Мантра тысячи смертей (СИ)

— Да в задницу, — в сердцах крикнул Торил, швыряя флягу куда-то в направлении двери. Он понимал, что братья вряд ли поставят кого-то охранять его у двери. Но ему горячо хотелось услышать хоть какие-то звуки. Они бы означали, что он все еще жив.
Дверь скрипнула и отворилась, впуская теплый тусклый свет, показавшийся Торилу нестерпимо ярким. Он зажмурился, пытаясь рассмотреть фигуру, застывшую в дверном проеме. Она была слишком большой и внушительной, совсем неподходящей для сладжа. Тень двинулась вперед, полностью заслоняя свет и с трудом протиснулась внутрь, расправляя плечи. Следом за фигурой в темницу Торила шагнул один из старших братьев, сжимая в трясущихся руках масляную лампу, опасно качающуюся из стороны в сторону.
— Вон он, — брат указал на Торила, сидящего на полу и сощурившего глаза в попытке разглядеть неожиданного гостя.
— Живым я не дамся, — заплетающимся языком заявил Торил, даже не пытаясь подняться. — Пошли вы, проклятые сладжи, — и алхимик плюнул, точнее попытался. Слюна вылетела, но не пролетела и пары сантиметров, заляпав его собственные грязные одежды.
— Вы ему вместо воды вино сунули? — удивилась громадная фигура, наблюдающая за алхимиком.
— Да бес его разберет, может пронес тайком. Он тут всего день сидит, — закивал головой брат-алхимик.
— Торил нит Кризмонкоул? — громадная тень подошла и опустилась на корточки рядом с Торилом.
— Он больше не является частью нашей гильдии, — попытался поправить громадное существо стоящий сзади алхимик.
— Заткнись, — огрызнулась тень и Торил хихикнул:
— Выходит моя известность опережает мое появление.
— Ненавижу алхимиков, — вздохнула тень, огромной ручищей хватая Торила за плечо и таща за собой, словно тот был тряпичной куклой, а не взрослым ренжиром.
— Да, я тоже, — на полном серьезе проговорил он, даже не сопротивляясь. — Особенно вот этого, — он махнул рукой и выбил из рук брата масляную лампу в тот момент, когда громила протаскивал его мимо. Торил разразился глупым хохотом, глядя на трясущегося алхимики, старающегося затушить разлитое по полу горящее масло.
Торила волокли по длинным коридорам подземелья гильдии, а он даже не пытался повернуться и посмотреть, кому обязан своим спасением из заточения. Несостоявшийся узник лишь украдкой посмотрел на руку и увидел огромные черные пальцы странноватой, неотесанной формы. По крайней мере, это был не сладж.
— Вы не можете его просто так забрать, — стоило им выйти из подземелья и они оказались в главном зале гильдии. Громила подхватил Торила и поставил рядом с собой.
Перед ними, одетые в традиционные красные мантии, выстроились почти все братья гильдии, сжимая книги и блокноты так, будто это было смертельно опасное оружие. Они смотрели на огромного мужчину и пытались запугать его, выкрикивая имена влиятельных покровителей, которые были заинтересованы в делах гильдии Кризмонкоул.
— Вы знаете, кого я представляю? — прогремел голос слева от Торила. Алхимик решил повернуться и посмотреть на своего спасителя.
— Живой голем! — вытаращил он глаза, не веря тому, что видит. — Ох, н…
Алхимик хотел грязно выругаться но вместо этого заикал. Не то от страха, не то от шока. Черная громадина развернулась к нему и покачала головой, коря за бестактность, но Торил только отмахнулся. Он уже давно свыкся с идеей смерти. Если быть более точным, пару часов назад.
— Какую-то гильдию, и что с того? Нам обязаны власти города и мы не позволим творить бесчинства в стенах обители знаний!
— Я представляю Клио берн Спирна, — мягко проговорил голем, наслаждаясь эффектом. Старший алхимик запнулся на полуслове и не решался еще хоть что-то возражать. — Если у вас есть жалобы, можете направить их ему лично. Если осмелитесь.
— Но сладжи.
— Уведомлены, — отрезал голем вялую попытку протеста. — Сегодня состоится бой, решающий судьбу этого алхимика, — он хлопнул Торила по плечу совсем не сильно, но алхимик ощутил, как мгновенно трезвеет. — Нам нужно торопиться, больше разговаривать я не намерен. Все вопросы можете направить моему хозяину.
