Айрин, графиня из Бездны. Книга 2 (СИ)

— Нет, нет, барон, что вы! — возразил король — Слишком уж сильные слова, вы не находите? Скорее, это походит на возвращение к прежнему порядку. В самом деле, барон, в последнее время вы слишком увлеклись внутренними делами королевства, и позабыли о своих обязанностях.
— Но ведь я…
— Что касается вашего строительства — продолжил Веласкер — То надеюсь, что вы его закончите и обернёте к своей пользе. В этом вопросе — я полностью на вашей стороне. К тому же, барон, вам будет выплачено вознаграждение за ваши труды.
В глазах барона блеснула надежда. Он вскинул голову, обращаясь к королю
— Ваше величество, но ведь мне не достроить фабрику, если я лишусь своих привилегий на перевозки
Король в замешательстве переглянулся с Архиепископом и секретарём, а затем снова посмотрел на барона.
— Знаете, господин барон, вы правы… Тут, пожалуй, мы можем сделать некоторое исключение и оставить за вами право на провоз товаров — до окончания строительства, разумеется.
Сазерленд покраснел от гнева, а Уоренгейт сделал порывистое движение, будто бы желая возразить. Но стоявший рядом Архиепископ Хаш удержал графа.
— Всё и так идёт превосходно, не так ли, господин мэр? — прошептал служитель графу — К чему требовать большего?
Архиепископ был прав. Приём закончился, и Веласкер поднялся с трона. Любая просьба сейчас могла обернуться против просителя.
Король покинул зал, а вслед за ним потянулись и придворные. Всем им не терпелось рассказать родным и близким о сокрушительном падении барона. Лишь немногие бросили сочувственный взгляд Велингвару. Никто из них, правда, не осмелился подойти к поверженному.
Но барону и не требовалась поддержка. Велингвар начал действовать спустя считанные минуты.
— Господин епископ, могу я к вам обратиться? — подошел он к служителю Эноби, когда тот уже направлялся к выходу из замка.
— Да, разумеется, господин барон, — кивнул растерянный епископ.
— Не буду ходить вокруг да около. Я знаю, вы имеет немалый вес в Церкви Разума.
— Ну что вы, господин барон…
— Могу ли я сделать что-нибудь, чтобы рассчитывать на вашу поддержку?
— Поддержку в чём?
— Когда моё производство будет построено, мне нужны будут покупатели. Если Церковь одобрит мои дела…
Несмотря на всё, что было сделано, Эноби не мог не восхититься бароном. Часа не прошло с его падения, а этот человек всё принял, пережил и уже строит новые планы.
«Поистине, Изнанка выбрала достойного слугу».
Но Велингвар был обречен. Эноби хорошо помнил слова Архиепископа о противостоянии Света и Изнанки. А значит, глупо было бы упустить такой шанс. Не часто можно забрать награду без обязательств.
— Я бы мог замолвить за вас слово — сказал Эноби — И даже поручиться. Но, как вы понимаете, услуга за услугу.
— И что же от меня требуется? — слабая надежда зажглась в устремленных на священника глазах — Золота?
— Возможно.
— Видите ли, служитель Эноби, — замялся барон — С деньгами у меня сейчас плохо. Но я могу привезти для вас грузы из Свободных земель. Эту привилегию мне оставили.
«Возможно, так будет даже лучше» — подумал епископ, но не подал вида.
— А как же награда, обещанная вам королём?
— Боюсь, она вся уйдёт на оплату моих кредитов. Как и некоторая часть моего имущества.
— Прискорбно, господин барон, весьма прискорбно, что вы стеснены в средствах — вздохнул Эноби — Вы понимаете, что я, служитель Церкви, не силён в вопросах перевозок и торговли. Впрочем, я подумаю, что можно сделать
— О, благодарю вас, господин епископ, — с жаром произнёс Велингвар и низко поклонился.
До вечера весть о падении Велингвара разлетелась по всему городу и вызвала настоящую панику. Многие тут же ринулись к дому барона, стремясь забрать вложенные деньги. Другие, наплевав на золото, молили отдать им подписанные бумаги. Самые осторожные покинули город, опасаясь преследований со стороны Церкви. Велингвар целый день принимал посетителей, а вечером вновь отправился в замок.
