Пой. История Тома Фрая

Он в это верил.
«Вот и все».
Том пошел в сторону черной машины под аккомпанемент безмолвия и собственной боли.
Дорога до дома прошла в полной тишине. Дилан все время молчал с максимально отстраненным лицом, Джек и Ричард постоянно переглядывались, боясь использовать телефоны для общения. Ситуация накалялась и принимала очертания бури. Дилан пугал своим поведением, чем-то смахивая на маньяка перед выходом на «дело». Даже Том, который смотрел в окно и старался отключить мозг, забросить все мысли в долгий ящик, не узнавал его. Им повезло не встретить на своем пути ни одной пробки, аварии или другого случайного препятствия. Вот так двадцатиминутная дорога превратилась в самое неловкое событие года. Дом с лиловой крышей, цветочной росписью на стенах и ярких ставнях позволил Джеку и Ричарду облегченно выдохнуть. Жаль, ненадолго. Память о человеке, сотворившем такую красоту, пронзила сердце.
– Господин Фрай, Трою хотелось бы поговорить с вами в приватной обстановке. Однако он также утверждает, что при желании вы можете пригласить весь город, – в очередной раз напомнил сопровождающий их мужчина. Теперь единственный хозяин дома долго сверлил его взглядом в зеркале заднего вида, а потом под удивленный вздох Ричарда достал маленький блокнот с ручкой и написал:
– Они идут со мной. – И, ни на кого не взглянув, он покинул машину. Зависшие на месте Ричард и Джек встрепенулись, когда Том хлопнул дверью. Они выбирались из нее, не беспокоясь о правилах приличия. Листок блокнота остался на сидении машины.
– Мы что, попали в фильм про мафию? – еле слышно спросил Ричард, наклонившись к уху Джека, чтобы не дай бог Том не услышал. – Ты знаешь, я давно хотел перечитать «Крестного отца», но в голове еще крутится пара слов на языке майя. Мне кажется, мы туда не впишемся или нас застрелят.
– Тебе не стоит волноваться по поводу этого Троя, пока есть Ди… – Джек кивнул в сторону Дилана. – Тут подъездная дорожка, как бассейн с крокодилами. – Джек, впрочем, говорил намного громче, явно никого не боясь. – Мы нужны Тому, ты сам это понимаешь, соберись. – Джек сжал губы. – Быть рядом – наш долг.
– Безусловно, за воинов нашего племени мы порвем последние пращи [91]. – Ричард говорил уверенно и смотрел на приоткрытую дверь дома. Дилан и Том уже успели зайти внутрь. – Учитывая, что я в некотором смысле их потомок…
– Пошли уже, пока конкистадоры не приплыли. – Джек схватил Ричарда и потащил в сторону дома.
Он услышал, как друг произносит слова на каком-то из диалектов испанского языка, когда перед ними предстала картина маслом в интерьере кухни. Джек не ожидал, что стереотипы и предсказания Ричарда будут настолько близки к реальности. За столом сидел Трой в черном костюме. Ему было явно за пятьдесят, но он отличался почти неестественной красотой. От него веяло силой, уверенностью и властью. Между пальцами он держал сигару, которая задымила все помещение так, что першило в горле. На столе стоял дорогой виски, два стакана. Один полный, другой опустошенный наполовину. На столе лежал пистолет, кобура от него выглядывала из-под расстегнутого пиджака. Джек засомневался, что им стоит тут присутствовать. Стула стояло два, а гостеприимности было ноль. Знакомые и друзья Ванессы пугали. Логично, что за столько лет никто не видел их в лицо. Джек посмотрел на бледного Ричарда, его глаза метались между дверью, стулом и потерей сознания. Подтолкнув трясущегося друга, Джек сел на стул, ближе к Трою. Тот остался безучастным.
– Правильно говорят, подобное растворяется в подобном, чем наполнен человек, тем и старается делиться с миром, – начал Трой ровным голосом с хрипотцой. Том, вероятно, не запоет еще очень долго. – Ванесса всегда любила цветы. Посмотрите на дом – оранжерея. Посмотрите за окно – райский сад. Все так красиво и утонченно. Надеюсь, она сейчас не злится на меня за то, что я травлю ее растения табаком. – Он усмехнулся. – Хотя Ванесса дымила, как паровоз, сейчас, я уверен, дышит полной грудью.
