Айрин, графиня из Бездны. Книга 2 (СИ)

— Боюсь, у меня сейчас нет лишних средств — пожал плечами Йоркдейл — Я всё вкладываю в эту крепость.
Велингвар расхохотался, запрокинув голову, а герцог испытал острое желание забить одну из бутылок барону в глотку.
— Ваша крепость… ахаха! Как же вы её достроите? Но моя… — барон, перестав смеяться, махнул рукой по столу, опрокидывая всё, что стояло на нём — Вот так вот моя крепость займёт всё! Слышите? Всё! Это станут земли Велингваров, отныне и во веки веков. Она будет там, на востоке… — барон вскочил со стула и угрожающе ткнул рукой в стену.
— Спокойней, барон, — Йоркдейл подхватил готового рухнуть Велингвара и усадил обратно за стол — Что вам за радость с этой земли? Она скупая на урожай, и в ней больше камней, чем почвы.
— Не понимает, — не поднимая глаз, прошептал барон — Никто не понимает. А я — вскинул барон голову — Смог! Когда земля станет моей, вы все увидите… да, увидите…
Сознание окончательно покинуло Велингвара, ноги подогнулись, и он рухнул на пол.
— Наконец-то, — герцог, наполнив свой бокал вином, отсалютовал бесчувственному телу под столом, выпил, и лишь затем подошёл к своему гостю. Быстро обыскав его и не найдя ничего ценного, Йоркдейл направился в комнаты барона. Одновременно с этим гвардейцы герцога, исполняя его приказы, бросились в соседние дома за нужными людьми.
Наутро Велингвар, щурясь на свет, сидел за столом и хмуро ковырял вилкой в тарелке. Под глазами у него темнели круги, а лицо расчертили несколько наскоро заживлённых царапин. Напротив, герцог был свеж, приветлив и расспрашивал барона о его планах. Барон отвечал односложно, часто невпопад. После завтрака Велингвар, сославшись на самочувствие, отправился в свою комнату, где пробыл до обеда. И лишь когда часы пробили трижды, он со своей свитой покинул безымянный посёлок, сухо попрощавшись с герцогом. Тот же, проводив гостя, тут же сам начал собираться в дорогу.
Оплот Света — так называли столицу Септимии — являл собой скалу высотой в семь сотен метров. Когда люди обнаружили её после Разрушения, скала уже была изрезана многочисленными ходами. Люди расширили, приукрасили, пробили новые окна, перестроили её снаружи и изнутри, добавили лестниц и подъёмников — и получился настоящий город. Внизу раскинулся второй — Основа — питающий Столп и обеспечивающий столице комфорт и удобства.
Четыреста лет назад на вершине построили Королевский дворец и Церковь Света. Между ними устроили и засеяли плодородное поле. Позже, когда Септимия разбогатела и обрела могущество, на нём разбили сады и лужайки.
Помимо Вершины и Основы, Оплот имел четыре уровня. Йоркдейлы проживали на третьем, хотя давно могли поселиться на Вершине по соседству с королём. Тут, в покоях Йоркдейлов, постоянно находился глава семьи, и тут же принимались самые важные решения. Сюда герцог отправил скопированные чертежи, чтобы принц Лотор Йоркдейл, его отец, мог с ними ознакомиться и проверить. Сюда же он отправился и сам.
Герцог приближался к дому с тяжёлым сердцем. Он не был там три года. И вряд ли сейчас его ждал радушный приём. Прибыв на место, равнодушно пройдя через Основу и поднявшись к себе на одном из сотни подъёмников, герцог, в ожидании встречи с отцом, избегал многочисленных родственников. Это было несложно — размер владений Йоркдейлов вдвое превышал королевский дворец Ортенфлоу.
Принц Йоркдейл принял сына в одном из личных кабинетов. Вежливо поприветствовав герцога, принц сразу приступил к обсуждению дел. Генрих, отвечая на вопросы, чувствовал, как дрожат у него колени.
— Так откуда у барона эти чертежи?
— Кажется, из Итании, — неуверенно ответил герцог — Они и вправду чего-то стоят?
— Стоят, — кивнул принц — Он молодец, твой барон. Мы ведь тоже могли их получить. Но разве нас интересуют чертежи какой-то там крепости? Нет, нам нужны свои люди в правительстве Итании. В Штабе. В Собрании. Мы смотрим на всё сразу — и не замечаем мелочей. А Велингвар в два счёта придумал, как использовать новую тактику — и начал действовать. Будь уверен, он продолжит продвигать ересь, едва прибудет в королевство. И выжмет максимум из этих записей. А ты? — внезапно спросил принц.