Начало ужина прошло пристойно. Король с семьей сидели за отдельным столом, стоявшим во главе двух остальных, вдоль которых расселось сотня придворных. Члены Королевского Совета расположились ближе всех к королевской семье, в то время как Велингвара посадили едва ли не в конце стола. Казалось, это вовсе не смутило барона, но чем дальше, тем больше он пил, тем громче звучал его голос, тем больше проявлялось в нём недовольство, и гости начали надеяться на достойное продолжение утреннего приема. И когда барон поднялся с горящими глазами, все взоры обратились на него.
 
— Я хочу выпить за нашего правителя, — подняв кубок, произнес Велингвар — За его верных слуг и поданных, готовых заплатить любую цену, лишь бы исполнить его желание.
В зале воцарилась тишина. Гости, слишком испуганные, чтобы выразить хоть какое-то мнение, смотрели на короля, который выслушал тост барона с невозмутимым лицом.
— Я разделяю ваши мысли, барон — по залу разнесся сильный голос, и все повернулись посмотреть на храбреца — Я также пью за нашего повелителя, его слуг и его верных поданных.
Архиепископ Прайбурга поднял свой кубок. Король одобрительно кивнул, и со всех сторон зазвучали голоса.
— За нашего повелителя!
— За его слуг!
— И верных поданных!
Все подняли и осушили свои кубки. Но барону этого показалось мало.
— А, господин Архиепископ, так вы согласны со мной? — произнес он, ставя пустой кубок на стол — Жаль, что мы не сошлись с вами в остальном. Например, по поводу развития королевства. А что? Вы славно постарались, лишая нас будущего! Сговорились с Йоркдейлом. С Сазерлендом! Всё, чтобы остановить прогресс, верно? Думаете, они против меня? — барон обвёл взглядом всех гостей — Нет, они против будущего! И уничтожат любого, кто будет им мешать.
В рядах гостей возник и начал нарастать тревожный шум. Никто не ожидал, что слова барона окажутся настолько резкими.
— А вы, Йоркдейл! — нетвердой рукой Велингвар указал на герцога — Думаете, победили? Уже мечтаете, как сядете в свою крепость? Они убьют и вас! Причём здесь, в столице, пока им помогают власти.
— Ну это уже слишком, — воскликнул граф Уоренгейт и посмотрел на короля. Тот кивнул и сделал знак гвардейцам. Солдаты направились к барону, но он, ничего не замечая вокруг, продолжал речь.
— Я уже сражался с убийцами — под стенами королевского дворца! А где с ними сразитесь вы? Может, в стенах родного дома? А? Убийцы ведь и там вас достанут! Они поднимут руку на кого угодно. Кого угодно — и им не помешают бумажные защитники! — с этими словами барон указал пальцем на шевалье Йериона. Тот на мгновение растерялся, но тут же покраснел от гнева. А барон, завидев приближающихся солдат, сам начал выбираться из-за стола.
— Думаете, одолели меня? Думаете, остановили? Ничего подобного! Вот увидите! Приходите посмотреть, если не испугаетесь. Я всех приглашаю! Слышите? Всех!
Барон поклонился королю, и, едва держась на ногах, в сопровождении гвардейцев покинул зал под гул встревоженных голосов.
— Удобный момент засадить барона обратно в тюрьму, — прошептал епископ Хаш своему брату.
Но барону позволили без помех покинуть дворец и отправиться домой. Его выходка стала предметом обсуждения до конца ужина. Все сошлись на том, что Велингвар растерял и те крохи королевского расположения, что у него оставались.
— Пропащий человек, — говорили многие, осуждающе качая головами, но втайне радуясь, что увидели такое зрелище.
Впрочем, не все разделяли это мнение. Когда ужин закончился, епископ Эноби, скорчив скорбную мину, подошёл к герцогу Йоркдейлу.
— Очень жаль, герцог, что вам пришлось выслушать все эти глупости.
— О, ничуть. После сегодняшнего приёма у кого угодно нервы сдадут. Не каждый день тебе ломают жизнь. Но барон — из крепкой породы. Думаю, он возьмёт себя в руки и доделает свое производство.
— Кто знает, кто знает, — покачал головой епископ.
— О, я в этом уверен. Даже отменил все дела, чтобы присутствовать на испытаниях.