Мантра тысячи смертей (СИ)

— Она вся горит! — воскликнула девочка.
— И что нам делать? — промямлил Амит.
— Принеси воды для начала, — хозяйственно приказала сестра и мальчик тут же побежал на кухню. Дела были плохи — в трущобах не было даже намека на лекаря. Амит принес воду в большой чашке, стараясь не расплескать, и они вместе с Ашей смогли осторожно напоить Лелани.
Как только вода дотронулась губ тети, та открыла глаза и благодарно посмотрела на детей. Их заплаканные глаза были красноречивее тысячи слов. Лелани попыталась улыбнуться:
— Не волнуйтесь, все будет хорошо, мне просто надо немного отдохнуть, — сказала она, закрывая глаза и проваливаясь в глубокий, тревожный сон.
— Что нам делать? — в очередной раз повторил Амит.
— Этот старик! — воскликнула Аша, вытирая слезы.
— Учитель? — неуверенно протянул мальчик, не очень понимая, куда клонит сестра.
— Да, да, именно он. Ты сам сказал — он не из трущоб. И предлагал нам выбраться отсюда. Может, если мы его попросим, то он поможет Лелани?
— Но тогда нам точно надо убедить его взять нас в ученики, — серьезно проговорил Амит, глядя сестре в глаза.
— И мы это сделаем, как только наступит вечер, — с нетерпением проговорила Аша, выглядывая в окно.
Лелани тяжело дышала, а жар все не спадал, но дети старались об этом не думать. Весь день они просидели рядом, иногда принося тете воду, когда та неожиданно приходила в сознание.
Ленивое, жаркое солнце, в конце концов поползло вниз, скрываясь с небосвода. Они покинули дом, осторожно затворив дверь, чтобы не разбудить тетю, которая наконец-таки перестала всхлипывать во сне. Ее дыхание стало тихим и привычным.
Придется расспросить ее о сне в другой раз, когда подвернется более удобный момент. Дети шли вперед, наполненные уверенностью и целеустремленностью. Они заставят этого странного старика стать их учителем. Что бы не потребовалось сделать, какие бы испытания им не пришлось пройти.
Дети шли быстро и сами не заметили, как оказались на условленном месте. Когда-то, очень давно, здесь был великолепный город, построенный великими мастерами. Но короли этих мест разгневали светлых богов и те спустились вниз, принеся с собой неистощимую ярость. Легендарный город был уничтожен за несколько минут, а все, что осталось, превратилось в обугленные черепки, которые вскоре замел красный песок. Брат с сестрой стояли как раз на том самом месте, где заканчивались трущобы и начиналась красная пустыня. Кладбище древней истории. Земля без будущего и радости. Место вечного забвения. Только длинная, черная труба маячила в нескольких метрах, рядом с небольшим белым пьедесталом, лежавшим в пучине красного песка.
Прямо на этой каменной плите стоял таинственный учитель. Он улыбался, закрыв глаза и подставив лицо последним ярким лучам уходящего солнца. Дети пошли вперед, пробираясь через зыбкий песок, который утягивал вниз и не давал нормально двигаться. Они ступили на каменную поверхность и остановились, не успев сказать и слова. Человек вытянул вперед раскрытую ладонь, обрывая слова и призывая к тишине.
— Вы хотите стать моими учениками. И хотите попросить у меня помощи, — улыбнулся он. — Я слышу это в ваших сердцах и вижу на лицах, но я могу помочь только тем, кого могу называть своими учениками. Вы спасли меня и потому я дам вам шанс получить сей дивный статус, но сделать это будет отнюдь не просто.
Старик вытащил из-за пазухи причудливый черный браслет с круглыми камешками. Аша уставилась на него, будто видела раньше, но только никак не могла вспомнить, где именно. Учитель поводил браслетом перед лицами детей, а потом надел его на запястье.
— Тот, кто хочет стать моим учеником, должен выхватить у меня этот браслет. Даю вам время до восхода солнца.
С этими словами мужчина улыбнулся, а его тело вспыхнуло желтым густым маревом. Аша сжала кулаки и скрипнула зубами, чуть нагибаясь и готовясь к мощному выпаду. Она заберет этот браслет из рук хитрого старика, даже если ей придется вырывать его зубами.
  
