Она (не) твоя (СИ)
Я стрельнула взглядом по салону машины: как тут раскладывается сиденье? Есть ли здесь аптечка и какие-нибудь тряпки?
В десятый раз попросила Кирилла и Софию вызвать скорую, и в десятый раз получила ответ: «мы доберемся до роддома куда раньше, чем они доедут до нас. Давай не будем терять время».
Смутно помню, как Кирилл вел меня по коридору, как передал в руки доктору. В родовой палате схватки еще больше усилились, ей богу, я готова была лезть на стены от боли.
Понятия не имею, откуда у меня такое везение встречать в своей жизни хороших людей, но пассия Кирилла, переодевшись в медицинский халат, пришла ко мне в палату и осталась поддерживать меня вплоть до наступления родовой деятельности.
― Вдыхай носом, и на выдохе мычи «м-м-м-м», ― учила София, держа меня за руку. ― Не помогает? Давай попробуем лошадку. Медленно вдыхай, на выдохе фырчи «ф-р-р-р».
И я послушно повторила за ней.
— Прошло два года с момента моих последних родов, а я все помню, как будто это было вчера.
― Последних? ― спросила я, и медленно выдохнула «ф-р-р-р».
― У меня трое богатырей! ― показала на пальцах она. ― Никак не можем дождаться девочку. Мужу, конечно, и парней достаточно, а я все никак не могу успокоиться. ― София мечтательно улыбнулась, глядя на мой живот, и добавила: ― Очень хочу родить доченьку.
После этих слов для меня стало загадкой, кем же она тогда приходится Кириллу?
И только сейчас, внимательно рассмотрев ее лицо, заметила небольшое сходство с Кириллом: глаза цвета крепко-заваренного чая, точь-в-точь, как у него, смуглая ровная кожа, вытянутый овал лица. И, судя по отросшим корням волос, несложно догадаться, что она, как и он, тоже брюнетка.
И тут в голову закрались слова Кирилла, когда он, принимая меня на работу, безошибочно угадал мое состояние.
«У меня пятеро племянников от обеих сестер. И мне известно такое понятие, как токсикоз».
― Так ты сестра Кирилла? ― уточнила я, сама не понимая, почему обрадовалась этому.
София кивнула и, заправив за ухо прядь волос, повернулась правым боком.
― Отличительная особенность нашей семьи, ― хохотнула она, показав ямочку прямо на завитке уха. ― Видела у Кирилла такую же?
― Не видела, если честно, ― продолжая фырчать, ответила я.
София, сев на стул рядом с кушеткой, принялась рассказывать про себя и свою семью, тем самым здорово отвлекая меня от больнючих схваток.
Я узнала, что ей двадцать девять лет, она занимается дизайном интерьера, а в свободное время (которого у нее критически мало) помогает Кириллу с ресторанами.
― … Он кормилец всей нашей огромной семьи. Поставил на ноги мать, оплатив ей дорогущую операцию по замене суставов, купил им с отцом хороший дом в черте Королева. Ох, а знала бы ты, как он балует своих племянников! ― рассмеялась она, и принялась перечислять дорогие игрушки и гаджеты, которые он подарил ее детям. ― У него широкая душа и очень доброе сердце, — заключила она.
― Я уже заметила, — через силу улыбнулась я. — Он и для меня очень многое сделал.
― Неудивительно, ― закатила глаза София и почему-то резко замолчала, пристально вглядываясь в мое лицо.
А потом наклонилась ко мне и, прикрыв губы ладонью, шепнула:
― Он мне про тебя много рассказывал.
— Вот как? — удивилась я. — И что же такого нарассказывал? — почувствовав схватку, я резко втянула носом воздух и на выдохе сделала «Фух-фух-фух».
— О том, при каких обстоятельствах вы познакомились много лет назад, — посмеялась она. — И что ты очень хорошая девушка.
София выгнула идеально очерченную бровь, прищурилась.
— Но… насколько я понимаю, ты его близко к себе не подпускаешь, да? Это связано с твоими предыдущими отношениями или он просто не в твоем вкусе?
— Скорее, я не совсем понимаю, зачем ему беременная женщина, — ответила я, аккуратно присаживаясь на кровать.
София помолчала несколько секунд, перевела печальный взгляд на окно, прикрыла глаза от солнца.
