Колонист (СИ)

Я мучал свою научную группу, которая и так была загружена работой по самое неболуйся, для того, чтобы они придумали и сделали мне контактный взрыватель. Запалы на бомбах, как я уже говорил, были, по моему мнению, хреновой затеей. Вот если бы снаряд взрывался от контакта с бортом… Мечты, до осуществления которых ещё далеко. Ричард всё же смог собрать какую-то гремучую смесь, которая взрывалась при ударе. Ничего особенного там не было, кремний, который высекал искру, пружина, боёк, который срабатывал от удара и порох, для воспламенения заряда.Но этот механизм не мог выдержать выстрела из пушки, взрываясь и разнося орудие в хлам! Как тут стрелять⁈ Крайне нестабильный и капризный механизм получился. И всё же я приказал такие запалы делать. Помещенные в стеклянную колбу и гильзу из тонкой, медной жести, их по несколько штук крепили к деревянным бочкам, герметично залитых смолой, и наполненных черным порохом. Получилась примитивная морская якорная мина, где в качестве якоря служил обычный камень, а минерпом пеньковый трос. Таких мин у нас было всего пять (из-за того, что у Ричарда попросту не хватило времени на изготовление запалов), и я приказал установить их в первой же удобной для высадки десанта бухте, прикрываемой замаскированной батареей. Посмотрим, что из этого получится. Почти точно такие же мины, только плавающие на поверхности и с взрывателем, под который приспособили колесцовые замки от пистолетов, перекрывали фарватеры. Тут мы уже не полагались на случай, боясь повредить свои же корабли, и потому взорвать мину должен был минёр, который с помощью тонкого троса приводил в действие механизм, сам скрываясь в засаде.
— Поднять якоря! Малый вперёд! — прокричал я в переговорную трубу, и перевёл машинный телеграф в соответствующее положение. «Посейдон» выходил на свой первый бой.
Английская эскадра уже видна не вооруженным взглядом. Прошло сорок пять дней, прежде чем враги добрались до наших берегов, и последнюю неделю мы знали о её передвижении буквально всё. Система оптического телеграфа работала как часы, и даже если корабли противника скрывались за горизонтом, или двигались ночью, моим патрульным кораблям достаточно было только подойти к берегу буквально в любой точке контролируемого нами побережья, чтобы попасть в видимость очередной станции и передать разведданные. Вон они стоят, готовясь к десанту. Сейчас они полностью уверены, что морского сражения не будет, а победа дастся им легко.
Уже две недели мы водим англичан за нос и даже смогли лишить их флагмана. Собрав небольшой флот из самых быстроходных кораблей, Алан вышел на встречу англичанам и увидев, с кем ему предстоит иметь дело, «испугался». Они якобы «преследовали» фрегат маркиза, который делал вид, что после боя уходит от моих парней. А тут такая «удача», подмога к маркизу пришла! Удирали мои парни красиво, умело изобразив панику. Никакого строя, ни каких попыток вступить в бой, просто бегство без задних ног. И конечно англичане не устояли. Быстроходные фрегаты врага бросились в погоню, оставив без прикрытия корабли линии и транспортные суда. Тут то и вышел на арену трофейный корабль пленного маркиза, превращённый нами в брандер.
Трофей с виду нёс на себе следы боя и поврежденный рангоут. Мои умельцы сделали всё так, что фрегат не потерял хода, но при этом на нём оказалось просто нереально много различных оборванных тросов и железных обломков, позволяющих надёжно сцепится с жертвой.
Подавая сигналы о срочном донесении, фрегат с креном на правый борт пошёл на прямую к флагману, и подозрений у англичан не вызвал. Мало ли, чего срочного хочет передать потрёпанный дозорный своему адмиралу? Мчится на всех оставшихся парусах, значит так надо! Когда брандер сблизился с линкором, Алан произвёл бортовой залп из своего клипера, который единственный пока не бросился в бега, умело маневрируя и избегая встречи с противником. На корме фрегата сверкнуло пламя, сигнализируя о «случайном» попадании, и неуправляемый фрегат, заложив красивый поворот, врезался в свою жертву, быстро разгораясь. Ну ещё бы! Столько смолы, скипидара и пороха на него погрузили!
