Нулевой мир 6. Мера Человек
– Говоришь, он умел раскидывать… – мы одновременно покосились на спящих Волков, – «семиступку»?
Шёпотом юнец попробовал мне объяснить правила, подрисовывая палочкой на земле те самые масти, которые были изображены на свитке.
Проснувшийся Белиар с ворчанием проверил, что я там «наделал с его рукой». Одновременно через мои глаза и уши он тоже наблюдал за зверем, вставляя свои комментарии.
«А щенок-то соображает, поднёбыш. Я бы срезался с ним пару партеек», – усмехался Белиар.
– Вот, нуляхи – это мусор, – шептал Арне, – Нуляху все бьют. А, однушку если соберешь четыре стихии, то можно даже покрыть двушку. Ну, это так новички думают…
«Действительно соображает. Ох, и зверьё хитрое. А то всё – законы, законы…»
Мне было сложно слушать сразу двоих, и пришлось уточнять, чтобы разобраться.
– Я правильно понял, все карты – это как меры?
– Мастер, так нельзя говорить, – близнец вжал плечи, – Ну, все это знают… но никто так не говорит.
Я усмехнулся. В принципе, получалась довольно логичная игра. Чем-то похожая на смесь земного «дурака» и «покера». Собираешь комбинации, которыми можно ходить и отбиваться.
Белиар добавил:
«Ты-ка смотри. А у нас вот небесные карты перекидываются в низменные, мы ещё адскими их называем.»
– А эти… Низменные карты бывают? – сразу спросил я вслух.
Арне испуганно прижал два пальца ко лбу и вытаращил глаза на спящих зверей.
– Звери не смеют об этом говорить. Это сразу обвинение в ереси, в поклонении демонам.
«Ну, ну. То-то я смотрю, он даже знать не знает, что это за карты. Впрочем, я бы его и без адских карт уделал.»
– Кто знает, быть может, Варг за это и был наказан, – поджав губы, прошептал Арне.
– Я, человек первый перст, говорю тебе, – я положил Арне плечо на руку, – Твой брат был настоящим и достойным зверем.
«Ох, вам бы в Инфериоре поменьше показушества. И давно бы уже свергли Небо.»
Близнец улыбнулся и продолжил рисовать комбинации.
– А вот это что значит? – я нарисовал глаз.
– Пятёха.
Я поскрёб бороду.
– Небесная карта?
– Ага, как и четвёрик.
«Ангелы и боги, поднёбыш. Правильно думаешь.»
Я не стал уточнять, как перекидываются небесные карты в низменные, чтобы не провоцировать близнеца. Но кое-что я всё-таки вспомнил из разговоров.
И это что-то казалось мне важным, не зря же Тинаш, сын вождя, обратил внимание на эту игру.
– Хильда упомянула, что нуляха бьёт небесные карты, – озвучил я свою мысль.
Белиар ударился в воспоминания:
«Помнится, я с Однорогим играл. Так он тоже собрал тогда пятёхи, мощный такой расклад, а у меня четвёрики одни. И ни одного шестыря…»
– Да, это детские правила, – отмахнулся Арне, отвечая мне, – Все знают, что она бьёт только пятёху.
«И тут мне выпадают нуляхи, ты прикинь? У Однорогого, кажется, огонь со всех щелей бил, он себе чуть хвост не сжёг!» – Белиар захохотал, заставляя меня вслушиваться в то, что говорит Арне.
– А это? – я нарисовал глаз в треугольнике.
«Шестырь».
– Шестырь.
Демон и Арне ответили почти одновременно. Близнец стал объяснять, что его можно превратить в любую карту, и можно так добирать комбинацию.
«Поднёбыш, в твоём мире это называют «козырь». Или «джокер». Так яснее?»
Я кивнул, и близнец улыбнулся.
Больше всего меня интересовали нуляха и пятёха. И что-то мне подсказывало, что в моём мире тоже был аналог такого явления в карточных играх.
«Да, я тут покопался в твоей памяти. У вас есть такое…»
– Пойду я спать, мастер, – сказал Арне, глянув на звёзды.
Я кивнул, отворачиваясь к чернеющим на горизонте Горам Ящеров. Зашелестели шаги близнеца, а Белиар в мыслях, выдержав раздражающую паузу, произнёс:
«Шестёрка бьёт туза, Марк.»
В принципе, я и так уже знал, что он скажет, но слова демона заставили меня поднять глаза к небу. Вот оно, значит, как.
