и поедал сыр с хлебом, и обвила его руками.
— Это самая чудесная вещь, которую мне делали! — объявила восторженно она.
— Ну, я не делал специально, чтобы… — Не успел он договорить, как Мег поцеловала его в губы.
Да уж, здесь произошло нечто такое, чего не предусматривала книга хороших манер. Как поступить в такой ситуации? Не будет ли грубо оттолкнуть девушку? Или необходимо поцеловать в ответ?
Не успел Кристиан решить, что делать, как раздался грохот сапог по каменному полу, сопровождаемый полузадушенным ревом и безошибочным лязгом меча, выхваченного из ножен. Мег тут же отскочила от Кристиана, и они оба уставились в искаженное бешенством лицо Ролло, стражника с крепостных ворот.
— Мег! — проревел он, выпрямляясь во весь свой громадный рост. — Ты же сказала, что покончила с такими штучками?
— Это не я, — открестилась та, отпрянув от Кристиана и указывая на него: — Это он.
— Нет, я не… — резко замолк Кристиан, когда кончик меча замер в дюйме от его носа.
— О, нет, Ролло, — вскричала Мег, обхватывая, сколько могла, великана. — Он не хотел ничего дурного. Ты же знаешь, что я самая наипригожая девица в замке? Что тут поделаешь, если парни липнут ко мне, как мухи к меду?
Меч на дюйм отодвинулся.
— Стоит ли винить его? — продолжила Мег, сильнее сжав объятия и придав голосу льстивые ноты. — Это ж только доказывает твой хороший вкус, — добавила она и вскарабкалась на стул, чтобы погладить его мощные руки. — Тебе следует поберечь руку, что держит меч, для другой пользы.
Мало-помалу Ролло опустил меч, и Кристиан облегченно вздохнул. Он хотел объяснить, что произошло, но решил, что сейчас разумнее придержать язык. Неровен час, Ролло не поверит.
— Еще разок, — махая мечом перед Кристаном, предупредил Ролло, — учинишь хоть какие неприятности, и ни одна душа в замке тебя не спасет. Я ясно выразился?
Кристиан отважно уставился на великана. Ему стоило больших усилий не отвести взгляд, но надо дать понять Ролло, что он имеет дело не с трусливым слизняком.
Тут Ролло махнул мечом в сторону двери.