Мое право на любовь (СИ)

— Дуреха, ты моя. Ты же сама мужику крылья подрезаешь, проявить себя не даешь.
— Мне не нужно никаких проявлений.
— Нужно! Ты меня удивляешь! Я его, конечно, только две минуты видела, но он произвел на меня хорошее впечатление.
— Мам, он же во всем идеальный, может тебе его усыновить вместо нерадивой дочки?
— Надо было тебя пороть в детстве, честное слово, чтобы ахинею не несла.
— Жизнь меня уже выпорола.
— Не гневи Бога, Александра. Что делать собираешься? — решила сменить гнев на милость Ирина Александровна.
— Не знаю. Сейчас спать пойду, а там будь как-будет.
— Позвони ему обязательно. А то он за ночь столько себе накрутит.
— Я уже услышала все что он обо всем думает. Пойду я спать.
  
Глава 23. Андрей
 
— Саш, сегодня полгода, как мы живем вместе.
Для меня это уже немалый срок, мы успели узнать друг друга, поняли, как жить вместе. Я подружился с Даринкой, не могу сказать, что она мне прям как дочь, но мы с ней очень дружны.
— О, это, конечно, срок.
— Может тебе хватит уже Авдеевой ходить? Саш, давай узаконим наши отношения — будь моей женой? Да и родителей пора бы познакомить, а то Ирина Александровна на меня уже косо смотрит. Может на Восьмое марта соберем всех? Мамы чай попью. о нашем будущем помечтают. Дарика с племянниками побесится. У нас такая большая семья, а мы все никак вместе не соберемся. Что мы как подростки ныкаемся?
— Андрей, нам разве сейчас плохо вместе? Зачем все эти формальности?
— Я тебя не понимаю! Я не хочу быть твоим сожителем, мужем хочу быть, общую семейную фамилию носить, чтобы наши дети с тобой под одной фамилией были. Хочу, чтобы ребятишки наши в настоящей семье родились.
— Дети? Андрей, я пока не готова. Тебя не моя мама покусала? Мы с тобой на берегу договаривались, что ты на меня не давишь, ждешь сколько нужно.
— Услышь меня! Не хочу больше ждать, гадать, что будет дальше, пойми, я хочу стабильности и определенности.
— Господи, весь мир перевернулся! Теперь мужчины хотят определенности! Хорошо, дай мне срок до сегодняшнего вечера. Я должна все обдумать и подготовить почву, не думаю, что Дарина с радостью это все примет.
— Мне кажется, что ты излишне драматизируешь! Все будет хорошо!
— Ладно, я буду твоей женой, — без особого энтузиазма сказала Сашка. — Бондаренко, так Бондаренко.
— О, супер! — Я впихнул Сашку в свои объятия. — сегодня самый счастливый день. Когда родственников будем собирать?
— Может это все лишнее, — Сашке очень не хотелось какой-то шумихи вокруг происходящего. — Ты, что свадьбу хочешь: с выкупом, куклой на капоте, медведем и цыганами?
— Ну может без куклы и медведя, но, чтобы все было как у людей.
— Андрей, ты меня удивляешь! Никогда не замечала, чтобы ты обращал внимание на людей, разве тебе не все равно? Давай, давай заявление подадим, семьей соберемся, тихонечко посидим и хватит. Не хочу шумихи, тем более, у нас с тобой это не первый брак.
— Поехали сейчас заявление подадим, а то я знаю тебя: под настроение надо попасть, а то через час скажешь, что какое такое замужество.
— Поехали… — без радости прошептала Сашка. Она это сказала обреченным и безразличным голосом, ей казалось, что это огромная ошибка в ее жизни. Разве плохо им сейчас, они вместе, но никакой «дамоклов меч», в виде штампа в паспорте и тетки из ЗАГСа не висит.
В госучреждении на редкость быстро сдали документы, оплатили какие-то пошлины. Сашке казалось, что все происходящее было не с ней, а с кем-то другим, а она всего лишь безмолвный свидетель. За те полгода, которые они были вместе, она так и не привыкла быть кому-то нужной, уступать в мелочах. Все большее ее раздражало, что с мнением своего мужчины принято считаться, даже если он откровенно не прав. Однако, Ирина Александровна, была просто в восторге от будущего зятя. Внимательный, хорошо относится к Дарине, да и саму Сашку готов на руках носить.
— Бондаренко, так Бондаренко, — еле слышно, со слезами на глазах сказала она себе под нос.
 