 
С этими словами голем подхватил Торила и закинул на плечо, будто мешок с картошкой. Алхимики расступились, бросая гневные взгляды на провинившегося брата, а тот корчил им рожи и показывал обидные знаки руками все то время, что громадный земляной голем нес его к карете.
— Ну что, теперь вы меня убьете? — Торил буквально растекся на обтянутом дорогой кожей сидении. Его спина успела соскучиться по комфорту всего за одну ночь, проведенную на холодному полу.
— Нет, мы едем на арену, смотреть за тем, как разрешится твоя судьба, — усмехнулся голем, с трудом протискиваясь в дверь кареты. Он что-то крикнул возничему и они тотчас тронулись. Мерное раскачивание вызывало тошноту и Торил, к облегчению Варии, на некоторое время заткнулся.
— Есть вода? — жалобно проговорил алхимик, оказавшись на полу кареты, после безуспешной попытки удержаться на сидении.
Голем достал из небольшого шкафчика, спрятанного под сидениями кареты, черную глиняную бутылку, обтянутую кожей, и протянул Торилу. Тот благодарно кивнул, кое-как забираясь обратно. Его штормило, но он точно знал, что следует делать. Несколько прозрачных пакетиков, со странного цвета порошками внутри, оказались в его ладони, он плотно сжал их и разорвал зубами, опрокидывая содержимое в бутылку, захлопнул ладонью и размешал, бормоча невнятные слова. Вода внутри засветилась, забурлила и успокоилась, принимая вид темного, крепкого вина. Вария присвистнул.
— Гиярское красное, — улыбнулся Торил, принюхиваясь. — Букет спелого винограда, янтарного перца и веток забытого древа. Около сорока тысяч золотых за бутылку, — алхимик сделал несколько добрых глотков, наслаждаясь неповторимым вкусом. Крепкий алкоголь помог вывести его из состояния, близкого к критическому, и чуть успокоить нервы. Алхимик протянул бутылку своему «спасителю».
— Я думал, это вино настоящее.
— Как и многое другое в этом мире, — улыбнулся Торил, глядя в окно. Карету все еще покачивало, но тошноты больше не было.
— На вкус как настоящее, — рассмеялся Вария, пробуя напиток. — Не знал, что алхимикам можно использовать свое искусство прилюдно.
— Ну и что ты сделаешь? Повесишь штраф или казнишь? — улыбнулся Торил, выхватывая обратно бутылку из огромных лап голема.
— А ты забавный, Торил нит Кризмонкоул, — загудел Вария. — Я начинаю понимать, почему она попросила спасти тебя.
— Кто попросил? — Торил спрашивал просто так, зная ответ наперед. Вария улыбнулся, не считая нужным отвечать. — Прости, не каждый день я разговариваю с тем, кого нельзя считать идиотом. Но мы едем на арену, а значит мое спасение еще не свершилось?
— Можешь не волноваться. Эту битву она не проиграет, — рассмеялся Вария, забирая бутылку.
— Откуда у тебя такая уверенность? — голем ничего не ответил, лишь с ухмылкой сощурив глаза.
Они опоздали, а потому даже к дорогим местам им пришлось пробиваться сквозь толпу зрителей. Вария не испытывал с этим никаких проблем, а вот Торил уже несколько раз оказывался на волоске от того, чтобы грохнуться на землю и стать жертвой ботинок неугомонных посетителей. Тот факт, что на него уже с десяток раз вылили содержимое стаканов его вообще не волновал. Его мантия пахла много хуже, чем самое дешевое пойло на арене. Голема, кажется, проход к местам забавлял. Торил не раз слышал его гулкий хохот, когда очередной зритель толкал бедного алхимика и тот применял недюжие усилия, чтобы не встретиться с землей. Наконец они дошли до небольшой двери, рядом с которой стояли мило улыбающиеся девушки в белых одеждах работников арены.
— Добро пожаловать! Могу ли увидеть ваши пригласительные? — Вария протянул два светящихся розовым блеском билета.
— А он что, тоже с вами? — одна из девушек неуверенно посмотрела на грязного Торила, прислонившегося к стене неподалеку. С него ручьями сочился пот, а рот старался захватить побольше воздуха.
— У него сегодня не лучший день, — хохотнул гигант. — Только забрал его из тюрьмы, сами понимаете. Невинно осужденный — это шоу, своего рода подарок.