Маг без магии (СИ)

Я этот момент в мое окно прилетел камень. Хорошо хоть стекла не вставляли…
— ПОШЕЛ ПРОЧЬ, ВЫРОДОК!!!
О как. Я пожал плечами и выкинул камень в окно. Выродок, да?
— Крит?
— Ваша светлость, я тут… Ау…
Крит вновь появился из двери, но ему не повезло — именно в эту дверь запустили камень. И он получил им в лоб. Потерев пострадавшую часть тела, он выкинул камень, явно на что-то его заколдовав. Уж больно целенаправленно камень полетел… Ну да неважно.
— Крит, у этих людей слишком мало работы, и слишком много свободного времени. Объяви об введении двенадцатичасовых смен.
— Оплату труда повышать?
— Разумеется.
— Есть!
Он вышел в дверь… и тут же раздался голос магического глашатая.
— ВНИМАНИЕ НАРОДУ! ЕГО СВЕТЛОСТЬ ВВЕЛ НОВЫЙ УКАЗ В ДЕЙСТВИЕ! ОТНЫНЕ РАБОТА БУДЕТ ДЛИТЬСЯ ДВЕНАДЦАТЬ ЧАСОВ! ОПЛАТА БУДЕТ ПОВЫШЕНА! СОГЛАСНО НОВОМУ РАСПИСАНИЮ, ВСЕМ ЖИТЕЛЯМ ВЕРНУТЬСЯ К РАБОТЕ!!!
Народ недовольно забурчал, кто-то замахнулся камнем, но я оперся локтем на окно, и ласково улыбнулся этому человеку. Кажется, он понял, что прилетевший камень усугубит ситуацию, и швырнул его об землю. Слева раздался крик.
— Долой аристократию! Доешь свободную революцию! Свободу народу!
Чем тут занимается стража… Кстати, вон там двое полупьяных стражников.
— Стража.
— Че? Пшел наф…
— Уволю и казню.
— Че, ты кт… Ваша светлость! Просим прощения!
Как быстро они протрезвели. А этот все орет про «революцию»… Кажется, пора браться за Лампен серьезно.
— Схватить вооон того человека, отобрать документы, выпнуть из города, сказать, что он полностью свободен. Выполнять.
— Есть.
Крики о революции превратились в крики «братаны, вы че, рамсы попутали?!», а потом в грустный скулеж «верните бумажку, как мне налоги платить?». Вскоре крики затихли. Я практически уверен, что его не выкинули — так, по почкам надают. Не верю я в исполнительность этих пьянчуг.
Наконец, мы все-таки доехали до лазарета. Им оказалось довольно большое здание с кучей колонн, оформленное в белых тонах. Окна сверкали стеклами, а около дверей стояли стражи. Мои ребята нервно гладили рукояти пулеметов, высматривая каждый клочок пространства. Я вышел из кареты. Грязный плащ немного раздуло от ветра, открыв рукояти револьверов. Стражи дрогнули, и скрестили копья. Не понял.
— Это что?
— Нам запрещено пропускать бомжей. Топай, в помойке покопайся.
Они не видели, из какой кареты я вышел? Что же тут делал Аунифет, если до сих пор такая ситуация? Черт его дери… Я поднял угрюмый взгляд на стражей.
— Ты понимаешь, кому ты это говоришь?
— Какому-то бомжу. Пошел отсюда.
— Крит. Начальника стражи города сюда. Быстро.
= Будет исполнено, ваша светлость.
Стражи напряглись, когда из пустой кареты появился маг. Еще больше они напряглись, когда он там пропал. А спустя пять минут раздался топот копыт — прискакал начальник стражи.
Начальником оказался толстый, потный лысый мужик, с тонкими усиками и трясущимися руками. Он сполз с коня (который был просто счастлив этому факту), и внимательно осмотрелся. Раздался его хриплый, пропитый и прокуренный голос.
— Ну и хде этот граф?
Я хмыкнул, быстро выхватил револьвер и поставил ему на лоб.
— Совсем слепой стал, м? Отставку раньше пенсии хочешь?
Он замер, скосив глаза к переносице. Определив револьвер, он расплылся в нервной улыбке.
— П-просим прощения, ва-ваша светлость, в-вы столь редко тут бываете, что я еще не смог запомнить ваш б-благородный лик… Н-на вас напали разбойники? М-мы можем чем-то…
— Нет, не напали. Это — рабочий плащ. А теперь, капитан… Как там тебя?
— Луис, ваша светлость.
— Так вот, капитан Луис. У меня к вам есть несколько вопросов. Часть я задам сейчас, а часть… Крит, проверь состояние стражи города, составь полный отчет. Через полчаса отчет должен быть тут.
= Есть, ваша светлость.