 
— Я? — растерянно переспросил Генрих.
— Да, ты что намерен с ними делать?
— Построю крепость раньше барона, — решительно заявил герцог. Эта мысль пришла ему в голову в тот момент, когда среди чертежей он увидел рисунок крепости. Она была даже лучше, чем Генрих себе представлял — Построю, а затем добьюсь от Веласкера право собственности лет на двадцать.
Принц молча разглядывал сына, и герцог, в голове перебирая десятки ехидных замечаний, молча сидел, опустив голову.
— Я перестал возлагать на тебя надежды много лет назад — наконец заговорил принц Лотор — Но когда Эстер добыла тебе место мэра Прайбурга, я воспрял духом. Самый крупный город в Королевствах, самый безопасный, полностью подконтрольный. Казалось бы, что может пойти не так? Но ты умудрился и здесь оплошать. Ты довел город до мятежа!
— Я не виноват…
— Молчи! — резко оборвал принц Йоркдейл сына — Это же уму непостижимо! Взорвана королевская тюрьма. Король вешает благородных. Тысячная толпа штурмует королевский дворец. Ты — едва не растерзан в клочья! И в заключении — эта позорная сцена с пятью золотыми.
Герцог, молча выслушивавший все упрёки, удивленно поднял голову на последних словах.
— А это здесь при чём?
— Мой брат получает доход с каждого третьего корабля в Крайнем море — продолжал говорить глава семьи, не обращая внимания на вопрос сына — Твой двоюродный племянник готовится стать Архиепископом Баури. Моя тетка может — может! — войти в Городской Совет Лоретайна. Но весь Мистгранд теперь говорит только об одном Йоркдейле — том, что едва не разрушил Прайбург.
— Приятно оказаться лучшим в нашей семье, — улыбнулся Генрих. И тут же замолчал, видя, как меняется лицо отца. Тот, словно боясь, что не выдержит, стремительно поднялся и подошел к окну. Оттуда открывался изумительный вид на земли Септимии, но вряд ли принц любовался ими. Герцог с тревогой следил за отцом, проклиная себя за неумение молчать. Наконец Лотор вернулся за стол и продолжил разговор.
— Знаешь — спокойно заговорил принц — Твоя идея с крепостью — хороша.
— Правда? — оживился герцог.
— Правда — кивнул принц — По видом оборонительных сооружений построить оружие, накрывающее земли соседнего государства — это очень хорошая идея. Он ведь хотел строить её на востоке?
— Верно, — кивнул удивленный герцог. Хотя общая идея ускользнула от понимания Генриха, у него хватило ума не переспрашивать отца.
— И предложи её Персон, или Старленд, или Визерия, да хоть Эстер — я бы сразу согласился. Но ты… — принц вздохнул — Что, если завтра тебе надоест твоя затея? Молчи! Что, если ты проиграешь её в карты? Устроишь в ней очередной притон? Продашь по дешевке? Молчи, я тебе говорю, и не клянись понапрасну! Мы оба знаем, что ты на это способен. Что же мы потеряем в таком случае?
— Семьдесят тысяч — не поднимая взгляда, промолвил герцог.
— Семьдесят тысяч, — повторил принц — И немного уважения.
Герцог молчал, не осмеливаясь возразить, и Лотор Йоркдейл, вздохнув, указал рукой на дверь.
— Я должен обдумать это. Приходи за ответом после ужина.
А в это время наступал миг, предсказанный Архиепископом Митендории. Барон Велингвар вернулся в королевство, и, отчитавшись правителю, готовился произнести речь. В одном из залов королевского дворца в Ортенфлоу расположились более сотни благородных поданных. Король со своими советниками сидел возле трибуны, за которой собирался выступать барон, а позади разместились важнейшие люди Митендории. Ожидалось, что Велингвар объявит королевскую волю в отношении Свободных Земель. Коридоры дворца гудели от наполнивших их людей — не сумев попасть на выступление, они готовились узнать новости из первых рук.
И вот, убедившись, что все приглашенные заняли свои места, и всё внимание приковано к нему, королевскому секретарю, барон Велингвар, поприветствовав собравшихся, приступил к своей речи.