Укрощение строптивых 2 (СИ)

Я посмотрела на подруг и присоединилась к нему. Видок у нас был ещё тот: волосы растрёпаны, в них торчат перья из подушек. Девчонки, посмотрев друг на друга, прыснули со смеху, в итоге коллективная смехотерапия продлилась пять минут. Первый решил прервать общее сумасшествие Алан.
— Всё, народ, в лесу посмеёмся, а то нас там адепты ждут! Мужчины, приведите своих дам в порядок, так как в таком виде их ну никак нельзя показываться другим. Мы-то свои, а вот посторонние в таком виде не должны видеть наших жён.
— Это ещё почему? — его супруга приняла самую распространённую позу разъярённых жён: руки в боки, при этом пытаясь сдуть с лица выбившийся из причёски, ну, или что там от неё осталось, локон, с третьей попытки ей это удалось.
— Дорогая, уж больно вы соблазнительно выглядите, боюсь, другие не устоят и попытаются увести вас.
— Вот-вот, бойся, — сменила она гнев на милость.
— Юль, а ты чего так кричала? — не удержался от вопроса мой зеленоглазый демон.
— Ты имеешь в виду вот так? — продемонстрировала ему боевой клич индейцев ещё раз.
— Да, именно так, — рассмеялся он.
— Ничего смешного тут нет, это боевой клич индейцев, — обиделась я на него.
— Правда? — отсмеявшись, спросил он, — серьёзное оружие в бою, противник умрёт от смеха, ведь я правильно понял, как его применяют?
— Обсмеяться можно, ну, что стоишь, приводи меня в порядок! — наехала на приколиста.
— Как скажешь, сладкая, — сделал он пас рукой, и мой внешний вид пришёл в норму, — какой же ты у меня ещё ребёнок, любимая. — чуть слышно прошептал он мне на ушко и тут же слегка прикусил его.
— Я это запомню, как только ты попросишь о… — многозначительно показала я ему глазами, что я имею в виду.
— Для этого самого ты уже выросла. — подмигнул он мне, — и ещё, ты, наверное, забыла, я же злобный демон, такие не просят, а хватают маленьких девочек и бессовестно их развращают. И, самое главное, их не волнует согласие пленницы, так что живи и бойся меня!
— Дрожу от предвкушения, — тихо засмеялась я в ответ на его сладкую угрозу. Он же посмотрел на меня, и в его глазах появились красные всполохи: возбудился демонюга, поняла я.
— Ну, пошли, стволы ждут, — открывая портал, подколол нас Вериан.
— Действительно, нехорошо стволы заставлять ждать, — ответила Рэн, заходя в портал.
На лужайке нас уже ждали ребята, они уже разбили шатры и разожгли огонь.
— Вы что так долго? Солнце уже высоко, мы что, на ночь глядя в лес пойдём? — возмутился Зер.
— Нет, сегодня мы будем заниматься только разработкой плана, как будем действовать на Играх. — пояснил ему Демиян.
Я осмотрелась, с нами были только наши друзья: Зер, Иворг, Эвард и Кирон, других участников Игр не было. Как я поняла, с нами были только те, кому наши мужчины доверяли. Мы быстро покушали и сели обсуждать наши дальнейшие действия.
— Демиян, я сегодня с прадедом занималась, и он велел вам рассказать вот что. — тут же я пересказала всё, что увидела, и то, о чём мне поведал предок, а также поделилась его планом.
— Про источник поглощающий магию нам известно, мы возле него тело Ремиса обнаружили, бедолага зря погиб, помогая сестре. — начал рассказывать Алан, — он ведь думал, что, кинув туда осколок кристалла ведьм, снимет наложенное отцом заклинание, но не учёл, что сей минерал был пустышкой, впрочем, как и остальные осколки.
— Кстати, вы куда тело Ремиса дели, и что с ним сейчас? — в лоб задал вопрос нам Вериан.
— Да что с ним станется, жив, здоров и бодр, недавно в теле красотки по академии перебежками бегал, а сейчас, возможно, его дед уже полностью восстановил. — ответила я на автомате, да и решила, что врать смысла уже нет.
— А до этого он был восстановлен не полностью? — сканируя меня взглядом, спросил Демиян.
— Ага, Юлька у нас дама стеснительная, до определённых мужских органов дошла, и всё, говорит: «нет, не могу я восстанавливать мужское достоинство, не женское это дело», - хохотнула Светик, за что получила от меня многозначительный взгляд, что быть ей битой подушкой.