— К-к чему такие жестокости? В-вы бы сказали, мы подготовили бы ш-шикарный бал, в-ваша светлость…
— Я ненадолго. Забрать жену.
— Ж-жену? Р-разумеется, позвольте, как её зовут?
— Ликатра.
 
— Лик… ЛИКАТРА?!
= Какой labris ruto hasatam [1]так орет?
Это донесся голос моей благоверной из окна второго этажа. Кхм. Мда, жену злить не стоит. Вскоре окно открылось, и она выглянула.
— Привет, дорогой. Ты приехал за мной?
— А за кем еще? Впрочем, по пути я решил решить некоторые проблемы. Сколько тебе нужно времени собраться?
— Недолго. Однако несколько слуг не помешало бы…
— Водители — помогите, а?
= Как скажите, ваш бродь.
Водители вышли из бронекарет… и уперлись в перекрещённые копья. Стражники стояли белые, как мел, но продолжали упорствовать.
— У нас это… приказ…
Я хмыкнул.
— Лика, тебя тут не уважают.
— Ой, да беда что ли? Ну полетят пара голов с плахи, одной больше, одной меньше, не правда ли?
Стражники побледнели еще сильнее, и начали умолять.
— В-ваша светлость, молим вас — нас же накажут…
Я вздохнул, и обернулся к капитану стражи.
— Что это за неподчинение сюзеренам? Бунт? Да в ваших рядах, капитан. Вы же…
— ИДИОТЫ, НЕМЕДЛЕННО ПРОПУСТИТЬ!!! Ва-ваша светлость, какой бунт, д-досадное недоразумение, м-мы ведь можем договориться?
— Договориться? И что ты можешь предложить?
Он расцвел и наклонился чуть ближе ко мне.
— Г-господин, в наших тюрьмах содержатся самые красивые дамочки этого города, а еще есть редкие вина и другие… удовольствия. Есть даже ирийские вина!
— Вот как… Я учту это на будущее. Можете считать, что мы договорились. Но на будущее. Сейчас мне нужно отвезти жену.
— Да-да, разумеется.
Капитан быстро успокоился, и даже смел смотреть на меня хитрым взглядом, мол, «все вы, аристократы, одинаковы». Однако когда Лика с детьми и вещами спустилась и устроилась в карете, появился Крит с большой папкой бумаг.
— Ваша светлость, ваш приказ выполнен.
— Прекрасно. Дай краткий отчет.
Капитан, до того ходивший гоголем, подобрался.
— Согласно планам, что я нашел в главном здании стражи, в сейфе капитана…
Капитан остолбенел.
— … под шкаликом дорогущего вина…
Капитан вновь начал бледнеть
— … в городе должно быть расположено около семидесяти пяти постов охраны. Однако в квартальном отчете указано уже триста двести один. Ну да неважно. Из этих семидесяти пяти активны сейчас лишь три. Остальные посты пусты — их стражи или пьяны, или развлекаются в тюрьмах с пленницами, или…
— Достаточно.
Я постепенно закипал. Однако я заставил себя натянуть улыбку. Нужно не спугнуть капитана… А потом схватить их всех за задницу.
— Капитан, вы не врали. У вас и правда прекрасные погреба с вином. Не против, если я приеду на следующей неделе… М-м-м, пожалуй, инкогнито?
Капитан быстро закивал.
— Р-разумеется! Б-будем ждать!
Жди-жди. Я поднялся в карету, и шепнул Криту:
— Проследи за ним. Попытается сбежать из города — парализуй и брось в их темницу.
— Понял.
Наконец, я уселся рядом с Ликой. Детей закрепили в специальных корзинках — так их меньше будет укачивать. Пока что трудно сказать о них что-либо. У одной четче выражены эльфийские черты — острые уши, другие ресницы. А у второй и правда смесь — уши острые, но значительно меньше. Больше я ничего не видел — корзинки были в два раза больше самих детей, и это пространство уложили кучей ткани. Видимо, чтобы мягче было. В общем, я видел только лица. Но дети сейчас спали. Сама же Лика почти сразу легла мне на колени.
— Сидеть так больно… И черт с ней, с репутацией.
Я хмыкнул.
— И то верно. Только аккуратней, здешние жители почему-то любят метать камни.
— Я знаю. Это влияние Аунифета. Он задушил народ налогами, и втаптывал их в грязь. Учитывая, что правил он тут несколько столетий, у местный уже родовая ненависть к аристократам. Я пыталась это изменить, но все бесполезно. Любой нанятый из этого города человек тут же становился таким же, как капитан стражи. Потому что они все жаждут денег и власти, ничего более. А приглашать людей из других провинций не получалось. Мои соседи не отдадут человека просто так, а твои мастера были заняты войной, а потом стройкой.