— Позапрошлым летом у него должна была состояться свадьба. Он прожил с Ингой, его бывшей девушкой почти два года. Вдоволь напутешествовались, обустроили семейное гнездышко и решили наконец-то узаконить отношения. И… обзавестись детьми, — вздохнула она. — Перед таким важным событием Кирилл предусмотрительно сдал анализы, а они… — София покрылась мурашками, прочистила горло. — … А они показали, что он не может иметь детей. Это очень редкая форма бесплодия и она не лечится ни в одной стране. Он узнавал везде, где только можно.
София встала со стула, подошла к подоконнику и с горечью в голосе продолжила:
— Я не виню Ингу в ее решении разойтись с ним, но с тех пор у меня не перестает болеть сердце за брата. Надо же… человек, который души не чает в детях, не может их иметь…
София развернулась ко мне и растерянно заводила взглядом по палате.
— Прости, я говорю это не к тому, чтобы… — заморгала она. — В-в общем, когда он рассказал мне о тебе, я подумала: а может, это судьба? Может, неспроста вы встретились? — Подойдя ко мне, она взяла меня за руку и заглянула в лицо. — Алис, я не в курсе, почему так сложилось, что ты осталась одна с ребенком, но однозначно могу сказать, что ты можешь полностью рассчитывать на моего брата. И не только в финансовом плане, — решительно кивнула она, села на стул, и, впервые за последние пару минут, улыбнулась.
— Знаешь, Кирилл очень изменился, встретив тебя. Кажется, ему снова захотелось жить на полную катушку, снова появилось желание делать кого-то счастливым. Я просто хочу, чтобы ты это знала, понимаешь? А выбор, так или иначе, останется за тобой, — подмигнула она, и в эту минуту в палату вошел невысокий мужчина, очень доброжелательной внешности.
— Так, дамы, — взглянул он на нас поверх очков, затем одним ловким движением надел на лицо медицинскую маску и приглашающе кивнул на кушетку. — Давай-ка послушаем сердцебиение твоего малыша.
И достал из кармана небольшую деревянную трубочку.
София жестом показала, что будет ждать в коридоре и, чмокнув воздух, вышла из палаты.
Пока доктор накрывал кушетку одноразовой пеленкой, я заметила, что на подоконнике вибрирует мой телефон.
Вытянув шею, одним глазком взглянула на экран и, кажется, на несколько секунд выпала из реальности.
«Тренер Юля», — было написано там.
Глава 23. Если друг оказался вдруг…
Артем
— А ты был прав, зал здесь хороший. Буду тоже сюда ходить, — закончив тренировку, сказал брат и похлопал меня по плечу. — Слушай, ну ты молодчик, конечно, быстро пришел в форму после травмы.
— Так это когда было. Полгода уже прошло, — ответил я, заходя в раздевалку.
Сняв мокрую футболку, взглянул на след от ранения, и перед глазами снова пронеслись картинки митинга в Дагестане, где меня и зацепила шальная.
Касательное ранение в левое плечо, неделя в больнице и я снова был в строю. А спустя два месяца, там же, в Дагестане, во время эвакуации мирных жителей в одном из поселков, я едва не попрощался с жизнью.
Снаряд рванул прямо в здании, из которого я вышел каких-то десять секунд назад.
А вот двое моих товарищей, к сожалению, выйти из него так и не успели…
Признаюсь, для меня и моих сослуживцев эта командировка стала, пожалуй, самой тяжелой и долгой за всю службу.
В Москву я вернулся три дня назад и все это время привыкаю к тому, что здесь ничего не взрывается, не раздаются крики и автоматные очереди, и в воздухе не пахнет порохом.
— Какие планы на вечер? — спросил Макс.
— Санек позвал отметить его повышение. Скорее всего, рвану к нему, — заходя в душ, ответил я.
— Да, кстати, насчет Зверева, — сказал Макс, сквозь шум воды. — Давай следующие сделки проводить без его участия. Он же реально чуть не подставил нас с той хатой в центре!
— Ты прав. Я тоже уже пришел к этому выводу.
Саня и правда слишком долго тянул резину с той квартирой. То документы потерял, то забыл поставить печать, то укатил в командировку на две недели. Еще чуть-чуть и квартира бы ушла. Так что я полностью согласен с Максом. Нам такие риски и на хрен не сдались.