Ночь беззакония (ЛП)

Он остановился перед сценой и посмотрел на меня. — Думаешь, это жутко? — Блеск в его глазах сказал мне, что он уже знает ответ.
Нет.
Я не думала.
Наверное, стоило бы. Но мысль о том, что он наблюдает, а я не знаю, что он наблюдает, возбуждала меня так, что это было далеко не здорово.
Я наклонилась, взяла со сцены белое полотенце, чтобы вытереть лицо и шею. — Это определенно ненормально.
Каспиан втащил себя на сцену с минимальными усилиями. Как будто подняться на платформу высотой в три с половиной фута было для него обычным делом. Он подошел к синему X, на котором стояла я. Я вдохнула его запах, пьянящую смесь бергамота и кожи. Все мужское. Вся изысканность. От силы его присутствия у меня затрепетал живот.
Он поднес руку к моему лицу и провел подушечкой большого пальца по моей нижней губе. — В нас нет ничего нормального.
 Можешь повторить это еще раз.  
Он приоткрыл мой рот, а затем засунул большой палец внутрь.
Я провела языком по нему, втягивая его дальше в рот.
Каспиан отнял руку от рта и обхватил мою задницу, притягивая мое тело к своему. — Мне нравится наблюдать за тобой. — Его эрекция уперлась мне в живот. Ткань между нами даже не имела значения. Я все еще чувствовала его, как будто он был погребен внутри меня. Воздух между нами был заряжен, это была магнитная сила, которая не поддавалась разрушению.
Я улыбнулась. — Вижу.
Он погладил мою щеку указательным пальцем. — Хочу, чтобы ты станцевала для меня.
Я почти растаяла от его прикосновения. — Я только что это сделала.
— Я имею в виду, когда мы станем старше, сидя в гостиной. Хочу отодвинуть журнальный столик и смотреть, как ты танцуешь.
— Для человека, который любит исчезать, ты точно все планируешь заранее.
Он поднес другую руку к моей заднице. — Ты чертовски права.
Я встретила его взгляд. — А что, если в этом воображаемом сценарии я захочу, чтобы ты потанцевал со мной?
— Я не танцую.
Провела пальцем по его груди. — Знаешь, танцы — это как занятие любовью, только в одежде.
— Мы оба знаем, что я тоже так не делаю. — Он крепко сжал мою задницу обеими руками, сильнее вжимая в себя.
— Посмотрим, — сказала я, отстраняясь от него. Мое тело сразу же возненавидело его отсутствие.
Его громкий стон наполнил зрительный зал.
Я подошла к звуковой системе и переключилась на следующую песню в своем плейлисте. Успокаивающий голос Сары Барейлс наполнил воздух, когда заиграла Gravity.
— Я проведу тебя через это так, как ты сделал это в первый раз, когда поцеловал меня, — сказала я, возвращаясь назад и останавливаясь перед ним.
— От этого поцелуя ты легла на спину с моим членом в твоей киске.
Я повернулась, прижавшись спиной к его груди и задницей к его промежности. — Кто сказал, что это не входит в мои планы? — Что-то похожее на рычание раздалось в его груди, заставив меня улыбнуться. — Обхвати меня руками за талию. — Он так и сделал, и я вдохнула электричество от его прикосновения и подняла руки в воздух над головой. — Теперь скользи одной рукой по передней части моего тела. — Он скользнул рукой вниз, позволяя кончикам пальцев пройти в опасной близости от моего центра. — По всему бедру. — Я закрыла глаза и сглотнула. — Проведи другой рукой вверх. — Он провел другой рукой по талии, затем по бокам моего тела. — Вверх по моей руке. — Его прикосновения были такими гладкими, такими нежными, такими осторожными. Это было совсем не похоже на монстра, который, как я знала, таился в нем, наверняка не многим удавалось его увидеть. — Видишь, как ты можешь чувствовать то, что чувствую я, не говоря ни слова? Энергия переходит из моего тела в твое одним прикосновением. — Я согнулась в талии, наклонив свое тело вперед, и обе его руки инстинктивно полетели к моей талии. Мое тело повернулось так, что мы оказались лицом к лицу и я открыла глаза. — Это непроизносимый язык. — Я положила одну его руку на свою поясницу, а другую взяла в свою. — Прямо как секс. — Затем скрестила наши ноги, прижав свое ядро к его бедру. — Двигайся со мной. — Я подтолкнула его бедра назад своими, затем снова вперед, повторяя эту схему до тех пор, пока не осталось различий между тем, где кончается он и начинаюсь я. Мое сердце бешено колотилось, а дыхание сбивалось. — Сделай шаг назад. — Он двинулся, и я двинулась вместе с ним. — Еще один. — Он снова двинулся, и я тоже, но наша связь не ослабевала. Он переместил руку с моей спины на бедро, подняв мою ногу к своему бедру. Я обвила руками его шею, и его глаза потемнели.
