Замуж за бывшего (СИ)
От его взгляда плыву, а от касания схожу с ума. Ненавижу, но не могу не пылать в его руках и отдаваться снова и снова.
Сердце бешено колотившееся секунду назад, стало успокаиваться, и я, наконец перестала дрожать.
Юра был заразой, которая снова, спустя столько лет проникала в меня. Или ничего не кончилось, просто спало столько лет в ожидании, когда судьба столкнет нас лбами.
Боже! Даже то, как он ест показалось мне сексуальным. Раз нельзя отсюда выйти, может быть вызвать врача сюда.
— Меллиса, кушай. Не обижай старушку.
Глава 25
Естественно пирог готовила не Юля и слова Тамары это подтверждали.
Я мягко улыбнулась ей. Пока она усаживалась на соседнее от Юры место и принялась завтракать.
Оказывается я и забыла, что такое по-настоящему вкусные пироги. В Англии пироги готовили по любому поводу. Самым любимым, как ни странно был тыквенный и лимонный. Но самой мне их готовить не хотелось, а в ресторанах редко можно было найти что-то даже отдаленно похожее на английскую кухню.
— Очень вкусно, — посмотрела я благодарно, слизывая последние капли джема из уголков губ и отпила чая.
Тело расслабилось и теперь меня клонило в сон. Но я знала, что не смогу уснуть, пока не задам хотя бы часть вопросов, что смущают все это сумасшедшее утро.
— Чем занимается Юра?
— Ты бы рот закрыла… — начала было говорить Юля.
— Юля, лучше сама закрой свой блядский рот! — резко окрикнула Тамара, словно не своим голосом и блондинка сразу вся скукожилась.
Да я и сама испугалась не хуже, чем с Юрой.
Такой властный тон и выражение обычно присущи полицейским, преподавателям или…
— Вы работали в детском доме. — Даже не вопрос. Утверждение и ледяной взгляд Тамары подтаял.
— Конечно, милая. Все мы оттуда. Судя по всему, ты тоже. Юля, — тон голоса снова похолодел. — Хватит пялить глазенки, беги лучше наверх, расправь кровать и дай Меллисе что-нибудь удобное из одежды.
Юля еще немного посидела, словно в знак протеста, но потом все-таки вскочила так, что стул со скрипом отъехал и потопала на выход.
На ее ворчание о моей «огромной заднице, на которую только мешок с картошкой налезет» я никак не отреагировала.
— Значит, нашего Юру ты там встретила?
Там. Так это было сказано. Тепло. Уютно.
Но эти два слова могли быть связаны с детским домом только, как отрицание этих качеств. Не было там тепла, окна постоянно продували, а одежду выдавали рваную. Тем более там никогда не было уютно. Старая мебель, облупленная краска и злые обиженные лица детей, которым не повезло в жизни обрести настоящую семью.
Свора волчат, лидером был Юра. Но даже он не мог уберечь девчонок от насилия, хоть и старался. Там правили балом безумия более влиятельные люди. Никто, конечно, не знал имен.
Это я только потом поняла, когда Юра спас меня от группового насилия, взяв по сути под свою опеку. Если бы не он, меня как девочку чистую, невинную взрослую, вполне могли отвезти в один из притонов, где обитали жадные до извращений уроды.
Маленькие девочки, маленькие мальчики или те, кто постарше. Возили любых на вкус и цвет, как говорится.
И после таких поездок вся невинность из глаз пропадала, оставалась сплошная пустота, а лица словно старели. Взрослые в детских телах.
Я ненавидела это место. Я благодарила ад и небо за возможность с ним распрощаться.
— Да, я была там, — наконец ответила я, чуть кивнув. — Недолго.
— Расска. — больше она сказать не успела. На холодильнике завибрировал телефон.
Тамара, достаточно легко для своей грузной фигуры подскочила со стула и достала телефон с мега современного, серого холодильника. Судя по всему она готовила не только для Юры, но и для его «пацанов».
— Да, Юрий Алексеевич, — она взглянула на меня и подмигнула.
Я еле удержалась, чтобы не закатить глаза.
Слушая разговор, я посмотрела в окно, за которым началась удушливая жара, и только прохладные стены дома от нее спасали.
— Да, она поела. Какой канал? Хорошо. Вас когда ждать? Будет сделано.
