Она (не) твоя (СИ)
― А может, узнала? ― прищурилась Диана. ― Любовницы ― еще те змеюки, все про жен знают. А у тебя на странице немало фоток. Достаточно, чтобы изучить тебя со всех ракурсов.
― Ой, нет, ― отмахнулась я. ― Эти девицы даже не смотрели в мою сторону. И вообще не заметили, наверное. Не до меня им было, обсуждали колечки и предстоящий ужин в ресторане. Да и сама подумай: если она меня узнала, то стала бы говорить про ужин в ресторане, про кольцо и шубу? А потом еще и поцеловала его, зная, что жена в зале? Ну, чушь ведь, Диан, ― усмехнулась я.
― Наивная ты моя… ― покачала головой подруга. ― Приготовься, сейчас я открою тебе планету под названием "Хитрожопые любовницы".
Диана, откинувшись на спинку стула, скрестила на груди руки и принялась объяснять как ребенку.
― Баба, которая хочет увести из семьи мужика, именно так бы и поступила. Мол, а вот и случай как раз подвернулся, сейчас-то я и отошью от него женушку, ― прощебетала она не своим голосом. ― Вспомни Катюху Леванову, она к жене своего любовника на работу заявилась, чтобы сказать, что он ей с ней изменяет. А ты говоришь, она тебя даже не заметила. Не верю! Это был продуманный план, детка! ― решительно заявила Дианка и продолжила:
― Больше скажу, эта крыса отлично знала, когда и в какой цвет ты покрасила волосы, в каком ресторане обедала и какие торты пекла для заказчиков! Все она о тебе знает, потому что следит за тобой в соцсетях, и точка!
― Думаешь?.. ― покусала губу я.
― Будь уверена в этом на сто процентов! Она знала, что ты сидишь в раздевалке, и нарочно заговорила обо всех этих подарках, и о том, что ее благоверный уезжает в командировку, ― скороговоркой говорила Диана. ― А потом, чтобы ты поняла, от кого подарочки, подошла и поцеловала его прилюдно. Ведь если у Романова есть голова на плечах, то навряд ли они так открыто ведут себя на людях.
― А вот тут ты не права! ― возразила я. ― Мне мой тренер сказала, что они всегда вместе приходят, вместе уходят и ведут себя как пара.
― А-а-а… Даже так? ― раскрыла рот Дианка. ― Ну, тогда и сказать тут нечего. Подонок он неблагодарный! Но про то, что она поняла кто ты, даже не сомневайся, ― голосом профессора изрекла Диана. ― Вот и пусть забирает себе этого шляндру. Нам такие мужики не нужны. Знаем, что из этого выйдет, правда? ― ободряюще выпрямилась она и вздернула подбородок. ― Подожди, подожди, будет еще локти кусать, когда опомнится, на кого тебя променял.
― Будет ли?.. ― горько усмехнулась я, вспомнив кукольную внешность Маши.
― Ну-ка покажи мне эту фифу. Гляну хоть, чего из себя представляет.
Я открыла страницу Маши в инстаграм и подала телефон Дианке.
Подруга молча рассматривала ее фото. Сказать, что уродина ― не сказать, сказать, что сисек нет ― тоже не сказать, там твердая тройка, и ноги у нее от ушей, и красивый цвет кожи и улыбка как в рекламах зубной пасты. Одним словом, к внешности точно не придерешься, поэтому Дианка и выдала:
― Ну, курица-курицей, чего тут еще скажешь.
Она полистала дальше и шумно вздохнула, глядя на одно из фото.
― Хм, и подруга ей под стать. Тоже сисяндры силиконовые и губы как будто пчела ужалила, ― хохотнула она. ― И чего на таких мужики ведутся?
Я наклонилась через ее плечо, чтобы посмотреть на подругу Маши, с ужасом округлила глаза и в следующую секунду выронила из руки стакан с водой.
Глава 7. Кто сказал, что женщины ― это слабый пол?
«А вот и его барышня. Маша вроде. Давно сюда ходит. Красотка, да?» ― воскресила я в голове слова Юли.
Потом память услужливо окунула меня в наш телефонный разговор.
«Я ведь и подумать не могла, что это ваш супруг», «ведут себя, как парочка! И приходят вместе и уходят», «ну, скажу вам, и бессовестная эта Савельева!» ― сказала тогда Юля, а теперь я видела на фото, как она чокается с ней бокалом.