 
— Восстановила, значит, — сурово посмотрел на меня мой демон, — и долго ты собиралась молчать о своём даре?
— Знаешь, мы только сегодня зарыли топор войны, так что, извини, как-то не успела о всех своих талантах рассказать. — решила использовать режим «лучшая защита – это нападение». Обвинитель после моих слов сдулся, покачал головой, но дальше наезжать не стал, наверное, понял, что в моих словах есть рациональное зерно.
— Разборки оставим на ночь, а сейчас поговорим об Игре. Как я понял, ребята должны отвлечь конкурентов, — начал Вериан.
— Да, — ответила Рэн и пересказала наш первоначальный план, который наши мужчины одобрили, но только с некоторыми дополнениями, а когда закончили планировать, первый высказал свое «восхищение» Иворг.
— Ничего себе, — присвистнул он. — У нас не Игры, а самый настоящий маскарад намечается, то и дело будем менять личины, то девочками прикидываться придётся, то мальчиками. — скривился он от предстоящей перспективы.
— Не дрейфь, друг, маскировка ещё никому не вредила, тем более, об этом будем в курсе только мы, так что никто и не узнает о вашей шалости.
— Это радует, — буркнул Зер.
Мы немного ещё пообщались и направились спать, утром нас вначале по-королевски накормили, а затем стали в прямом смысле измываться над нами, бедными. Что бы мы ни делали, у нас никак не получалось забраться на эти чёртовы стволы, спать мы ушли уставшие и злые, на следующий день нам дали до обеда отдохнуть.
— Девчонки, я тут недалеко погост видела, пойдёмте, посмотрим, — предложила Рэн.
Делать всё равно было нечего, и мы направились туда. Ходили по кладбищу, расположенному в лесу, и рассматривали надгробья. Ничего не предвещало беды, и тут раздался страшный волчий вой.
— Тьма! Девочки, это дикие волки! — первая запаниковала Вел, а тем временем звук становился всё ближе, и тут вдалеке показалась морда огромного волка, который бежал прямо на нас, а затем и второго, и, кажется, третьего.
— Папочка родненький! — присоединилась я к панике Вел, — волки, огромные, спасайся кто может! — взвизгнула я, и вязла старт к близстоящим соснам.
— А кто не может? — взволнованно спросила Вел.
— А кто не может, пусть ложится и быстренько начинает выбивать себе эпитафию! — набирая скорость, крикнула я, смотрю, подруга решила, что она всё-таки может попытаться спасти себя, любимую, и пошла на обгон меня.
— Вел, а как же эпитафия? — удивлённо спросила я, смотря, как подруга набирает скорость.
— Почерк у меня плохой, некрасивая эпитафия получится, — крикнула мне она и, рванув как ошпаренная, оставила меня далеко позади. Вот это скорость, поразилась я, и кинулась её догонять!
По кладбищу мы бежали как угорелые, не замечали, как перескакивали надгробные плиты, а если перед нами стояло большое препятствие, ловко его огибали. Наконец, появились спасительные сосны, и мы, как самые настоящие мартышки, стали взбираться по стволам наверх, не забывая при этом собирать шишки, чтобы впоследствии покидать их в волков, ущерб бы им, конечно, не нанесли, но хоть скучно бы не было дожидаться подмоги.
И только мы устроились удобненько так на верхушках сосен, как раздался внизу не волчий вой, а хохот Иворга и Эварда.
— Ну, вот и залезли на ствол самостоятельно, а то: «не можем», белочки вы наши.
Первой не выдержала я и швырнула шишку в нахалов, которые перепугали нас чуть ли не до смерти, и удачно так кинула, попала прямо в лоб ржущему Иворгу.
— Ай, вы что, совсем, что ли! — взвыл он не от боли, а так, для драматизма. — больно же, шишкой в лоб, — продолжал он ломать комедию.
— Радуйтесь, что мы на соснах, а не на пальмах, и у нас шишки, а не кокосы, вот тогда бы действительно было больно. — стала спускаться с дерева вниз, чтобы ещё пнуть его под зад хорошенько.
Первой слезла я, следующая Рэн, только Светик и Вел копошились.
— Вел, спускайся, — позвала я подругу, сидящую на самой верхушке и боявшуюся пошевелиться.