Что-то новенькое (СИ)

========== Часть 1 ==========
— Это не магазин, а Бермудский треугольник какой-то! Я в нем совсем потерялся! — бухтел Серый, однако его бубнеж услышан не был. Точнее, услышан он как раз был, потому что на Ленкином лице привычно дернулся отвечающий за раздражение мускул. А вот ответа не последовало. В последние пару часов Ленка дергала лицом все чаще, а своей реакцией Серого удостаивала все реже. — Лен, ну посмотри, ну мы тут уже третий раз проходим! Вот мимо этого розового разорванного лифчика на полу.
Ленка тормознула и развернулась к Серому всем корпусом. Уставилась на него, как на врага народа, и пошла в наступление:
— Сергей, ты понимаешь, что я все это для тебя делаю? Теряю свое драгоценное время, таскаюсь с тобой по распродажам, советы даю. И что мне вместо благодарности? Твое ворчание с самого утра?
При слове «распродажа» перекосило уже Серого. В жизни по сути существовали только две вещи, способные вывести его из равновесия: поломка старенького джипа Толика, прозванного так втихаря в честь дяди, от которого машина перепала в наследство, и необходимость переться в магазин за шмотками. Второе, слава богу, случалось реже, чем первое, поскольку от слова «распродажа» Серому становилось натурально плохо. И сегодня ноги бы его здесь не было, если бы не случилось страшное: любимые левисы предательски лопнули по шву, когда Серый наклонился пощупать подспущенное колесо Толика. Джинсов в гардеробе Серого было две пары: летние и зимние. Обе пары были левисами, обе обычного «джинсового» цвета и обе удобно заношены до уютной мягкости. Расставаться с ними у Серого и в мыслях не было. Поэтому потерю летнего джинсового брата-близнеца Серый воспринял как личную трагедию. Однако ходить с дырой на жопе было легкомысленно и даже опасно. И пока он малодушно размышлял, не решить ли проблему, напялив на себя зимнюю пару, его двоюродная сестра Лена, как и джип, появившаяся в его жизни посредством того же дяди Толи, вероломно воспользовалась его растерянностью и открытостью миру и затащила-таки в торговый центр с целью «расслабиться с помощью шопинга, обновить гардероб и что-то поменять». Со всеми тремя пунктами программы Серый был категорически не согласен. Меньше всего получалось расслабиться, ибо выбранное сестрой место было похоже на плацдарм для проведения военных действий. Серый с тоской огляделся вокруг: разной степени опрелости дамы атаковали вешалки и дрались за шмотки так, словно это была последняя партия противогазов, а снаружи только что жахнул атомный реактор. Мимо пролетел отряд мелкокалиберных мамы-папы-трех детей, которые сноровисто заняли очередь во все пять касс и теперь держали оборону локтями. У примерочной стоял грустный и практически погребенный под десятками вешалок с женской одеждой мужичок, а отдел женского нижнего белья, мимо которого они сегодня протопали уже три раза, выглядел так, словно тут был взорван автобус с выездной бригадой стриптизерш: трусики и лифчики всех цветов радуги, густо украшенные кружевами, фальшивыми бриллиантами и перьями кислотных расцветок, были свалены как попало на пол, частично растоптаны-разорваны и раскиданы по всему помещению.
Серый взмолился:
 — Лен, может, не надо со мной по распродажам! У меня одежды полно!
— Во-первых, нет у тебя никакой одежды, — с готовностью отозвалась сестра. Эту партию они исполняли не раз, а с завидным постоянством, по причине того, что с гардеробом Серого модница Ленка была категорически не согласна. — То, что я видела у тебя в шкафу, одеждой называться не может. Это какие-то тряпки, застиранные во времена твоего студенчества, да еще и выглядят так, словно ты ими же пол моешь. Ты посмотри на себя, а потом на меня для сравнения. Мы с тобой выглядим как кукольный театр.
— Почему кукольный театр? — задумчиво почесал затылок вешалкой Серый.
— Потому что я вечно самая нарядная и в луче прожектора, а ты весь в темно-неприметном с задником сливаешься, — огрызнулась Ленка и ловко сунула Серому под нос вешалку. — Смотри, какая прелесть.
  
— Что это? — попятился от вешалки, как черт от ладана, Серый.
— Это рубашка поло! — пока еще терпеливо объясняла Ленка.
— Мне не надо. Я в поло играть не собираюсь. Ни в водное, ни в конное, ни в водно-конное! — оскорбился Серый.
— Очень смешно, — состроила постную морду Ленка. — Примерь!
— Лен, она попугайская! — продолжал отступать под натиском Серый.