Шестёрка бьёт туза.
***
К Панзерграду, поселению Чёрных Пантер, мы подошли к самому вечеру. Солнце ещё не коснулось горизонта, но уже откидывало длинные тени.
Мы сразу поняли – что-то не так. Под деревней, на большом поле возле рощицы, были развёрнуты походные шатры. Казалось, что кто-то стоял лагерем, осаждая Панзерград.
От самого поселения к нам двигалась высокая точка, и я напрягся, пытаясь рассмотреть, кто это скачет. Я ещё не рассмотрел, но прикосновение такой же высокой меры ощутил.
Это было непривычное ощущение, я впервые встречался с человеком, как равный.
«Кажется, проблемы начинаются, поднёбыш.»
– Командор Керт, – сказал Фолки, умеющий смотреть в такую даль.
Глава 6. Командор Керт
Мы остановились, решив подождать командора. Значит, было что-то такое, о чём не скажешь посреди войска, раз Керт сам спешил к нам.
«И я ведь не спрячусь сейчас, не всё так просто…»
Слова Белиара удивили меня. Кажется, раньше он спокойно выходил на связь со мной и отключался по желанию.
«Поднёбная твоя душа, я теперь – часть тебя. Заперт, как в клетке.»
Мы уже видели серебрящийся в закатных лучах нагрудник командора, когда его лошадь остановилась, и нервно загарцевала на месте. Керт был в глухом шлеме, но я чуял его взгляд. Он просто прожигал меня насквозь.
«Ну вот. Кажется, разглядел меня.»
Хильда и её звери припали на одно колено, по-воински приветствуя командора. Волчица шикнула на меня, мол, надо бы проявить уважение, но я только отмахнулся.
Как говорится, зверю – зверево. Я теперь человек, с меня и спрос другой.
Керт спрыгнул с лошади, и я даже здесь ощутил дрожь земли. Лязгнули доспехи, командор обнажил клинок и пошёл к нам.
Третий перст… Накатило давление меры, звери рядом со мной запыхтели. Мне же это ощущалось, как нечто вроде сильного ветра. Неприятно, но не смертельно.
– Великий мастер Керт, рада приветствовать, – сдавленным голосом начала Хильда, но в ответ лишь послышался рык.
– Молчать!
Командор остановился в десяти шагах от нас и поднял ладонь. Звери послушно замолчали, продолжая терпеть атаку Керта.
– На колени! – рявкнул он, обращаясь ко мне.
– Ага, – я кивнул, – Сейчас…
Рыцарь покачал головой. В прорези шлема блестели разъярённые глаза, я прямо чувствовал, как он прожигает взглядом мою точку в первой ступени.
Пусть смотрит, добрее будет.
– Перит Белый Волк. Зигфрид доверял тебе.
– Он и сейчас может доверять.
– Тебе было приказано отправиться к Фастреду! Почему ты здесь?!
Я усмехнулся. Так-то он уже видел меня в Зелёных землях, только в тот раз я корёжился без сознания после битвы у Куниц.
– Я сделал всё, что мог, чтобы помочь купцу Дидричу добраться до Престола Ордена.
Рыцарь зарычал, тряхнул плечами. Да что ж его так взбесило-то?
– В тебе демон!
«Его что-то злит, но это точно не я», – задумчиво сказал Белиар, подтверждая мои догадки.
– Командор, – сказал я, – Мастер… Давай без этого всего. Зигфрид и сейчас может доверять мне, у нас уговор.
– Уговор у него был со зверем, – рыкнул командор.
Он снял шлем. Керт ничуть не изменился – всё тот же седой крепкий ветеран, с бородой. Молчание затягивалось.
Неожиданно давление меры ушло, и Хильда облегчённо выдохнула.
– Зелёный приор мёртв, – сказал командор и вздохнул.
Звери рядом со мной ахнули, Фолки даже выругался. Я тоже не сдержался от удивления.
– Да чтоб тебя…
Какого, спрашивается, тут произошло, пока нас не было?
«Да быть не может. Поднёбыш, а не ты ли его укокошил?»
Слова Белиара напомнили мне о том, как я снял барьер. Неужели это действие может убить?
А почему тогда Рычок, когда рвал родовой барьер, не прибил Синего приора?
«Ты снял барьер волей судьи, ты оспорил – и это ответный удар. А твой Волчок духом его расколол, тем более, тому барьеру было сотни лет. Зигфриду мой пинок под зад больше о себе напоминает.»