 
– Как вы познакомились и почему объявились после ее… – Дилан говорил аккуратно, ровно, но для беседы с человеком, у которого пистолет, чересчур надменно. Трой продолжал игнорировать вопрос до тех пор, пока хозяин дома не махнул рукой в знак согласия.
– Мы познакомились с Ванессой при обстоятельствах, которые каждый из нас поклялся унести в могилу. Остался только я. – От слов Троя у Джека задергался глаз. Трой хоть и относился к Ванессе с уважением, словечки помягче не подыскивал. – Она работала на меня очень долгое время, пока удача не покинула её. – Трой посмотрел на Тома долгим взглядом, прося разрешение говорить прямо, и тот снова кивнул, позволяя раскрыть всю правду. – ВИЧ, пока она не заболела ВИЧ. Тогда, к сожалению, она стала профнепригодной и постепенно отошла от дел. – Он отпил виски из своего полного стакана. – Из-за Бретта я лишился своего лучшего работника.
– Он заразил ее? – вырвалось у Ричарда немного истерично, и он вновь заговорил на испанском.
– Косвенно повлиял, – фыркнул Трой. – Том, твоя мама предупреждала, что Ричард и Джек странные, но знаешь… Вы все друг друга стоите. – Трой посмотрел на него и перевел взгляд на перепуганного Ричарда. – Этот придурок, Бретт, влюбился в Ванессу. И хоть любовь – не болезнь… – Он улыбнулся чему-то своему. – Но причинять боль умеет и иногда не совсем метафоричную. – Трой затянулся сигарой, медленно выпуская дым. – Он пырнул ее ножом в правое подреберье и старался подрезать бедренную артерию. Мерзавцу удалось, как-никак бывший военный с подбитой черепушкой.
– Так она… – Дилан охнул и поспешил закусить нижнюю губу от досады. Трой усмехнулся ему и закатил глаза, не скрывая своего мнения по поводу такой явной и глупой реакции всех, за исключением Тома.
– Именно, мальчишка. Независимо от того, что она работала… – Он замер, вновь ожидая сигнала от Тома. – Работала жрицей любви, Ванесса всегда носила голову на плечах, а не прятала ее в сумочку при появлении толстого кошелька или красавчика. – Трой подался вперед и положил руки на стол. – ВИЧ получают не только представители сексуальных меньшинств, наркоманы, проститутки. Им болеют и по другим причинам. – Он допил оставшийся виски под мольбы Ричарда на испанском, чтобы Трой спьяну не открыл огонь. – В больнице ей по ошибке перелили зараженную кровь.
Джек, как и все, не считая Тома, сидел с широко открытыми от шока глазами. То, как Трой аккуратно разделил понятие проститутки с титулом Ванессы «жрица любви», вызывало уважение сразу к обоим. Конечно же, друзья никогда не говорили с Томом по поводу нюансов болезни его матери. Слухи она позже подтвердила сама. Про репутацию и способ заработка Ванессы им стало известно почти сразу после знакомства с Томом, от родителей, и как бы те ни противились общению детей, судьба не смогла их развести. Со смертью Ванессы окончательно поднят занавес над прошлым. Джеку казалось, что ВИЧ – логичное последствие подобной работы…
– Мнение, что ВИЧ – норма для этой профессии, ударило по ней в самом начале болезни. Женщины этого города тыкали в нее пальцем и без ВИЧ, а уж после – чуть ли не размахивали руками и ставили ее в плохой пример детям. А она была гордой, она молчала. Кит не спорит с косяком рыб, и она не спорила. – Стакан вновь наполнился. – Ничего страшного, что задерживаю вас своей ностальгией?
– Нет… Нам интересно послушать, – ровно сказал Джек. – Но разве вас не смущает разговор о подобной профессии со школьниками? – на вопрос Трой снисходительно улыбнулся.
– Спустя пару десятков лет ты будешь вспоминать и хаять себя за сказанную глупость. – Трой затянулся сигарой. – Ванесса никогда не жалела, не стыдилась, но при этом не хвасталась своим положением. Она нашла, как ей казалось, лучшую реализацию природного очарования. Кто-то осудит? Хорошо. В те года ей мало кто мог подсказать. – Он выдохнул дым. – А сейчас за ней стоит сам Бог.
Джек усмехнулся. Такая женщина, как Ванесса, и там на всех управу найдет.