И ПРИШЕЛ УЧИТЕЛЬ
  
— Интересно. Я чувствую в тебе неутолимую жажду. Опасный и крайне редкий дар. Ты используешь его себе во вред, но если научишься — сможешь превратить в настоящее оружие, — старик усмехнулся, глядя на взъерошенные, грязные волосы детей. Они готовы были атаковать, вот только совсем не знали, как это делать.
Слова учителя пролетели мимо ушей — они рассматривали его, как дикие звери, готовые в любой момент прыгнуть, схватить старика и попытаться с помощью зубов и ногтей вырвать браслет. Брат с сестрой переглянулись и начали аккуратно двигаться, обходя своего противника. Они никогда не учились сражаться, но годы, проведенные в трущобах, подсказывали, что нападение с двух сторон будет эффективнее, чем лобовая атака.
Учитель переводил взгляд с Аши на Амита, не двигаясь с места. В один из таких моментов мальчик осознал, что лучшего момента для атаки не будет. Он резко оттолкнулся от каменного пола, прыгая вперед и вытягивая руки перед собой. Никакой тактики у него не было: он хотел захватить руку старика и сорвать браслет, победоносно поднимая его над головой.
Старик с легкостью прочитал его движение, развернулся лицом к мальчику и, когда до столкновения оставалось меньше метра, играючи схватил Амита за запястье. Аша тоже побежала — если брату не удастся схватить браслет, он хотя бы отвлечет старика, а она уже завершит дело. Учитель развернулся и дернул Амита за собой. Тело мальчика подлетело вверх, встряхнулось и рухнуло вниз, влекомое такой немыслимой силой, что воздух лопнул от скорости, оглушая Амита. Он мог бы умереть, если бы ударился о пьедестал. Вместо этого Амит врезался в подоспевшую Ашу, сбивая девочку с ног.
— Неплохая попытка, — засмеялся старец, разглядывая валяющихся на земле детей.
— Ты как? — Аша игнорировала ехидный смех противного старика, пытаясь привести брата в чувства.
— Жить буду, — прохрипел с улыбкой Амит. Голова кружилась, а глаза бегали из стороны в сторону. Ну хоть самообладание он не потерял.
— Смотрите, времени у вас, конечно, предостаточно, но и сдерживаться я не буду! Так что обдумывайте свои атаки, — рассмеялся старик. Он поглядывал куда-то за горизонт, задумчиво расчесывая бороду.
— Это нечестно, — прокричала Аша. — Мы всего лишь дети, как мы должны победить?
— Дети не смогут победить, это верно. Успех просияет лишь для тех, кто готов стать воином, — пожал плечами старик. — Если вы хотите выбраться отсюда, хотите участвовать в турнирах — вам придется испытать боль и горечь поражений. Уяснить, какой путь вам предстоит. И идти по нему с гордо поднятой головой.
— Но вы сильнее нас! Амит чуть не умер от этого броска, — закричала Аша, в ней закипала злоба, но что с ней делать девочка не знала.
— И все же, он еще жив, — улыбнулся старец.
Аша бросилась вперед, не слушая предостережения брата. Этот человек бесил ее, а она и сама не знала, почему. Ярость, обида и горечь давно копились в ней, Учитель говорит о том, что они должны будут испытать «боль и горечь поражений». Но ведь это все, что она чувствовала всю свою жизнь, а еще была пустота, которую Аша никак не могла заполнить, и страх, постоянно поджидающий во тьме. Стоило лишь закрыть глаза и он наваливался плотной стеной, засасывая в себя ребенка, выросшего в одном из худших мест в этом мире. Но смелая девочка хотела совсем другой судьбы.
Она даже не пыталась увернуться. Старик просто собирался толкнуть ее, не сильно, стараясь попасть в брата, который только поднялся на ноги. Для него это было развлечением, своеобразным уроком. С самого начала он собирался взять их в ученики. По его плану, под самое утро он бы просто снял браслет и передал детям. При условии, что они продержаться так долго. Его ладонь уткнулась в живот Аши, но девочка не отлетела в сторону. Вместо этого она закричала, а старик опустил глаза вниз.
Ее тело полностью затянуло черным узором. Подобно настоящему бесу, она обхватила запястье учителя руками, цепляясь ногами за плечи. Схватилась за нее так сильно, как падающий с горы человек хватается за внезапно оказавшуюся на пути ветку. От неожиданности учитель инстинктивно попытался смахнуть ее вниз, но Аша только сильнее закричала, вгрызаясь зубами в пальцы человека.