— Чего это она попугайская? — трясла выбранной вещью Ленка. — Она серая! Серая, как твоя жизнь. Серая, как ты сам, Серый!
— А это что? — взъярился Серый, перехватывая и победно тыкая вешалкой в Ленку. — Тут розовое!
— Тут маленькая полосочка на воротнике. Да ее почти не видно! — не сдавалась Ленка. — И вообще, сейчас все мужики розовое носят. Даже Бекхэм.
— Я не девочка розовое носить! — Серый торжественно постарался водрузить вешалку на место, но промазал. — И если ты не забыла, мы пришли покупать джинсы! Вот и давай купим джинсы!
Ленка закатила глаза и шумно выдохнула, показывая всем своим видом, что общение с ним сплошное мучение.
— Ладно, — решил сходить на компромисс Серый. — Давай еще носки купим.
— Могу я вам чем-то помочь? — подскочил к ним искусственно-вежливый продавец-консультант.
— Убейте меня, — с жаром повернулся к спасителю Серый. — Хотя погодите-ка!
Он порылся в кармане зимних джинсов и протянул продавцу смятую бумажку, на которой были накарябаны заветные цифры.
— Мне нужны джинсы Levi’s. Синие. Не голубые, не черные, не дай боже фиолетовые или зеленые. Обычные синие джинсы. Нормальные, понимаете? И чтобы ничего у них не было заужено, занижено или художественно порвано на коленках! Никакой аппликации, как в детском саду, блесток или прочего садо-мазо. Вот тут у меня записан номер модели.
Он для наглядности потыкал в бумажку пальцем.
— О-о-о, — протянул продавец, разглядывая написанное. — Классика! Но к сожалению, у нас таких нет.
— Как это нет? — не поверил в жестокую правду жизни Серый.
— Ну нет, — виновато развел руками продавец. — Их с производства сняли.
— А вы по компьютеру проверьте, — не терял надежду Серый и снова ткнул бумажкой.
— Я свой отдел как пять пальцев знаю, — обиделся консультант. — Но вы не переживайте, у нас много других моделей. Сейчас мы вам все подберем. У вас обхват талии какой?
— Вы мне зачем такие интимные вопросы задаете? — нахохлился Серый. — У меня талии отродясь не было, не надо мне льстить. У меня туловко сразу в ноги переходит, как у любого нормального мужика, так что не ищите. И даже если вы ее найдете, я вам ее обхватывать все равно не дам!
Ленка понаблюдала, как продавец бочком ретируется, и снова закатила глаза:
— Серый, скажи, ну неужели так сложно купить себе нормальную одежду? Не черную, не темно-синюю, а какого-нибудь более оптимистичного цвета, — с этими словами она снова загремела вешалками на стойке. — Ну вот смотри! Тоже прелесть!
— Опять прелесть? — Серый придирчиво помял рукав новой «прелести» и скорчил страдающую мину, сопроводительных слов к которой не требовалось. — Ты еще мне красно-зеленое в ромбик или, прости господи, в полосочку предложи! — все-таки подпустил он яду в атмосферу.
— Ну есть же мужики, которые нормально, стильно одеваются! — взорвалась наконец Ленка.
— Нету таких, — мрачно отреагировал Сергей. — Мужик должен уметь завалить мамонта и притащить его в пещеру. А это сложно делать в розовой «прелести» и в этих, как их… — он скривился от отвращения и процедил, оттопырив губу, — ск-и-и-и-ни или ху-у-у-д-и…
— Ну вон посмотри, как круто парень выглядит! — Ленка указала подбородком куда-то в глубину зала. — Не то что ты!
Серый глянул в указанном направлении. Там вокруг круглой, забитой до отказа яркими шмотками стойки двигалось нечто, одетое в узкие, короткие, открывающие голые тонкие щиколотки брючата и дутый, серебристый, слепящий глаза пуховик. Тоненькую шейку несколько раз обвивал клетчатый шарф, а неестественно светлые, почти белые волосы падали косой челкой, закрывая один глаз. Словно Лихо одноглазое из давно забытого детского фильма. И почти как тогда Серый с первого взгляда запутался — баба или мужик, запоздало сообразив, что все-таки мужик. Лихо придирчиво перебирал одежду, сдувая челочку с таким усердием, словно хотел выдуть ее на хер, что с такими губищами было вполне реально. Рот был воистину лягушачий. Глаза, кстати, в противовес губам были небольшие и какие-то дюже хитрющие. И вообще, во всем облике пижона было что-то неправильное, царапающее. Возможно, поэтому Серый завис, его рассматривая и прикидывая, что с парнем не так. Словно и правда не человек, а Лихо сказочное.