Измена. Простить нельзя забыть (СИ)

Марина сильнее цепляется за мои плечи и качает головой, утыкается носом в мою шею
— Артём попросил подписать документы, пока Бельского не было в офисе. Говорил, что это очень срочно и важно. Я ему поверила, потому что… Потому что… Мы были в отношениях..
Напрягаюсь, стискивая талию Марины руками.
Они были в отношениях… Я догадывался об этом, но услышать это своими ушами слишком больно.
Насколько серьёзными были их отношения?
Марина любила его? Неужели, любила?
— Я подписала, не глядя, а потом была на больничном. Когда вышла на работу, меня задержали.
Я плохо слышу слова Марины.
В мозгу пульсирует, стучит набатом: " У них были отношения". Они спали вместе. Марина больше не принадлежит только мне.
Сам виноват. Сам.
— Саш, ты меня слышишь вообще?
— Слышу, Мариш, — качнув головой, отвечаю я.
— Я разберусь с Порошиным и, — сглатываю, наблюдая за реакцией Марины
— И Линой. Они за всё ответят.
Лицо Марины искажается мучительной гримасой.
Отстранившись, она обнимает себя руками.
— Я ведь отпустила тебя. Что ей ещё от меня надо?
— Мариш, нет никакой Лины. У нас с ней давно всё кончено.
— Только мне от этого не легче…
Глава 33
— Здравствуйте, Марина Владимировна. Меня зовут Олег юрьевич и я ваш адвокат, — представляется седовласый мужчина, когда конвоир заводит меня в допросную.
Саша обещал забрать меня отсюда вчера, но ничего не получилось. Бельский прикладывал всё усилия, чтобы меня содержали под стражей и я, не дай бог, не потратила его денежки, которые и в глаза не видела.
Но, по крайней мере, мне дали тёплое пуховое одеяло, подушку и меня не трогали, даже сержант делал вид, словно я пустое место.
Правда, уснуть мне это не помогло. Я всё прокручивала в голове, как могла, так облажаться? Я, человек, который проверял самые простые бумажки по несколько раз… Не зря говорят: " Доверяй, но проверяй".
Порошин оказался настоящим подонком, который ради достижения своих целей, готов уничтожить другого- невиновного.
Про Лину я вообще молчу. Она ведёт себя так, словно это я с её мужем спала у неё за спиной.
— Здраствуйте. — сама своему голосу поражаюсь. Он звучит хрипло и как-то равнодушно.
Мне кажется, весь мир против меня и никакой адвокат не поможет.
Всё мои мечты разрушены… Сначала счастливая семья и ребёнок, теперь работа и карьера…
Где ж я так согрешила то, а?
— Марина Владимировна, давайте подпишем с вами договор.
— Вас Саша нанял?
— Да. Я работаю на Александра Сергеевича. Ваш муж внёс залог. Сегодня вас отпустят под подписку о невыезде.
Прикрываю глаза, облегченно выдохнув. И, пускай с меня не сняли обвинения, по крайней мере, я не останусь больше в этом месте.
Ещё некоторое время адвокат расспрашивает меня о событиях того злополучного дня, а потом меня отпускают.
Вот так просто. Деньги решают, если не всё, то очень многое.
На улице меня ждёт Саша.
Я не планировала ехать к нему. Единственное моё желание сейчас, это принять душ и выпить кофе, а еще лечь в свою постель.
— Привет. Я должна сказать тебе спасибо, — останавливаюсь на расстоянии вытянутой руки и смущённо опускаю взгляд.
Отчего то чувствую самую настоящую неловкость рядом с бывшим мужем, боюсь услышать осуждение, услышать какая я глупая, доверчивая дура.
Саша дёргает меня за руку и впечатывает в своё твёрдое тело.
Он так приятно пахнет, а от меня наверняка несёт за три вёрсты.
— Я хочу домой, — пытаюсь отстраниться, но Саша держит крепко. Его крупные ладони поглаживают мою поясницу, защищают от пронизывающего ветра.
В объятиях бывшего мужа я забываю обо всём на свете.
— Поедем. Ко мне домой, — Саша наблюдает за моей реакцией
— Саша..
Не могу я к нему поехать.
Мне надо побыть наедине с собой. Соблазн слишком велик. Боюсь, если окажусь в квартире Саши, не сдержусь. Сама на него наброшусь.