От подобной услужливости подташнивало.
Когда я снова повернулась, Тамара убирала свой телефон в чехол и взяла в руку пульт.
Плоский телевизор, сначала я его даже не заметила, был недалеко от холодильника.
— Вот сейчас ты и узнаешь, чем занимается наш Юра и почему носит костюмы.
Наш Юра. Сомневаюсь, что эта огненная лава вообще может кому-то принадлежать. Скорее обжечь, когда утекает сквозь пальцы.
Значит, по телевизору покажут? Посмотрим.
Какого же было мое удивление, когда вместо судебного заседания (Я правда думала, он поехал какого-нибудь кореша вызволять) я увидела новости.
Глава 26
Лицо Юры было если ни веселым, то точно ни хмурым. И судя по словам репортера причины для радости были.
Оказывается, он тот самый будущий депутат, что отвоевал землю у бизнесмена Андроного Игоря. Чтобы вместо очередной никому не нужной церкви построили детский дом.
Я была за. Даже подписывала какую-то петицию. Я действительно считаю, что церквей в мире достаточно, даже чересчур, учитывая количество бездомных детей.
Но сейчас все это стало видеться в ином свете.
— Значит, Юра построил себе личный притон. Отлично, — зло сжала я губы. — Вот откуда у него столько денег. Дом. Машины. Все ясно.
— Что ты такое говоришь? — отшатнулась Тамара, прижав руки к груди.
Я не хотела обижать женщину. Она наверняка тоже перенесла немало. Но меня было не остановить. Гнев душил и пяткой давил на грудь.
— А то вы не знаете, что творится в этих домах невинности. Разве не знаете, как девочек возят на продажу.
— Вся я знаю, но сейчас подобное далеко не везде. И причем здесь Юра?
— А как бы еще он все это получил, — вскочила я, не в силах сидеть на одном месте и обвела современную кухню рукой. — Теперь вот и приют построил. А сколько еще у него таких? Я надеялась. — слова перестали рваться из моего горла, зато хлынули слезы.
Я действительно надеялась, что уж Юра, наблюдая за всей этой грязью столько лет, не пойдет по стопам уродов, прикрывавших это все из-за денег и власти.
Ну, а что? Дети без родителей, они ведь никому не нужны. Делай с ними, что хочешь.
— Я ни секунды не останусь в этом доме. Я не буду жить… или даже смотреть в глаза работорговцам и его прислужникам.
— Меллиса, — окрикнула меня Тамара так, что я тут же посыпалась. — Сядь. — села. — Прежде чем делать выводы надо все выяснить до конца. Ты ничего не знаешь. Ничего не знаешь о Юре. Он не добрый, это правда, но…
— Не защищайте его, — потребовала я, ощущая комок слез в груди. — Я как никто знаю, на что он способен, и не хочу…
— Ты не выйдешь из дома без его согласия. Не думай, что если я к тебе добра, то нарушу его приказ. Юра прав. Он меня кормит, он дал мне новую жизнь. Я скорее тебя скручу в бараний рог, чем пойду против него.
Почему-то я не сомневалась. А этот укоризненный взгляд потушил во мне пламя гнева. Пристыдил.
Стоило подумать.
Лучше в кровати, после душа. Время сбежать еще будет. Не в средние века живем.
— Простите мне мою вспышку.
— Иди, отдохни. — смилостивилась Тамара. — Юля, там наверное уже постелила.
— Белье, как и полагается из крапивы? — спросила я, стараясь сгладить свою невежливость.
Тамара, тьфу, тьфу улыбнулась.
— А как же. Все как полагается и двенадцать мертвых жен на чердаке. Ключик дать?
— Уверена, Юра по возвращению сам мне с удовольствием их покажет. Даже синюю бороду не забудет надеть.
Тамара уже рассмеялась.
— Что верно, то верно. Иди, отдохни. Наверх по лестнице, вторая дверь справа. Силы с Юрой тебе еще понадобятся.
— Спасибо, Тамара и еще раз извини.
На нее я не злилась, все-таки она просто работала у чудовища.
— Меллиса, — окликнула меня Тамара из кухни, когда я уже вышла и направилась к лестнице. — Порой, чтобы увидеть свет, нужно очень долго лезть через туннель.