Айрин, графиня из Бездны. Книга 2 (СИ)

— Скажу, что убитый — плохой пример для торжества закона. Уверен, когда вся история выйдет наружу, этот факт остроумно обыграют.
— А как насчет того, что вас повесят?
— Сомневаюсь. Зато какие пойдут разговоры среди знати! Кажется, вы два года назад засадили брата Сент-Арона? Представьте, что он скажет королю, когда узнает, что следователи берут деньги направо-налево и сажают невиновных людей? О, я думаю, немало вельмож его поддержат.
— Вы меня шантажируете?
— Я лишь хочу сказать, что по роду своей службы вы нажили немало врагов, и сейчас — не лучший повод давать им выговориться. У вас давно не было успехов, Лекруа.
— Вы думаете, я испугаюсь? Думаете, убийство Риза сойдёт вам с рук?
— Назовите цену.
— Что? — барону показалось, что он ослышался.
— Я верю в ваш разум, Лекруа. Сейчас вы выбираете между бессмысленным скандалом, который еще неизвестно по кому ударит сильнее, и моей признательностью,
Лекруа молчал, обдумывая услышанное. Правильный ответ пришел к нему сразу же, и он возненавидел и себя, и гвардейца.
— Вы соврете, чтобы оправдать преступление?
— А мне и не нужно врать — ответил Кейсар — Я скажу правду — что кто-то заподозрил вашего следователя в подлоге. Вывез его и напоил. Что пьяный следователь во всем сознался. Даже посмеялся над угрозами рассказать обо всём королю. Что он набрался наглости и требовал деньги за молчание. А в конце концов попытался бежать, неудачно облокотился на стену — и погиб.
— Это ложь.
— Знаете, что самое печальное? — шевалье посмотрел барону прямо в глаза — Почти всё — правда, от первого до последнего слова. Может, я сгустил краски — но всё так и было. Такие вот у вас служащие, господин барон. И мне будет ничуть не жаль, если мы не сумеем договориться. Когда об этом станет известно, благородные со всего королевства объединятся и взвоют, и вой этот будет преследовать короля, пока он не кинет им кость. Какую — это уж полагаюсь на ваше воображение.
— Но вы этого уже не увидите. Вы, шевалье, к тому времени будете болтаться в петле.
— Достойная цель, но уверены ли вы в ней? Приговор выносит суд, а не вы, господин следователь. Что-то мне подсказывает, что даже если у вас получиться кого-то обвинить в убийстве, он отделается штрафом и несколькими годами в тюрьме. Но тогда и от вас не отстанут, пока не втопчут в грязь.
Раскрасневшийся следователь, опустившись обратно в кресло, из которого он привстал в пылу спора, вытер пот со лба и задумался. Шевалье напряженно следил за его лицом.
— Да будет так, — наконец произнес барон — Вы победили, шевалье Кейсар. Но клянусь Светом и Изнанкой, клянусь Бездной и Четырьмя Сотворенными, клянусь всем, что мне дорого — я никогда не забуду этого убийства.
— В свою очередь, господин барон, — поклонился Рейдел, принимая проклятие — Клянусь, что всегда буду помнить о вашем благоразумии.
С этими словами шевалье вышел, а дрожащий от ярости Лекруа остался сидеть на своём месте, обхватив голову руками.
— Тварь. — прошептал Лекруа. На мгновение, лишь на одно мгновение хладнокровие изменило ему, и барону отчаянно захотелось увидеть, как корчится шевалье и эта проклятая девчонка, Роу, под ножами его следователей. Но миг слабости быстро прошел, и распоряжение в Плесиль было продиктовано Разумом.
— Айрин Роу, — объявил капитан Боуден, распахивая дверь в камеру — С тебя сняты все обвинения.
Аури молча смотрела на него, осмысливая услышанное.
«Видишь? Признай, мы на одной стороне».
— Иди домой и отдыхай, Роу, — добавил капитан — А завтра… или послезавтра, приходи на службу.
— А что там с убийством следователя? — голос наконец вернулся к Айрин.
— Тебе-то что за дело? — выступил командир Виндор — Ты сидела в камере и уж точно к нему не причастна.
«Они бояться тебя. Попробуй, проверь их, и увидишь свою силу. Узнаешь, насколько ты выше их».
— Как знать, как знать, — отвечала Айрин, выходя из камеры. Она прошла сквозь столпившихся стражей, и каждый отпрянул от неё.