 
Пока английские моряки в панике пытались расцепить корабли, экипаж покинули фрегат, воспользовавшись шлюпкой, что уже была спущена на воду. Отступали они от горящей сцепки из фрегата и линкора почему-то в сторону берега, а не к близлежащим английским кораблям, за что и «поплатились». Вражеский клипер красиво обойдя спешившего к нему на перехват английский фрегат, взял в «плен» бедолаг, и особо не напрягаясь ушёл от преследователей, показав просто невиданную скорость. Спасти англичанам свой флагман не удалось, через несколько минут брандер взорвался, забрав с собой в морскую пучину и первый линкор наших врагов.
Судя по всему, англичане так и не поняли, что они стали жертвой не случая, а хорошо подготовленной и с блеском осуществлённой операции моего флота. Они до сих пор уверены, что всё у них идёт отлично. И пусть они потеряли несколько кораблей, но половину задачи уже выполнили, разогнав по морю корабли врагов даже почти без боя. Им остаётся сущая мелочь — высадить десант и захватить колонию!
Сейчас эскадра Алана уже собралась в точке рандеву с остальным флотом. Они ждут сигнала на выдвижение, и прибудут к месту сражения в самый его разгар. «Посейдону» же сейчас предстоял бой со всеми силами вторжения в одиночку.
— Есть движение! — сигнальщик спустился в рубку — береговые посты докладывают, что транспортные корабли под прикрытием двух фрегатов идут в точку номер шесть!
Я бросился к карте. Точка шесть, это залив, где установлены мины! Самый удобный для высадки десанта и с виду самый незащищённый. Сработала ещё одна ловушка.
— Передать приказ Сидору на выдвижение к шестой точке! Работаем по плану «Тихая гавань»! — передаю я приказ, и сигнальщик бегом бросается на свою площадку.
«Тихая гавань» — это значит, что Сидору придётся подождать, пока все корабли противника не втянутся на рейд бухты и не начнут высадку или не начнут подрываться на минах. Враги до последнего должны быть уверены, что у них идёт всё хорошо и по плану. Замаскированные батареи будут молчать до последнего, а абордажники Сидора будут ждать подхода лодок с десантом к берегу. У казака почти тысяча бойцов, собранных из индейцев союзных племён и моих проверенных морских пехотинцев. Я думаю он сможет удивить наглов так, как они ещё никогда не удивлялись.
— Линкоры противника тоже начали движение, идут ко входу в залив! — снова сообщение от сигнальщиков, а значит и нам пора…
— Средний ход, выходим на встречу англичанам — я глубоко вздохнул. Ну что адмирал Жохов? Снова в бой и снова ты один? Нет, сегодня не один, хотя вначале и придётся побыть немного в одиночестве, против превосходящих сил противника. Но на самом деле нас много, и «засадный полк» готов к бою. Ну а сейчас так просто надо, что бы англичане завязли в приготовленной ловушке как следует.
Что будет, если они вместо одиночного корабля увидят тридцать? Они прекратят высадку и отзовут корабли десанта, они не подойдут близко к фортам, они перестроятся в линию и тогда начнётся долгая и кровавая артиллерийская дуэль, с непонятным исходом. А если я выйду один? Тогда они попробуют опрокинуть меня с ходу, особо не опасаясь и не меняя планы. Но я их удивлю, я на это надеюсь. И когда на мне сосредоточатся все силы врага, на сцену выйдет Алан!
«Посейдон» медленно набирал ход. Из двух труб вырывался густой дым, а на мачтах, для вида, трепыхались несколько парусов. Мы идём против ветра, и дым не мешает обзору. Англичане явно заметили корабль под Андреевским флагом, но думается мне, что приняли они нас за какого-то китобоя. Кто ещё может так дымить? Только горящий корабль и китобойный! Только на китобое есть специально установленные печи, где из китового сала вытапливали китовый жир, который называется ворвань. Пусть так и думают, и им так легче, и мне. Нас явно не воспринимают в серьёз.
— На пересечение курсов вышел английский фрегат! — доложил мне вахтенный офицер, хотя я и сам прекрасно видел свою первую жертву. Англичане решили не отвлекаться всеми своими силами на странное судно, на котором даже нет орудийных портов, и направить на его перехват всего один, не самый большой свой корабль.