― Ну что, милая моя, сейчас-то хоть поняла, что весь этот цирк был спланирован? ― заметая на совок осколки стакана, спросила Диана и, подняв на меня взгляд, выгнула дугой бровь. ― Ты ж, когда на тренировку записывалась, назвала свое имя и фамилию, так?
― Угу… ― Я задумчиво качнула головой.
― И твоя тренерша тут же смекнула, кто ты, ― уверенно сказала подруга и, подняв совок, пошагала по кухне. ― А потом передала своей подружке Машеньке, что вскоре на тренировку придет жена ее любовничка.
Я набрала полную грудь воздуха и медленно выдохнула.
― Видимо, все так и было…
― И дату она ей сообщила и время, когда придешь в спортзал. А та тебя и поджидала в раздевалке, чтоб как бы невзначай заговорить с подружкой о подарочках и о парне, который вот-вот уедет в командировку. Ну, чтоб нашему Темушке было не отмазаться, когда ты его застукаешь с ней.
Подруга вытряхнула осколки в мусорный мешок, захлопнула шкаф и, развернувшись, загадочно улыбнулась, глядя на меня.
А спустя несколько секунд продолжила:
― Какого сорта лапшу он тебе на уши навесил? Мол, эта курица ― подружка Зверева?
Я кивнула.
― И ты бы поверила в это! Но наша Машенька зна-а-ала, что ты слышала ее разговор с подругой и понимала, что подобные отмазки попросту не про-ка-тят. Молодец! ― восхитилась она. ― Разом пристрелила двух зайцев: и жену отшила, и для Темушки осталась невиновной. Догадывалась, стерва: предъявить ей он ничего не сможет. Потому что наша Машенька что ему сказала? Правильно! ― воскликнула Диана и запищала, хлопая ресницами:
― Темушка, ну ведь у твоей жены на лбу не написано, кто она. А обсуждать с подругой колечки и шубки мне никто не запрещал.
Диана все разложила по полочкам, вот только в голове это никак не укладывалось.
«Бог ты мой, на что способны женщины в борьбе за мужчину!» ― с ужасом подумала я.
― И знаешь что, скажи-ка этой Маше и тренерше во-о-от такое спасибо! ― наливая чай, обернулась Диана. ― Еще и в ножки поклонись за то, что открыли глаза на Романова. Неизвестно, сколько еще времени он делал бы из тебя дуру. Вас связывает только штамп в паспорте, так что разведешься и помашешь ему ручкой.
И от этих слов в горле намоталась колючая проволока.
«Если бы только штамп…» ― подумала я, и по щекам невольно покатились слезы.
Я быстро смахнула их, но подруга все же заметила.
― А чего глаза на мокром месте? ― улыбнулась Диана, поставив передо мной чашку.
― Соринка в глаз попала, ― нервно буркнула я и принялась усердно тереть глаз.
Подруга уткнула руки в бока и тряхнула головой.
― С этого дня всю ответственность за поиски жениха для тебя я беру на себя! ― уверенно заявила она и, потрепав меня по голове, села напротив.
― Все претенденты на твое сердце будут проходить мою тщательную проверку. Я и на детекторе лжи их проверю, и справку от психиатра потребую, и выписку из истории болезней, и всех бывших вычислю и опрошу, так сказать, чтобы знать, с кем имеем дело!
Я посмеялась над ее словами, отпила чай, перевела взгляд на пирог с капустой, который она выложила на стол и… мне снова подурнело.
В нос хлынул запах тушеной капусты, рот набился слюной. Я прижала руку ко рту, а через секунду вылетела из-за стола как ошпаренная.
* * *Я провела в ванной комнате минут десять. Все это время Дианка стояла у двери и без конца спрашивала, как я там, а когда я вышла, выдала:
― Эх… Чувствую, это не соринка в глаз попала, а росточек в животик. Так ведь? ― умиленно улыбнулась она и заключила меня в объятия. ― Сколько недель?
― Не знаю. В понедельник иду на прием, ― вздохнула я в ее плечо и добавила: Ничего-то от тебя не скроешь.
― Просто в следующий раз упаковку от теста не оставляй сверху мусорного пакета, ― хохотнула Диана.
Отодвинувшись, она заботливо заправила за ухо прядь моих волос и положила теплые ладони на мои щеки.
― Ничего, детка, родим, вырастим и воспитаем!
«Ее слова здорово подбодрили, но так ли просто будет на деле? Я же никогда не нянчилась с лялькой, и пока что понятия не имею, как буду справляться в одиночку».