— Я одну тебя не оставлю. Неизвестно, что придёт на ум Порошину и Лине. Не хочешь ехать со мной, значит отвезу тебя к Стариковым. Ксения переживает.
— Ладно. Тогда к Стариковым.
 
Я забираюсь в машину и откинув голову на сиденье, смотрю в окно.
Машина плавно трогается с места.
Искоса наблюдая за Сашей. Как уверенно он держит руль одной рукой, как напрягаются и выступают вены, кикие у него длинные сильные пальцы…
То, что с тебя не сняли обвинения формальность, Мариш. — улыбается Покровский.
— Ни сегодня, завтра, ты будешь, абсолютно, свободна. Я нашёл рычаги воздействия на Порошина. Признается, как миленький, ещё и Лину сдаст.
— Какие рычаги? — поворачиваюсь к нему всём корпусом.
Не хватало, чтобы из-за меня Саша совершил какую-нибудь глупость.
— Я надеюсь ты не собираешься нарушать закон?
— Нет, Мариш, но, если бы пришлось это сделать, я бы сделал.
Машина останавливается у дома Стариковых.
Чувствуя неловкость, я сжимаю пальцы.
Сказать пока и просто выйти? Или вообще не прощаться? Я совсем не понимаю, как себя вести с бывшим мужем, зато Саша похоже понимает.
Он блокирует двери и тянется ко мне через консоль.
— Саша… - успеваю выдохнуть, а в следующий момент его губы захватывают мои.
Время застывает. Я цепляюсь за его плечи, словно могу куда-то свалится с сидения, с жадностью отвечаю на поцелуй.
Как хорошо. Боже. Это так хорошо.
Его губы, сухие и горячие, а ещё очень нежные.
Сжимаю колени, потому что между ног пульсирует, а с губ срывается громкий стон, который Саша ловит своим ртом.
Я точно озабоченная дура, потому что дико хочу бывшего мужа. Я готова сама на него накинутся. Хочу чувствовать его всего.
Саша, не отрываясь от моего рта, отодвигает сиденье и тянет меня к себе на колени.
Места мало, неудобно. Я ударяюсь головой о крышу, не могу сдержать смеха, который быстро гаснет и сменяется стоном- это потому что, между ног, там где всё горит и пульсирует, упирается возбуждённый член Саши.
— Девочка моя… Сладкая… Любимая… — шепчет он, лихорадочно целуя мою шею, прикусывая кожу и тут же зализывая укусы.
Его пальцы быстро справляются с пуговицами на рубашке..
Похоже Сашу совершенно не заботит, что я провела ночь в камере и не принимала душ. Он с жадностью вылизывает каждый сантиметр моего тела, куда может дотянуться губами. Резко дёргает лифчик вниз, сводит груди вместе и по очереди затягивает в рот соски…
— Саша. Саша… Пусти. Там люди… - и хотя стекла тонированные, я всё равно боюсь, что нас увидят.
Это же стыдом некуда деться. Накинулись друг на друга, как малолетки в пубертатный период.
Покровский отстраняется. Тяжело дыша, упирается своим лбом в мой
— Поехали ко мне, Мариш. Я дико соскучился. Покажу тебе загородный дом, — шепчет он, переодически скользя губами по моему лицу.
— Если ты не хочешь, ничего не будет. Я не трону тебя.
Ох, я хочу. Я так хочу, что скулы сводит от желания, но тебе в этом не признаюсь.
Это желание сильнее меня..
У Саши есть загородный дом. Когда-то я мечтала, жить в доме, посадить цветы, ухаживать за ними и, чтобы обязательно была лужайка для игр с детьми.
— Хорошо. Поехали.
Машина въезжает в большие кованные ворота и останавливается у гаража.
Я выхожу на улицу и поежившись от ветра, осматриваюсь вокруг.
Огромный дом, с панорамными окнами, перед ним бассейн с лежаками, рядом мангальная зона и беседки, слева лужайка с аккуратно стриженым газоном.
— Нравится? — Саша останавливается позади меня, кладёт руки на плечи и касается губами волос на затылке.
Я вздрагиваю. По телу проходит разряд тока, сконцентрировавшись где-то внизу живота. Мурашки рассыпаются по коже.
Мне и холодно, и жарко. Неосознанно, делаю шаг назад и облокачиваюсь на Сашу, откидываю голову ему на плечо.
Он тут перебирается губами мне на шею, засасывает кожу, наверняка, оставляя отметины.