— Что ты там все возмущаешься? Я столик на всех в «Маршале» заказал, — я просто сиял от счастья, представлял, как обрадуется мама, когда узнает, что у него, наконец, появится настоящая семья, дети.
Моя мама не была против сожительства, да и особо не лезла в наши отношения. Рада была, когда по выходным мы приезжали на час в гости. Несколько раз брали с собой Даринку, кажется, она смогла влиться в нашу шумную детскую компанию.
— А со мной посоветоваться? Или это только твой повод для радости? — в сердцах крикнула Сашка.
— Ну, прости… тебе же там всегда нравилось, Саш…
Я был сильно растерянным, не понимал, что происходит с моей любимой. не могу сказать, что все произошедшее случилось внезапно. Мы часто говорили о совместной старости. планах на будущее. Поэтому я был очень удивлен такой реакции.
— Все хорошо, прости. В “Маршале”, так в “Маршале”.
Сбор на семейные праздники — такого в нашей жизни с Сашкой еще не было. Нужно ли одеться так, чтобы наша одежда гармонировала. Или пофигу. Любимая нервно примеряла платья. Даринка тоже закопалась в нарядах. Ирина Александровна старалась нас подгонять, по ее мнению мы должны первые приехать в ресторан и встречать всех гостей. Мы решили не спорить, за час до мероприятия заехали за моей будущей тещей.
Хорошо, что рест выделил нам небольшой закрытый зал. Иначе бедные наши соседи: кучу смеха, крика, хохота. Родственники не скрывали, что очень рады за нас. Мамы быстро сдружились и уже через полчаса готовы были составлять график, по которому будущий ребенок будет отдыхать у них, когда вырастет. Никто у нас не спросил. планируем ли мы ребенка.
Сашка выглядела шикарно: длинное лиловое платье, на мне светло-серым костюм. Я был счастлив, как говорили в нашем детстве — улыбка до ушей, хоть завязочки пришей.
Два человека не выражали такой большой радости. Сашка была бледна, нервно щелкала пальцами. С другой стороны сидела вторая “Несмеяна” — моя племяшка Лизка. Она и раньше не любила все эти семейные сборища, а тут моя помолвка вроде. Для нее это не хилый удар.
Лизка у нас чем-то схожа с Ириной Александровной, обе они знатные манипуляторши, знают куда надавить, чтобы получить желаемое. Даринка, как мне кажется, старается подружится, зовет ее пошушкаться. Лизка делает пару шагов навстречу, а потом словно что-то ее останавливает.
Что с Сашкой не все ок. заметила и Ритка. Она тихонько вывела ее из-за стола.
— С тобой все хорошо? Голова не кружится, давление в норме? — Ритка у нас медик, каждую минуту собирает анамнез.
— Да, спасибо. Волнуюсь немного, подружатся ли наши мамы. Давление еще, наверное, упало, душно здесь, вот мушки перед глазами.
— А ты точно не беременная?
На этих словах Сашкино сердце просто выпало из груди. Конечно, она знала, что нет никакого ребенка, и быть не может, в тайне, от Андрея она принимает противозачаточные таблетки.
— Если это так, я буду только рада, — соврала она. — Андрей мечтает о детях, он будет замечательным папой.
— Вы отличная пара. Вам обязательно нужно родить двое, а то и трое талантливых, красивых ребятишек. Тебе надо обследование пройти. Если это беременность. то все понятно. а если нет, то мы можем проморгать начало какой-нибудь болезни. Ты так много работаешь, когда полный чек-ап проходила.
— Боюсь, что никогда.
— Значит завтра я тебя жду у нас в клинике, мы с тобой быстро и без очередей пройдем врачей, ты сдашь основные анализы.
По Сашиному лицу было видно, что она в шоке. Снова к ее в жизнь вторглись без приглашения, нарушили все границы и установили свои.
— Я завтра не могу, у меня ближайший месяц весь распланирован. Но я обязательно к тебе как-нибудь вырвусь. Обещаю.
И тут Лизка устроила прекрасное. Ей нужно было перетянуть внимание не себя. Она вклинилась в наш с Сашкой танец, потом вытолкала ее из круга. Я сделал племяннице замечание и уже знал, чем это все закончится.