«Видишь? Лишь страх перед твоей силой».
— Что ты имеешь в виду, Роу? — насторожился командир — Что значит — «как знать»?
 
— А где моё оружие? — подойдя к столу, спросила Роу.
— В кладовке, — отозвался Дим Соуден — Принести?
— Да, принеси, — кивнула Аури стражу и обернулась к начальнику — Я просто хотела сказать, что была не одна, и что мне помогли.
— Айрин! — предостерегающе крикнул Райт, но остальные уже насторожились.
— И кто же тебя помог, Роу? — вкрадчиво спросил начальник.
— Бездна — ответила девочка.
«Правильно. Скажи им правду, пусть они узнают».
— Все слышали, что я призывала её в помощницы? Все слышали, что я пообещала убить следователя с её помощью? Так вот она исполнила мою просьбу.
Командир, охваченный гневом и злобой, оглянулся на стражей. Те, застыв, со страхом смотрели на девочку.
«Он ничего тебе не сделает».
— Хорошая сказка, Роу, — прошипел Виндор и вышел из темниц.
А Айрин, облокотившись о стол, ждала, пока ей принесут оружие. И когда Соуден принёс копьё и дротики, девочка схватилась за них, ощущая, как к ней возвращается спокойствие.
«Ты права. Вот она — сила».
Роу не торопясь рассовала дротики за пояс, повесила чехол за спину, и повела плечами, доставая копьё. А затем зашла на половину с темницами.
— Слышали?! — Айрин медленно обернулась вокруг, оглядывая заключенных за решётками и стражей у стен — Бездна вывела меня отсюда — и я задолжала ей одну душу. Я пообещала, что кто-то умрет самой мучительной смертью! Что я вспорю ему живот и намотаю внутренности на копье!
Она положила острие копья на решетку и провела по ней. Металл застучал о металл, и неспешная звонкая трель прозвучала в темницах.
— Кто готов сразиться со мной?
Ответом ей было гробовое молчание.
«Видишь? Я с тобой — и никто не смеет поднять на тебя взгляд».
— Ну же, смелее! Я слышала так много голосов по ночам — и ни одного при свете дня?
Стражи и заключённые молчали, охваченные суеверным ужасом. Тогда Аури подошла к решетке, за которой сидел Зверь.
— Ключ и твой меч — обратилась она к стоявшему рядом Грегу Расулу. Тот, вытаращившись на нее, перевел взгляд на капитана Боудена.
— Айрин… — начал тот, но девочка перебила его.
— Клянусь, Грег, ещё раз ослушаешься — и я принесу в жертву тебя. Ключ и меч, живо!
Страж, повинуясь то ли её словам, то ли кивку начальника, отдал требуемое. Аури отперла решетку и швырнула меч в камеру. Зверь, отступив к стене, лишь посмотрел на оружие.
— У тебя копье. Это будет нечестный бой.
— Конечно! — расхохоталась Аури, заходя в камеру — Никто и не говорит о бое, это будет жертва! А ты ожидал, что я войду к тебе с голыми руками? Это, по-твоему, честно? Ну же, бери оружие.
Зверь не двинулся с места. Все вокруг затаили дыхание.
— Хорошо, давай так — воскликнула Айрин и отбросила копье в коридор. Металлический наконечник звонко ударился о каменный пол — а в руках у девочки оказался один из её дротиков
— Так будет честно, а?
Налитыми кровь глазами Зверь смотрел на девочку перед собой. Макушкой она едва доставал ему до груди. Он был втрое тяжелее её. Удар его кулака — хороший ли, плохой — выбьёт из неё дух. Один лишь удар. Они оба не отрывали взгляда друг от друга, и в тишине раздавалось их учащённое дыхание. Никто не посмеет вмешаться в их бой. Один удар. Дротик — ну и что с того? Что такое дротик? Полоска металла длиной в ладонь. Что она может сделать? Сколько раз сумеет его порезать? Один удар — и всё закончится. Ну же!
Айрин видел, как Зверь заколебался, как блеснули его глаза — но он остался на месте. И тогда она развернулась к нему спиной и шагнула из камеры.
— Может быть, кто-то из вас готов сразиться со мной? — выкрикнула Аури, раскинув руки и обводя помещение взглядом. Спина её едва не загораживала проход в камеру — Мне нужна кровь, и неважно, чья! Ну же, вы столько раз орали, что хотите встречи, что хотите моего тела — а что теперь?