 
Каспиан облизал губы, а затем поднес другую руку к моей попке. Когда он собирался поднять меня, голос Линкольна эхом разнесся по комнате.
— Принеси этому человеку колготки и пачку. Он прирожденный танцор. — Он стоял у последнего ряда кресел, жуя зубочистку в одном углу рта. Черная футболка и джинсы свободно болтались на его высокой, худощавой фигуре.
Каспиан крепко сжал мое бедро.
Сердце бешено колотилось в груди при звуке голоса Линкольна. Он собирается рассказать нашему отцу. Я не могла думать, не могла говорить, но каким-то образом я втягивала и вытягивала воздух из легких, заставляя себя держаться. Глаза брата встретились с моими, озорство плясало в их глубине, как огонь. Но я не двигалась. Я осталась стоять прямо перед Каспианом, готовая к тому, что произойдет дальше.
Линкольн продолжил, сделав несколько шагов вперед. — Слышал, что ты вернулся из ссылки, но не знал, что ты снова трахаешь мою сестру.
Каспиан отпустил меня и сделал шаг назад. Напряжение волнами накатывало и атмосфера вибрировала от него. — Это было одно. Еще раз проявишь такое неуважение к Татум, и я позабочусь о том, чтобы у тебя на другой щеке появился шрам.
Я издала придушенный вздох.
Линкольн провел пальцем по омраченной коже от виска до чуть ниже скулы. — Постарайся, красавчик. Я так и не смог поблагодарить тебя за первый раз. Девчонкам это очень нравится.
Мои мысли бегали кругами вокруг его слов. Поблагодарить его? О чем говорил Линкольн? О гонке? Он обвинил Каспиана в аварии? Итан был за рулем в ночь аварии Линкольна, и машина Каспиана тоже была в полном беспорядке. Почему Линкольн должен был винить его? Если уж на кого и злиться, то на Итана.
— Перестань быть придурком, Линкольн. Это был несчастный случай.
В воздухе воцарилась тишина, как только прекратилась музыка.
Каспиан сузил глаза и изучал мое лицо.
Затем Линкольн со смехом откинул голову назад. От злобы в нем у меня волосы встали дыбом. — О, черт. — Его глаза расширились, и он вытащил зубочистку изо рта своими татуированными пальцами. — Точно. — Он посмотрел на Каспиана, который шел по проходу к сцене. — Мы сказали ей, что это был несчастный случай. — Он сделал воздушные кавычки вокруг последнего слова. — Но ты бы этого не знал, потому что тебя здесь не было.
У Каспиана отвисла челюсть, когда его взгляд устремился на Линкольна. — Отвали. Ты знаешь, почему меня здесь не было.
Что, черт возьми, происходит? Почему Линкольн должен знать, почему Каспиан ушел, а я до сих пор даже не знаю?
Я сделала шаг к Каспиану. Мой разум кричал, но я заставила себя сохранять спокойствие. — О чем он говорит? Почему винит тебя в крушении? И почему он должен знать, почему ты ушел, а я нет?
— Хочешь сказать ей, или я должен? — спросил Линкольн.
— Я сказал, отвали. — Голос Каспиана был холодным и жестким.
— Оооо, вот оно, Ромео. Покажи ей, кто ты на самом деле. — Линкольн двинулся вдоль первого ряда и занял место в одном из кресел. Он поставил ногу в сапоге на колено. — Не могу дождаться представления. Жаль, что у меня нет попкорна.
— Я не играю в твои игры, психопат хренов. — Каспиан переключил свое внимание на меня и обхватил мое лицо руками. — Мы закончим это позже, обещаю. — Холод в его тоне исчез, когда он заговорил со мной, как будто переключился выключатель.
Я рассмеялась. — Ты обещаешь. — Верно.
Его глаза потемнели. — Если я не уйду прямо сейчас, я его поимею, и поверь мне, это не то, что тебе нужно видеть.